06.07.20. Обоснованные и дискуссионные предложения Оценка анализа правового регулирования сроков на судебное обжалование действий органов государственной власти. АГ.

Обоснованные и дискуссионные предложения

Оценка анализа правового регулирования сроков на судебное обжалование действий органов государственной власти
Пустовит Юрий
Пустовит Юрий

Управляющий партнер «Адвокатского бюро Юг» (г. Краснодар)
Материал выпуска № 12 (317) 16-30 июня 2020 года.

Автор настоящего комментария к статье Анны Васильевой «Достичь правовой определенности» (см.: «АГ». 2020. № 10 (315)) обоснованными считает предложения коллеги о включении в КАС РФ всех специальных сроков обжалования, об исчислении срока на обжалование с момента вручения оспариваемого акта, о введении обязательных реквизитов разъяснения права обжалования и последствий их несоблюдения и акцентирует внимание на дискуссионных, по его мнению, тезисах, касающихся трехмесячного срока для обжалования, косвенного судебного контроля над ненормативными актами, компромисса, достигнутого в советской науке гражданского процесса и воспринятого КАС РФ, юридической силы индивидуального акта. Также он указывает на злоупотребление, связанное с обходом трехмесячного срока на обжалование.

В статье на материалах судебной практики и с привлечением отечественных и зарубежных источников автор анализирует проблемные вопросы правового регулирования сроков на судебное обжалование действий органов государственной власти.

На наш взгляд, в статье обоснованно предлагается включить в КАС РФ все специальные сроки обжалования, определить момент начала течения срока моментом вручения оспариваемого акта. Заслуживает внимания предложение ввести обязательные реквизиты разъяснения права обжалования и последствия их несоблюдения.

Адвокатская практика говорит о том, что государственные органы часто совершают ошибки при разъяснении порядка обжалования. Так, из нашего опыта приведу случай, когда Управление федеральной антимонопольной службы в постановлении о привлечении гражданина к административной ответственности разъяснило, что данное постановление обжалуется в арбитражный суд, хотя на самом деле это постановление должно быть обжаловано в суд общей юрисдикции.

Представляется обоснованным и предложение автора установить сроки, в течение которых лицо обязано заявить о пропуске срока по уважительной причине, по истечении которого восстановление срока будет невозможно.

Предложение автора исчислять срок на обжалование с момента вручения оспариваемого акта тоже заслуживает поддержки. Следует отметить, что такой порядок исчисления срока установлен в ст. 30.3 КоАП РФ, согласно которой жалоба на постановление по делу об административном правонарушении может быть подана в течение десяти суток со дня вручения или получения копии постановления.

Вместе с тем некоторые из выдвигаемых автором тезисов представляются нам дискуссионными.

Так, автор полагает установленный ст. 219 КАС РФ трехмесячный срок слишком длинным, в качестве примера правильного срока она приводит месячный срок, установленный в Германии. Между тем такое сравнение едва ли корректно. В Германии чиновники независимы и компетентны. У нас нет. Кроме того, далее в статье автор упоминает действующий в Германии годичный срок на обжалование, установленный для актов, не содержащих разъяснений порядка его обжалования, но при этом из содержания статьи не видно, что такой срок вызывает у автора протест своей длительностью, а это говорит о некоторой непоследовательности авторской позиции. Поэтому в наших условиях три месяца представляются наиболее оптимальным сроком.

Автор полагает, что возможность косвенного судебного контроля над ненормативными актами делает правовую систему неустойчивой. На наш взгляд, как раз наоборот, только возможность ex post контроля и делает правовую систему устойчивой против произвола чиновников, позволяя этой системе эффективно очищаться от их незаконных действий. Также не совсем понятно, о каком компромиссе, достигнутом в советской науке гражданского процесса и воспринятом КАС РФ, говорит автор – в советское время обжалование действий чиновников в суд было невозможно. Первый закон, допускающий такую возможность, был принят только в 1989 г.

Автор со ссылкой на доктринальные источники утверждает, что юридическая сила индивидуального акта состоит в том, что он не может быть отменен или изменен в рамках какого бы то ни было юридического процесса. Допустим, но как с этой позиции оценивать ч. 1 ст. 48 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», согласно которой муниципальные правовые акты могут быть отменены органами местного самоуправления или должностными лицами местного самоуправления, принявшими (издавшими) соответствующий муниципальный правовой акт. Отрицать за административными органами права исправлять свои ошибки, на наш взгляд, неверно.

В качестве примера сокращенного десятидневного срока на обжалование автор приводит ст. 357 ТК РФ. Между тем, исходя из нашего опыта, можем сказать, что в случае пропуска этого срока работодатели обжалуют действия Рострудинспекции на основании общей нормы ст. 361 ТК РФ, согласно которой «решения государственных инспекторов труда могут быть обжалованы соответствующему руководителю по подчиненности, главному государственному инспектору труда Российской Федерации и (или) в суд», с применением трехмесячного срока давности.

Также заслуживает внимания проблема, о которой автор не упомянула. В случае пропуска срока на обжалование и при отсутствии уважительных причин для пропуска срока заинтересованные лица иногда делают так: подают в административный орган заявление с просьбой об отмене ненормативного акта, а когда получают отказ, обжалуют не сам акт, а решение об отказе в его отмене. В ходе рассмотрения этого спора суд вынужден исследовать законность первоначального акта по существу. Это явное злоупотребление, но действующее законодательство пока не находит способов борьбы с ним.

Есть еще один способ обхода трехмесячного срока.

Речь идет о ситуациях, когда заинтересованное лицо требует от административного органа совершения властно-распорядительного действия, которое порождает не только административные, но также гражданско-правовые отношения.

Например, предоставление земельного участка из государственной или муниципальной собственности по ст. 39.20 ЗК РФ. Поскольку предоставление оформляется не только административным постановлением, но и договором купли-продажи земельного участка, то в случае если административный орган выносит постановление об отказе в предоставлении участка и заинтересованное лицо пропустило трехмесячный срок для обжалования такого постановления, вместо того, чтобы восстанавливать срок, это лицо может обратиться в суд с гражданским иском о понуждении к заключению договора купли-продажи, на который распространяется общий трехлетний срок исковой давности.