06.11.2020 АС г. Москвы опубликовал решение о привлечении к субсидиарной ответственности детей руководителя банкрота АГ НОВОСТИ

Суд не исключил возможность использования родителями личностей детей в качестве инструмента для сокрытия собственного имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов о возмещении им вреда
По словам одного из адвокатов, рассматриваемое дело ранее «всколыхнуло» юридическое сообщество, так как фабула его приводила к однозначному пониманию: к субсидиарной ответственности могут быть привлечены дети контролирующего лица, однако суду следовало все же обязать последних возвратить имущество в конкурсную массу, а не компенсировать его стоимость. Другой не согласился с решением арбитражного суда, отметив, что тот фактически не выполнил указания ВС РФ; он выразил надежду, что вышестоящая инстанция отменит судебный акт.

Арбитражный суд г. Москвы опубликовал мотивированное определение № А40-131425/16-30-203Б от 27 октября по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности детей контролирующего организацию-банкрота лица.

ФНС выступила за привлечение к субсидиарной ответственности всей семьи контролирующего должника лица

В 2012–2014 гг. Вадим Самыловских являлся контролирующим лицом ООО «Альянс»: он был генеральным директором этого общества и его 100-процентным собственником (за исключением отдельного периода, когда мажоритарным участником юрлица был его тесть).

Общество «Альянс» выступало подрядчиком по ряду госконтрактов, якобы привлекая субподрядчиков на выполнение соответствующих работ. В действительности же работы субподрядчиками не выполнялись, реальные хозяйственные операции между ними и подрядчиком не совершались, первичные документы об их взаимоотношениях являлись недостоверными, такие документы составлялись с единственной целью – получение обществом «Альянс» необоснованной налоговой выгоды в виде безосновательного уменьшения налогооблагаемой базы по налогу на прибыль и в виде увеличения налоговых вычетов по НДС.

В декабре 2016 г. налоговая инспекция доначислила обществу «Альянс» налоги, пени и штрафы на общую сумму свыше 309 млн руб. Налогоплательщику не удалось оспорить решение контролирующего органа в арбитражном суде (дело № А40-154246/2017).

В феврале 2017 г. АС г. Москвы признал банкротом ООО «Альянс» и назначил его конкурсным управляющим Дмитрия Клычкова. В реестр требований должника вошли денежные претензии пяти его кредиторов, относящиеся к третьей очереди удовлетворения, на общую сумму 311 млн руб. (в том числе требование налоговой инспекции на 309 млн руб.). В связи с этим в мае 2018 г. в вышеуказанный суд поступило заявление столичного УФНС России о привлечении Вадима Самыловских, его сыновей Даниила и Дмитрия вместе с их матерью Натальей Кириенко к субсидиарной ответственности в рамках банкротного дела должника.

ВС не поддержал выводы нижестоящих инстанций, частично удовлетворивших требования УФНС

В ходе судебного разбирательства было установлено, что должник перечислил значительную часть сокрытых от налогообложения путем фиктивного документооборота денежных средств ООО «Векша Плюс» в отсутствие на то разумных экономических причин, что и стало необходимой причиной банкротства общества «Альянс».

Арбитражный суд г. Москвы сначала привлек к субсидиарной ответственности лишь Вадима Самыловских за доведение контролируемого им общества до банкротства, взыскав с него в конкурсную массу свыше 311 млн руб. В остальной части требований налогового органа было отказано.

Впоследствии апелляция изменила определение АС г. Москвы и привлекла к субсидиарной ответственности Наталью Кириенко, установив ее соучастие в совершении действий, приведших к банкротству общества (в том числе выводе денежных средств из числа активов должника в пользу общества «Векша Плюс»). Так, вторая инстанция установила, что женщина непосредственно участвовала в деятельности организаций, использованных должником для получения необоснованной налоговой выгоды: она осуществляла полномочия единоличного исполнительного органа общества «ЕВС» и была его руководителем, консультировала директора общества «СМУ-2» по вопросам налогообложения и бухгалтерского учета, работала в обществе «Строй Вест» в должности бухгалтера. Наталья Кириенко также являлась генеральным директором и единственным участником общества «Векша Плюс», на счета которого были перенаправлены скрытые должником от налогообложения денежные средства. Кроме того, она состояла в зарегистрированном браке с Вадимом Самыловских.

В свою очередь, окружной суд отменил постановление апелляции и оставил в силе определение первой инстанции.

В августе 2019 г. Дмитрий Клычков был освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества «Альянс», на эту должность утвердили Айрата Габдулвагапова.

В декабре того же года Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда в своем Определении № 305-ЭС19-13326 отменила постановление кассации и оставила в силе судебный акт апелляции о привлечении Натальи Кириенко к субсидиарной ответственности. Высшая судебная инстанция также отменила определение АС г. Москвы и постановление окружного суда в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности Даниила и Дмитрия Самыловских. В отмененной части обособленный спор был направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Тогда ВС РФ указал, что нижестоящие суды не проверили, стали ли сыновья Самыловских реальными собственниками имущества, подаренного родителями, и преследовали ли они, получая имущество в дар, наряду с приобретением права собственности другую цель – освободить это имущество от обращения взыскания со стороны кредиторов их родителей по деликтным обязательствам.

Кроме того, Суд счел, что при новом рассмотрении спора суду следует рассмотреть вопрос о возможности привлечения к ответственности Даниила и Дмитрия Самыловских за умышленные действия, препятствующие получению кредиторами общества «Альянс» исполнения за счет имущества их родителей. Правовая позиция Верховного Суда по этому делу вошла в Обзор судебной практики № 1 за 2020 г.

В итоге суд привлек к субсидиарной ответственности сыновей контролирующего должника лица

После повторного рассмотрения обособленного спора АС г. Москвы отметил, что в 2017 г. Дмитрий Самыловский и Наталья Кириенко подарили своим сыновьям принадлежащую им на праве собственности недвижимость (включая несколько квартир). На момент сделок один из сыновей достиг совершеннолетия, а другому исполнилось 15 лет.

В материалах дела, как пояснил суд, не имелось доказательств того, что Даниил и Дмитрий Самыловских, будучи несовершеннолетними в 2012–2014 гг., являлись контролирующими лицами должника. «К несовершеннолетним детям контролирующих лиц неприменима презумпция контролирующего выгодоприобретателя (подп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве) в силу объективных особенностей отношений несовершеннолетних детей и их родителей, которым обычно присущи, с одной стороны, стремление родителей оградить детей от негативной информации, с другой стороны, повышенный уровень доверия детей к своим родителям», – отмечено в судебном определении.

С другой стороны, АС г. Москвы не исключил возможность использования родителями личностей детей в качестве инструмента для сокрытия собственного имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов о возмещении вреда, причиненного данным кредиторам. В частности, они могут оформить переход права собственности на имущество к детям лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, совершив тем самым мнимую сделку. Установление же несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Суд подчеркнул, что сделки по отчуждению дорогостоящего имущества были совершены лицами, контролирующими должника, практически сразу после признания последнего банкротом. Так, часть отчужденного имущества вначале была передана Вадимом Самыловских своей супруге, которая передала по договорам дарения и купли-продажи все дорогостоящее имущество детям. После подачи налоговым органом заявления о привлечении лиц, контролирующих должника, к субсидиарной ответственности почти все ликвидные активы были отчуждены третьим лицам.

Как пояснил суд, вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника, в том числе путем приобретения их имущества родственниками по действительным безвозмездным сделкам, не являющимся мнимыми, о вредоносной цели которых не мог не знать приобретатель. «При этом не имеет правового значения, какое именно имущество контролирующих лиц освобождается от притязаний кредиторов на основании подобной сделки – приобретенное за счет незаконно полученного дохода или иное, поскольку контролирующее лицо отвечает перед кредиторами всем своим имуществом, за исключением того, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание (ст. 24 ГК РФ). В этом случае возмещение причиненного кредиторам вреда ограничено по размеру стоимостью имущества, хотя и сменившего собственника, но, по сути, оставленного в семье (ст. 1082 ГК РФ)», – отмечено в судебном определении.

АС г. Москвы пояснил, что хотя основания требований кредиторов к контролирующим лицам (создание необходимых причин банкротства) и приобретшим их имущество родственникам (создание невозможности полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц) не совпадают, требования кредиторов к ним преследуют единую цель – возместить в полном объеме убытки (ст. 15 ГК РФ), поэтому обязательства контролирующих лиц и упомянутых родственников являются солидарными (ст. 1080 ГК РФ), что также позволяет исключить возникновение неосновательного обогащения на стороне пострадавших кредиторов.

Таким образом, суд отметил, что Дмитрий и Даниил Самыловских не доказали получение ими доходов, позволяющих приобрести спорное имущество и нести бремя по его содержанию. В связи с этим он привлек Даниила и Дмитрия Самыловских к субсидиарной ответственности должника, взыскав с этих лиц вместе с их матерью солидарно 93 млн руб.

Эксперты «АГ» неоднозначно оценили выводы суда

Адвокат АП г. Москвы Вячеслав Голенев отметил, что рассматриваемое дело “всколыхнуло” юридическое сообщество, так как фабула его приводила к однозначному пониманию: к субсидиарной ответственности могут быть привлечены дети контролирующего лица. «По существу к определению АС г. Москвы вопросов не так много. С точки зрения защиты прав кредиторов – оно образцово-показательное, однако были бы такими же рассуждения суда, если бы действия по выводу активов оспаривали кредиторы – частные субъекты, а не налоговый орган?» – задался вопросом он.

По словам эксперта, встречаются такие определения судов, которые читаешь и понимаешь: по существу верно, по общей справедливости тоже правильно, защищены все те лица, которые нуждались в защите (в данном случае это кредиторы), но остается некий “осадок”. «К детям хозяина бизнеса была буквально применена правовая позиция, изложенная в обзоре судебной практики ВС РФ № 1 за 2020 г., гласящая, что лица, содействовавшие сокрытию активов, отвечают за долги бизнеса в части стоимости выведенных активов должника или контролирующих лиц. Наверное, справедливым в этой ситуации (с учетом ее резонанса) является все же обязание возврата имущества в конкурсную массу, а не компенсация его стоимости (за исключением случая дальнейшей перепродажи активов). В противном случае, если имущество может реально стоить, например, меньшую сумму, чем указано в определении суда ко взысканию, даже при продаже всех “выведенных” активов может не хватить денег для того, чтобы расплатиться с кредиторами. Кроме того, кадастровая стоимость активов и их рыночная стоимость могут существенно различаться», – подчеркнул Вячеслав Голенев.

По его мнению, позиция суда может быть скорректирована применительно к случаю, когда за долги бизнеса отвечают несовершеннолетние дети бенефициара и они не осуществляли дальнейшую перепродажу активов. «В таком случае представляется целесообразным, во избежание нарушения их прав и законных интересов, ввести механизм обязания возврата имущества (активов), ранее “выведенных” на них, без определения его стоимости ко взысканию», – убежден эксперт.

Адвокат АБ «ЮГ» Сергей Радченко выразил несогласие с решением арбитражного суда. «На мой взгляд, суд, выполняя указания ВС РФ, при новом рассмотрении дела должен был сделать две вещи. Во-первых, установить стоимость перешедшего к детям имущества и привлечь их к субсидиарной ответственности только в размере этой стоимости, а не в размере, заявленном УФНС. Суд указал на солидарную ответственность каждого из детей вместе с обоими родителями, но поскольку родители подарили детям все свое имущество, то ясно, что ФНС требовать деньги с родителей не будет, она будет требовать только с детей. И если стоимости подаренного имущества окажется недостаточно (его рыночная стоимость может упасть, имущество может быть утрачено не по вине детей), то детям придется за махинации своих родителей доплачивать из своего кармана недостающую часть, что явно несправедливо», – предположил он.

Во-вторых, отметил эксперт, Верховный Суд, направляя это дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы, дал указание проверить: стали ли сыновья Самыловских реальными собственниками имущества, подаренного родителями, и преследовали ли они, получая имущество в дар, наряду с приобретением права собственности другую цель – освободить данное имущество от обращения взыскания со стороны кредиторов их родителей по деликтным обязательствам. «Суд первой инстанции эти указания не выполнил и ничего из названного проверять не стал. Надеюсь, в апелляционной инстанции эти недостатки будут исправлены», – выразил надежду адвокат.

Он добавил, что рассматриваемое дело является проявлением возникшей в последние годы тенденции защищать деликтными исками нарушенные права в договорных обязательствах. «Дети не являлись контролирующими лицами, и, как следствие, привлечение их к субсидиарной ответственности невозможно, но им контролирующие лица (родители) передали по сделке свое имущество, чтобы избежать обращения на него взыскания. Это классический пример мнимой сделки. Надлежащий способ защиты прав кредитора, которым в комментируемом деле выступает УФНС, – иск о применении последствий недействительности сделки, последствием удовлетворения которого будет возврат имущества от детей обратно к родителям с последующим обращением на него взыскания в ходе исполнительного производства», – убежден Сергей Радченко.

Он пояснил, что разница между иском о реституции и деликтным иском в том, что в порядке реституции возвращается только полученное по сделке, а при удовлетворении деликтного иска вред возмещается в полном объеме, здесь “полученного” нет. «Как следствие, если права кредитора нарушены сделкой, то кредитор не имеет права заявить деликтный иск, ему доступен только иск о реституции. В этом принципиальная ошибочность позиции Верховного Суда в данном деле, который посчитал возможным применить к требованию УФНС нормы о деликтной ответственности. Для того чтобы сгладить негативные последствия такого подхода, ВС РФ дал очень широкое толкование ст. 1082 ГК РФ, выведя из нее норму, которая из нее никак не следует: “В этом случае возмещение причиненного кредиторам вреда ограничено по размеру стоимостью имущества, хотя и сменившего собственника, но, по сути, оставленного в семье”. Тем самым реституция и возмещение вреда получают одни и те же последствия», – предостерег адвокат.

Зинаида Павлова