06.07.20. Защищая налогоплательщика. Суды стали вставать на сторону налогоплательщика в спорах с налоговой службой. АГ.

Защищая налогоплательщика

Суды стали вставать на сторону налогоплательщика в спорах с налоговой службой
Горин Егор
Горин Егор

Партнер, руководитель практики судебной защиты КСК групп
Материал выпуска № 12 (317) 16-30 июня 2020 года.

По мнению автора настоящего комментария к статье Юлии Севастьяновой «Правовая поддержка заемщика» (см.: «АГ». 2020. № 11 (316)12 (317)), суды стали все чаще отменять решения налоговиков, блокирующие работу предпринимателей. Он подчеркивает, что введенные государством меры для прекращения пандемии не могут автоматически освободить от исполнения обязательств и применения штрафных санкций, указывает, в каком случае организации не могут рассчитывать на меры поддержки государства, и отмечает – судебная практика уже формирует понятие признаков обременительных или несправедливых договорных условий, поскольку в законодательстве они отсутствуют.

Тема форс-мажора и существенного изменения обстоятельств как никогда актуальна. Сегодня в непростой ситуации суд действительно чаще стал принимать решения, которые совсем недавно сложно было ожидать. Действуя вразрез с более чем трехлетней практикой, суды начали вставать на сторону налогоплательщика в спорах с налоговой службой. Ярким примером могут послужить определения арбитражного суда Республики Татарстан от 7 апреля 2020 г. по делу № А65-7490/2020, Курганской области от 6 апреля 2020 г. по делу № А34-3201/2020, Оренбургской области от 3 апреля 2020 г. по делу № А47-3878/2020. Региональные суды принимают во внимание губительные для бизнеса ограничительные меры, направленные на нераспространение коронавирусной инфекции, и отменяют решения налоговиков, блокирующие работу предпринимателей.

В целом судебная практика последних лет складывалась явно с положительным результатом для налоговых органов. Более 99% рассмотренных дел разрешались в пользу бюджета. Безусловно, существуют и исключения. Например, неожиданный кейс о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения сети алкомаркетов «Отдохни» в Нижнем Новгороде, где, по мнению налогового органа, была создана структура для получения необоснованной налоговой выгоды за счет применения специальных налоговых режимов (ЕНВД, УСН и т.п.) и наличествовали явные признаки взаимозависимости данных организаций. Дело было рассмотрено судами трех инстанций в пользу налогоплательщика1.

Возвращаясь к ситуации форс-мажора, можно уверено констатировать, что сама по себе пандемия и введенные государством меры для ее прекращения не могут автоматически освободить от исполнения обязательств и применения штрафных санкций (мер обеспечения исполнения обязательств и т.п.). Верховный Суд в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1 (утв. Президиумом ВС РФ 21 апреля 2020 г.) прямо указал, что не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей. Кроме того, редкий договор содержал положения о форс-мажоре, которые отвечали условиям нынешней ситуации.

Проблема усугубляется тем, что меры поддержки бизнеса, предпринимаемые правительством, касающиеся в том числе получения отсрочек по уплате кредитов, налогов, субсидий или неприменения процедуры банкротства и принудительного взыскания, распространяются на организации из «наиболее пострадавших отраслей». При этом принадлежность к пострадавшей отрасли определяется основным видом деятельности, указанным таковым в ЕГРЮЛ. Абсурдность ситуации в том, что в настоящее время не предусмотрен иной механизм. Иначе говоря, несмотря на то что основной доход организация извлекает, например, от туризма, но в ЕГРЮЛ основным видом деятельности указана, например, «сдача в аренду собственного имущества» (очень распространено в отношении отелей), то рассчитывать на меры поддержки данной организации не приходится.

Возможно, что в случае обращения в суд или в вышестоящий орган право на меры поддержки можно будет отстоять. В последнее время судьи стали принимать решения, опираясь на доктрину справедливости и защиты слабой стороны договора. В практике все чаще встречаются решения, основанные на п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г. № 16 «О свободе договора и ее пределах», при рассмотрении споров между предпринимателями, а также со ссылкой на позицию, приведенную в п. 76 постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дел о защите прав потребителей.

Сторона, считающая себя слабой в ходе заключения и исполнения договора, вправе потребовать пересмотра или исключения одного или нескольких условий договора в судебном порядке. При этом явно обременительные условия, оставаясь по своему содержанию допустимыми и не нарушающими запреты закона, могут быть квалифицированы в ходе судебного спора в качестве несправедливых условий договора при подтверждении одного из следующих признаков: 1) его заведомой выгодности для сильной стороны, создавшей для себя преимущества сверхдобросовестно понимаемых пределов осуществления субъективных прав; 2) очевидной затруднительности исполнения обязанностей слабой стороной в силу неразумных обременений и излишних расходов на исполнение; 3) явного ущемления и иного умышленного ограничения разумно понимаемых прав и интересов слабой стороны; 4) несоразмерного распределения прав и обязанностей, мер ответственности в пользу сильной стороны. Обязательным процедурным признаком несправедливости договорных условий, входящим в обособленный предмет доказывания, являются ограничение переговорных возможностей слабой стороны в согласовании спорного условия, создание препятствий для его обсуждения, иное недобросовестное навязывание взаимных прав и обязанностей без соблюдения баланса интересов сторон.

Несправедливость условий договора определяется индивидуально. Может возникнуть ситуация, при которой сходные обременительные условия договора при разных процедурах его заключения могут признаваться судами как справедливыми, так и нет.

В законодательстве отсутствуют признаки обременительных или несправедливых договорных условий, но судебная практика формирует их понятие2.

Верховным Судом РФ объявлено, что судебная работа возобновилась с 12 мая, и в большинстве регионов это действительно так. Даже в арбитражном суде г. Москвы с 18 мая возобновлены судебные заседания по спорам, возникающим из гражданских и иных правоотношений. Остается надеяться на конструктивный подход и справедливые решения людей в мантиях, которые оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению.

Хотелось бы видеть больше решений, когда суд руководствуется не формальным подходом и строго следует букве закона, но и принимает эффективные меры к восстановлению справедливости. Например, такой редкий судебный акт, как определение ВС РФ от 26 февраля 2020 г. по делу А66-5520/2017, вызывает только положительные эмоции.


1 Решение от 18 июня 2019 г. Арбитражного суда Нижегородской области по делу № А43-50002/2018.

2 Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 4 апреля 2019 г. № Ф09-773/19 по делу № А60-36076/2018, определение Верховного Суда РФ от 21 февраля 2017 г. № 305-ЭС16-14207 по делу №