01.12.2020 Вектор борьбы с недобросовестным использованием юрлица Как признать недействительным решение общего собрания, принятое в ущерб интересам организации АГ

Материал выпуска № 23 (328) 1-15 декабря 2020 года.

В статье анализируется влияние на судебную практику выделения в принятом ВС РФ Обзоре судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах такого основания признания недействительным решения общего собрания, как принятие его в ущерб интересам организации либо оспаривающего лица при наличии фактов недобросовестности, неразумности или же действий сугубо в своей выгоде субъекта, повлиявшего на принятие такого решения. Автор полагает, что подобное положение будет способствовать дальнейшему развитию правоприменительной практики по вектору борьбы с недобросовестным использованием института юридического лица для собственной выгоды, а также предотвращению выбытия ценных активов из владения компаний.

Оспаривание решений собраний является одним из механизмов защиты интересов участников обществ от различных злоупотреблений со стороны бенефициаров, мажоритариев и руководящих органов организации. Однако ввиду сокращенных сроков на оспаривание и сложности доказывания состава такой способ защиты права не так часто завершается успехом заявителя в суде. В Обзоре судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 25 декабря 2019 г. (далее – Обзор), ВС РФ в некоторой степени уточнил основания оспаривания согласно наметившимся в практике подходам. В частности, в Обзоре выделено основание признания недействительным решения общего собрания, принятого в ущерб интересам организации либо оспаривающего лица, при наличии фактов недобросовестности, неразумности или же действий сугубо в своей выгоде субъекта, повлиявшего на принятие такого решения (п. 13).

Условия оспаривания

Общие положения законодательства о хозяйственных обществах1 предусматривают, что участник или акционер может оспаривать решение общего собрания, если таким решением нарушаются его права и/или законные интересы.

Субъектами оспаривания, если речь не идет о процедурных основаниях, могут быть лишь участники, не принимавшие участия в собрании/голосовании или голосовавшие против принятого решения, при наличии следующих условий:

  • таким решением затронуты их права и законные интересы;
  • голоса таких лиц могли повлиять на результаты голосования;
  • нарушения повлекли за собой существенные неблагоприятные последствия.

Под существенными неблагоприятными последствиями принято понимать нарушения законных интересов не только оспаривающего участника, но и организации. При этом принимаются во внимание такие нарушения, которые повлекли за собой убытки, утрату права на получение выгоды от использования имущества организации, ограничили или лишили участника возможности в будущем принимать управленческие решения или осуществлять контроль за деятельностью организации2.

Тенденции судебной практики до принятия обзора

До принятия Обзора судебная практика по обжалованию схожих решений исходила из общих формулировок нарушений требований закона, устава общества, интересов оспаривающего лица, наличия существенных неблагоприятных последствий и складывалась следующим образом: в большинстве случаев суды отказывали в признании решений собраний недействительными из-за недостаточности доказательств.

Основными доводами судов при отказе в признании недействительными решений выступали, как правило, обстоятельства, свидетельствующие о том, что:

  • голосование истца не могло повлиять на принятие решения3;
  • истцом не доказано нарушение интересов организации или его как участника4;
  • ответчиком доказана экономическая обоснованность принятого решения5.

В тех же редких случаях, когда суды удовлетворяли требования, речь шла в основном о существенных нарушениях в процедуре подготовки/проведения собрания и/или о наличии явных и достаточных доказательств причинения таким решением ущерба юридическому лицу, его участникам.

Так, в деле № А51–26496/2017, рассмотренном АС Дальневосточного округа (постановление от 20 декабря 2019 г. № Ф03–6070/19), суды нижестоящих инстанций отказали в признании недействительными решений общего собрания, установив соблюдение порядка его созыва и проведения. Суд первой инстанции счел недоказанным нарушение оспариваемыми решениями прав и законных интересов участницы, обладающей наименьшим количеством голосов, и отклонил довод о наличии в действиях других участников признаков злоупотребления правом в силу того, что волеизъявление участников по оспариваемым вопросам не может быть оценено по правилам ст. 10 ГК РФ. Суд апелляционной инстанции в дополнение к указанной позиции сослался на то, что по смыслу положений ст. 181.4, 181.5 ГК РФ, п. 1 ст. 43 Закона об ООО возможная убыточность сделок не является основанием для признания недействительным решения общего собрания об одобрении таких сделок.

Суд кассационной инстанции передал дело на новое рассмотрение по следующим основаниям. АС Дальневосточного округа установил, что для разрешения корпоративного конфликта истец прибегла к судебному разбирательству со ссылкой на то, что принятые общим собранием решения об уступке прав и обязанностей по договору аренды земельного участка влекут причинение обществу убытков по причине их экономической нецелесообразности при лишении права на получение выгоды от использования имущества. В качестве контраргументов ни обществом, ни другими участниками общества в материалы дела не были представлены доказательства, свидетельствующие об обратном или раскрывающие истинную цель совершения сделок, решения об одобрении которых были приняты.

Нижестоящие судебные инстанции не провели анализ убыточности одобренных сделок, за исключением простой констатации того факта, что возможная убыточность не является основанием для признания решений собрания недействительными. По мнению суда, такой подход – при формальном соблюдении порядка созыва и проведения собрания – в принципе лишает миноритариев корпорации права оспаривать решения, против принятия которых они голосовали.

Суд кассационной инстанции отметил также, что даже восстановление миноритарным участником нарушенных прав (в случае их нарушения) иным способом (например, путем взыскания убытков) в полной мере не восполняет причиненный интересам такого участника и общества ущерб, который возможно не допустить посредством оспаривания решений собрания об одобрении сделок.

При новом рассмотрении дела АС Приморского края со ссылкой на п. 13 Обзора констатировал, что решения общего собрания были приняты проголосовавшими «за» вопреки интересам общества и являлись для участников заведомо невыгодными: решения о фактическом одобрении уменьшения имущественного комплекса повлекли существенные неблагоприятные последствия для истца как участника и причинили убытки обществу в виде невозможности получения той прибыли от хозяйственной деятельности организации, на которую вправе рассчитывать все участники общества6.

Влияние положений обзора на судебную практику

Основание, предусмотренное п. 13 Обзора, заключило в себе более конкретную по сравнению с предшествующим регулированием совокупность условий, при наличии которых решение собрания может быть признано недействительным:

  • решение принято в ущерб интересам общества и/или отдельного участника;
  • участник, повлиявший на принятие решения, действовал в собственном интересе или наличествуют иные доказательства недобросовестности/неразумности.

Приведенным в Обзоре примером Верховный Суд РФ зафиксировал важный постулат: суд не вправе отказаться от оценки решения собрания по существу при наличии доказательств того, что участники, принявшие решения, действовали исходя из личной выгоды, а также имеются иные доказательства их недобросовестности, в частности заведомая невыгодность одобренной сделки. Как указал ВС РФ, в приведенном в указанном пункте Обзора деле доказательством недобросовестности участников, голосовавших за принятие решения об одобрении положения о порядке премирования, послужил тот факт, что они сами являлись членами совета директоров общества и непосредственными бенефициарами премий. Кроме того, как было установлено судом, положение содержало экономически не мотивированные основания для выплаты премий.

Несмотря на то что с принятия Обзора прошел почти год, ввиду действовавших ограничений, связанных с пандемией, судебная практика еще не успела воспринять и развить условно названные «новыми» положения. Единичные решения, принятые за прошедший период, демонстрируют акцент судов на недобросовестности действий лиц, повлиявших на решение собрания.

Так, в двух взаимосвязанных делах суд кассационной инстанции отметил, что при анализе оспариваемых решений общих собраний о внесении вкладов в имущество юридического лица, а также решения о последующем перенаправлении денежных средств в другую организацию в целях оказания безвозмездной финансовой помощи необходим учет положения п. 13 и схожего положения п. 17 Обзора, регламентирующего основание признания недействительной сделки, совершенной в интересах отдельных участников общества7. Отправляя дела № А40–79002/2019 и А40–105613/2019 на новое рассмотрение, АС Московского округа отметил, что нижестоящими судами не дана оценка доводам заявителя о злоупотреблении правами иными участниками общества с целью незаконного использования денежных средств банка-участника и получения личной выгоды.

В другом деле оспаривалось решение общего собрания членов кооператива вместе с одобренной таким решением сделкой8. Удовлетворяя требования заявителей, суды трех инстанций пришли к выводу о том, что по заключенному от имени кооператива соглашению права и обязанности по договору аренды земельного участка были переданы обществу-контрагенту безвозмездно, в то время как стоимость переуступки на момент совершения сделки согласно экспертному исследованию составляла порядка 114 млн руб. В результате кооператив утратил права на земельный участок, необходимый для осуществления основной хозяйственной деятельности, что нанесло ущерб интересам и кооператива, и его членов.

Еще в одном деле суд апелляционной инстанции, соглашаясь с решением суда первой инстанции о ничтожности решения общего собрания акционеров в силу положений ст. 181.5 Г К Р Ф, также указал на принятие его в ущерб интересам общества при наличии личной заинтересованности9. Оспариваемым решением была одобрена заведомо невыгодная крупная сделка с заинтересованностью по внесению недвижимого имущества в качестве вклада в другое юридическое лицо. В результате указанной сделки акционерное общество лишилось единственного источника дохода в виде арендной платы по договору аренды переданных в качестве вклада нежилых помещений.

Стоит отметить, что в трех из четырех упомянутых дел основание, предусмотренное п. 13 Обзора, является не единственным, по которому оспаривающими лицами заявлены требования, и, скорее, дополнительным. Истцы указывают в первую очередь на нарушение процедурных правил созыва, проведения или формирования повестки общих собраний.

Таким образом, с закреплением в Обзоре основания, упорядочившего разрозненную судебную практику по рассматриваемому вопросу, у судов появилась небесспорная возможность оценивать экономическую составляющую решения соответствующего гражданско-правового сообщества. Предполагается, что столь широкая дискреция направлена на защиту прав как самой организации, так и отдельных ее добросовестных участников, действующих в интересах компании. С одной стороны, суд теперь имеет несвойственную ему по существу возможность оценивать экономическую целесообразность принятого внутри компании решения, не имея при этом должной вовлеченности в аспекты той или иной сферы предпринимательской деятельности, специфику деятельности конкретной организации, а главное – компетенции. С другой стороны – такое нововведение должно способствовать отстаиванию интересов тех лиц, чьи права в рамках компании ущемляются посредством решений высших органов управления.

* * *

В настоящее время судебная практика наглядно иллюстрирует нерешительность как заявителей, так и судов в использовании п. 13 Обзора в качестве основного в спорах о признании решений общих собраний недействительными. Представляется, что применение такого основания оспаривания, которое идентифицирует действия лиц в ущерб обществу и/или его участникам в угоду личным интересам, должно помочь дальнейшему развитию правоприменительной практики по вектору борьбы с недобросовестным использованием института юридического лица для собственной выгоды, а в ряде случаев – предотвратить выбытие ценных активов из владения компаний.

Остается надеяться, что в огромном количестве распределенных дел в отсутствие необходимой компетентности судьи смогут уделять такой категории споров достаточно времени для проведения в рамках судебного разбирательства соответствующими специалистами анализа экономических процессов деятельности организаций за определенный период, не завершая их по формальным основаниям.


1 Пункт 7 ст. 49 Федерального закона «Об акционерных обществах», п. 1 ст. 43 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО), ст. 181.4 ГК РФ.

2 Пункт 109 постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

3 Постановления АС Дальневосточного округа от 14 октября 2019 г. № Ф03–4489/19 по делу № А73–3152/2019; АС Московского округа от 6 марта 2018 г. № Ф05–1329/18 по делу № А40–10799/2017; АС Центрального округа от 27 марта 2017 г. № Ф10–63/17 по делу № А83–1267/2016.

4 Постановления АС Уральского округа от 7 августа 2018 г. № Ф09–3210/18 по делу № А60–16368/2017; АС Дальневосточного округа от 18 января 2018 г. № Ф03–5561/17 по делу № А59–1421/2017; АС Северо-Западного округа от 14 мая 2018 г. № Ф07–4188/18 по делу № А56–52780/2017.

5 Постановление АС Дальневосточного округа от 21 сентября 2017 г. № Ф03–3537/17 по делу № А24–5092/2016.

6 Решение АС Приморского края от 20 октября 2020 г. по делу № А51–26496/2017.

7 Постановления АС Московского округа от 9 июля 2020 г. № Ф05–8761/20 по делу № А40–79002/2019, № Ф05–8870/20 по делу № А40–105613/2019.

8 Постановление АС Северо-Кавказского округа от 15 июня 2020 г. № Ф08–945/2020 по делу № А61–1769/2019.

9 Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 июля 2020 г. № 15АП‑6782/20 по делу № А32–43143/2019.