01.03.2021 Можно ли получать пенсию по потере кормильца, если у потенциального иждивенца был и остается другой доход? АГ НОВОСТИ

ВС разобрался, при каких условиях вдова пенсионера МВД может претендовать на выплаты после его смерти

Верховный Суд рассмотрел вопрос о том, при каких условиях вдова пенсионера МВД может претендовать на выплаты из-за потери кормильца (Определение по делу № 5-КГ20-125-К2).

В 2018 г. Людмила Белова подала в ГУ МВД России по Московской области заявление о назначении пенсии по потери кормильца. С 1992 г. женщина была замужем за Николаем Беловым, который умер в 2017 г. Все это время мужчина получал пенсию за выслугу лет по линии МВД, на момент смерти эта сумма составляла 15 тыс. руб. в месяц. Людмила Белова с 2014 г. также получала пенсию, но по старости и меньше 8 тыс. руб. в месяц.

Управление сообщило женщине, что по Закону о пенсионном обеспечении лиц, проходивших службу в ОВД, ей положена пенсия – 40% от денежного довольствия кормильца, или, в пересчете на момент направления ответа, 12 тыс. руб. Для того, чтобы получать эту сумму, нужно представить в ГУ МВД ряд документов, в том числе решение суда об установлении факта нахождения на иждивении мужа.

Людмила Белова подала соответствующее заявление в Тверской районный суд г. Москвы. В том же документе она потребовала признать за ней право на назначение пенсии по потери кормильца. По словам женщины, доход мужа был для нее постоянным и основным источником средств к существованию. Пенсии по старости хватало только на оплату жилья и коммунальных услуг, а Николай Белов получал более ощутимую денежную поддержку от государства, пояснила Людмила Белова. Она также сообщила, что долгое время не могла работать из-за болезни дочери.

Тем не менее первая инстанция решила, что заявитель не доказала наличие условий для назначения пенсии по потери кормильца. Суд отметил, что у Людмилы Беловой есть страховая пенсия по старости. Кроме того, добавил он, вне зависимости от размера доходов супруг, имеющий совершеннолетних трудоспособных детей, не считается утратившим источник средств к существованию. С таким подходом согласился и Мосгорсуд. Если учесть расходы на обеспечение дочери, которые нес муж, и региональную доплату к пенсии жены, то выходит, что супруги имели сопоставимые доходы, указала апелляция.

Отменить эти решения во Втором кассационном суде общей юрисдикции не удалось, поэтому Людмила Белова обратилась в Верховный Суд. Тот, проанализировав Закон о пенсионном обеспечении лиц, проходивших службу в ОВД, отметил, что по смыслу этого акта понятие «иждивение» предполагает либо полное содержание лица умершим кормильцем, либо получение такого содержания, которое являлось основным, но не единственным источником средств к существованию. То есть член семьи может иметь собственный доход. «Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего кормильца членом его семьи может быть установлен в том числе в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой умершим кормильцем, и его [члена семьи] собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником средств к существованию члена семьи умершего кормильца», – пояснил ВС. Такое толкование понятия «иждивение», добавил он, согласуется с правовой позицией Конституционного Суда из Определения № 1260-О-О/2010.

Кроме того, заметил ВС, в деле Людмилы Беловой нижестоящие инстанции не учли нормы Семейного кодекса об имущественных отношениях между супругами. Все доходы супругов, кроме «имеющих специальное целевое назначение», являются их общим имуществом, напомнил он. Николай и Людмила Беловы были женаты и жили вместе, т.е. расходы каждого из них не ограничивались только личными нуждами, подчеркнул Суд.

По его мнению, нижестоящие инстанции не имели права отказывать Людмиле Беловой лишь на том основании, что она получает пенсию по старости. «Для разрешения вопроса о том, находилась ли Л.Н. Белова на иждивении Н.И. Белова, надлежало выяснить, как размер общих доходов супругов, так и размер расходов супругов на содержание всей семьи, включая затраты на оплату коммунальных платежей, ремонт жилого помещения, приобретение лекарств, бытовой техники, одежды, мебели и т.п.», – заметил ВС, добавив, что нижестоящие инстанции этого, однако, не сделали.

Верховный Суд также отметил неправомерность ссылки апелляции на региональную доплату к пенсии. «Факт увеличения размера пенсии <…> до величины прожиточного минимума, установленного для пенсионеров Московской области <…>, не означает, что помощь со стороны супруга <…> не являлась для Л.Н. Беловой основным источником средств к существованию», – подчеркивается определении.

Кроме того, добавил ВС, несостоятельно и суждение первой инстанции о том, что супруг, имеющий совершеннолетних трудоспособных детей, не считается утратившим источник средств к существованию: «В нарушение требований ст. 56, 67, 196 ГПК РФ суд <…> не устанавливал, кто из совершеннолетних трудоспособных детей Л.Н. Беловой и в каких форме и размерах оказывал ей помощь при жизни ее мужа».

С учетом этого Суд отменил все решения по делу и направил его на новое рассмотрение в первую инстанцию. Примечательно, что в определении прямо указано: в этот раз следует учесть п. 11 Обзора судебной практики ВС № 2 за 2020 г. Там сказано, что наличие у члена семьи умершего кормильца собственного дохода, в том числе и пенсии, не исключает признание этого лица состоявшим на иждивении.

В Верховном Суде Людмилу Белову представлял адвокат АП Московской области Владимир Ландышев. Оперативно получить его комментарий «АГ» не удалось.

Юрист компании «Юрист-Медиа» Гульнара Собко заметила, что ВС подробно проанализировал понятие иждивения: «Все, что нужно, – сравнить доходы и оценить, можно ли считать, что переживший супруг жил на доходы умершего. А если это супруги, то Суд учит проверять и расходы – в силу того, что имущество совместное и супруги должны заботиться друг о друге».

Адвокат АК «Гражданские компенсации» Марина Сомова добавила, что ВС сослался на позицию, выработанную еще в 2010 г. Конституционным Судом: «Удивительно, что дело не закончилось первой кассационной инстанцией, а дошло до ВС РФ».

По словам эксперта, нижестоящие суды достаточно часто ошибаются в применении норм процессуального права как при определении круга доказательств, так и при их оценке. «Как показывает данное дело, ошибки многогранны, и у каждой инстанции они свои. Здесь и режим пользования имуществом супругов, и отсутствие оценки совокупности доходов и расходов, и привязка к величине прожиточного минимума, и отсутствие выясненного вопроса о том, помогали ли конкретному члену семьи его совершеннолетние дети», – пояснила Марина Сомова. Это определение ВС поможет заинтересованным лицам при установлении факта нахождения на иждивении, считает она.

Адвокат АП г. Москвы Ольга Морозова отметила: «Уже более двух лет Верховный Суд последовательно исправляет ошибочно сложившуюся практику по фактам нахождения на иждивении у военного пенсионера, которые устанавливаются в судебном порядке для назначения пенсии по случаю потери кормильца». Новое решение ВС в очередной раз обращает внимание нижестоящих инстанций на то, что для членов семей военных пенсионеров понятие иждивения прописано в специальном законе, добавила адвокат: «Это не позволяет правоприменителям предъявлять дополнительные требования, не предусмотренные Законом от 12 февраля 1993 г. № 4468-I».

По ее словам, суды продолжают заимствовать понятие иждивения из пенсионного и социального законодательства, отказываются признавать иждивенцами тех, кто не может представить доказательства систематического получения от умершего денежных средств в качестве основного источника дохода. «Для установления факта нахождения на иждивении у военного пенсионера необходимо доказать, во-первых, что доход иждивенца меньше дохода умершего. Во-вторых – период времени, в течение которого расходы, приходящиеся на долю иждивенца как члена семьи, частично либо полностью покрывались доходами умершего. Это нужно подтвердить письменными доказательствами: например, чеками, квитанциями, расчетом расходов. В третьих – документально подтвердить факт родства и совместного проживания на дату смерти и предшествующий период», – рассказала Ольга Морозова.

Получение социальной или страховой пенсии в размере больше прожиточного минимума не влияет на факт иждивения, подчеркнула адвокат. «Вы можете иметь доход хоть в пять прожиточных минимумов, но при этом находится на иждивении, поскольку часть ваших расходов постоянно компенсировалась умершим супругом или сыном в большем размере, чем ваш собственный доход. Важна структура и стоимость расходов в соотношении с доходом», – подчеркнула она. Другое дело, признает эксперт, что люди с высоким доходом, скорее всего, не будут переходить на пенсию по потери кормильца.

«Своей порочной практикой суды фактически уничтожали институт пенсии по потери кормильца для нетрудоспособных вдов, родителей и детей военных пенсионеров. Чему, думается, скоро будет положен конец, за что отдельное человеческое спасибо судье Верховного Суда Людмиле Пчелинцевой [которая председательствовала при рассмотрении как этого дела в ВС, так и ряда других аналогичных]», – заключила Ольга Морозова.

Екатерина Коробка