08.05.20. Когда суд восстановит срок. О включении в реестр застройщика-банкрота требований участников строительства, заявленных с пропуском срока. АГ.

О включении в реестр застройщика-банкрота требований участников строительства, заявленных с пропуском срока
Никитенко Петр

Адвокат, председатель КА г. Москвы «Никитенко, Якупов, Мамиев и партнеры»
Материал выпуска № 9 (314) 1-15 мая 2020 года.

Несмотря на то что включение в реестр требований кредиторов застройщика довольно подробно урегулировано ст. 201.4 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон), пропуск срока по-прежнему является массовым, а споры по его исчислению и восстановлению – крайне острыми. В настоящей статье рассматривается, по каким основаниям суд может включить в реестр требования, заявленные с пропуском срока, какая ситуация как аргумент для восстановления срока указана ВС РФ. Автор формулирует вывод о том, что формирование практики ответственности управляющих за пассивность в выявлении притворных сделок и неуведомление потенциальных кредиторов об этом позволили бы существенно снизить количество злоупотреблений недобросовестных управляющих, подконтрольных застройщику, предлагая способ устранения данного пробела и введение опровержимой презумпции действия в интересах застройщика любых третьих лиц, привлекающих денежные средства для строительства.

Читайте также комментарии к данному материалу ведущего юриста ООО «Содружество земельных юристов» Павла Лобачева и адвоката, партнера коллегии адвокатов «Делькредере» Дениса Юрова.

Увеличение количества споров о включении в реестр застройщика-банкрота требований участников строительства, заявленных с пропуском срока, вызвано тем, что ст. 201.4 Закона описывает идеальную ситуацию, в которой добросовестный застройщик заключал с участниками строительства исключительно договоры долевого участия в строительстве (далее – ДДУ) и регистрировал их.

Управляющему не составляет труда выявить контрагентов, направить предусмотренные этой нормой уведомления и самостоятельно сформировать реестр требований на основании данных о зарегистрированных ДДУ.

На практике же масса застройщиков используют для привлечения денег граждан различные схемы, состоящие из одной или нескольких сделок, прикрывающих ДДУ. Это и «предварительный договор», и «договор бронирования», и «цессия», и «продажа векселя» и иные. Такие схемы крайне разнообразны и часто применяются с использованием специальных лиц, через которых привлекаются денежные средства.

В Законе о банкротстве они поименованы как «действующие в интересах застройщика третьи лица» (п. 5 ст. 201.1.).

Привлечение таких лиц застройщиком по смыслу п. 2 ст. 170 ГК РФ, п. 87 постановления Пленума Верховного Суда Р Ф о т 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» квалифицируется как притворная сделка с иным субъектным составом.

В такой ситуации физические лица – участники строительства («дольщики») редко в состоянии отследить банкротство застройщика, так как уверены, что находятся в правоотношениях с иным лицом (в этом и состоит идея злоупотребления). Не прибавляет им защищенности и то, что конкурсный управляющий зачастую является подконтрольным самому застройщику и вскрывать подобные схемы не заинтересован. Для него это означает «лишние» голоса в реестре.

Случаются, конечно, пропуски сроков и по иным самым разнообразным житейским причинам.

По каким основаниям суд может включить в реестр требования, заявленные с пропуском срока?

Правило п. 4 ст. 201 Закона о возможности включения таких требований является специальным по отношению к ст. 154 Закона, т. е. исключением из общего правила о пресекательной природе срока на включение в реестр.

Оно гласит, что:

1. Реестр требований кредиторов (РТК) подлежит закрытию по истечении трех месяцев с даты о публикования сведений об открытии конкурсного производства.

2. Требования участников строительства включаются в реестр требований участников строительства (РТУС) при предъявлении указанных требований не позднее двух месяцев со дня получения уведомления конкурсного управляющего, независимо от даты закрытия такого реестра.

3. Уведомление считается полученным по истечении одного месяца со дня его опубликования в ЕФРСБ. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

При наличии перспективы достройки объекта или его высокой степени готовности участники строительства, как правило, заявляют требования о передаче им жилых помещений («натуральные» требования), которые включаются в РТУС. Такой реестр рассматривается как часть РТК (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12 марта 2013 г. № 15510/12 и от 23 апреля 2013 г. № 13239/12).

Наибольший интерес представляют именно такие требования, поскольку борьба за актив в этом случае наиболее острая, а пропуск срока на включение – наиболее чувствителен.

Итак, юридическим фактом, с которым закон связывает как начало течения срока на включение в РТУС, так и возможность его восстановления, является направление управляющим уведомления участнику строительства.

Уведомление участника строительства и начало течения срока на включение в реестр

Постановлением Президиума ВАС РФ от 23 апреля 2013 г. № 14452/12 указанная норма истолкована с целью предоставления максимальной правовой защиты гражданину как неквалифицированному инвестору: «Основной целью принятия специальных правил о банкротстве застройщиков является обеспечение приоритетной защиты граждан – участников строительства как непрофессиональных инвесторов, о чем, в частности, свидетельствует установление для граждан третьей приоритетной очереди удовлетворения требований по отношению к другим кредиторам (пункт 1 статьи 201.9 Закона о банкротстве). Поэтому применение названных правил должно быть направлено на достижение этой цели, а не на воспрепятствование ей».

Установив отсутствие уведомления в деле, суд посчитал, что в таком случае срок предъявления требований участниками строительства начинает исчисляться не ранее даты направления им указанного уведомления временным или конкурсным управляющим.

Одновременно постановлением установлен предельный срок, до начала которого возможно рассмотрение вопроса о восстановлении пропущенного срока, а именно: до начала расчетов с кредиторами.

Таким образом, правовым последствием ненаправления уведомления является то, что срок на включение не начинает свое течение. При наличии же такого уведомления срок начинает отсчитываться с даты его получения. В этом случае участник строительства несет риски его пропуска.

Долгое время такая позиция была господствующей в практике, что позволяло гражданам включать свои требования в реестр спустя значительное время после закрытия реестра. Например, по делу № А40–4680/06 объявление о введении конкурса опубликовано в июне 2010 г. В отсутствие уведомления участников строительства их включение в реестр спустя пять лет после публикации было признано законным: определение ВС РФ от 9 февраля 2017 г. № 305-ЭС14–2123(7).

Однако в деле № А40–84122/2010 данный подход был существенно скорректирован. Определением Судебной коллегии по экономическим спорам ВС Р Ф о т 5 сентября 2019 г. № 305-ЭС14–7512(24) отменены акты нижестоящих судов о включении требований участников строительства в реестр, основанные на факте неуведомления участника строительства.

Верховный Суд РФ мотивировал свое решение следующим образом: «Наряду с иными обстоятельствами следует принимать во внимание, что покупка жилого помещения по договору долевого участия изначально сопряжена с определенными рисками для его будущего владельца. В связи с этим предполагается, что последний, вступая в данные правоотношения, действует разумно и осмотрительно, проявляет достаточную степень заботливости (по меньшей мере, интересуется ходом строительства) и не может в отсутствие к тому уважительных причин на неопределенно долгий срок откладывать предъявление требования, нарушая тем самым права иных участников строительства на удовлетворение их требований (создание ЖСК, привлечение нового застройщика, реализация объекта незавершенного строительства и т. п.)».

Не оценивая обстоятельства дела и аргументы о том, что включение в реестр нарушает права иных участников строительства, полагаем необходимым обратить внимание на то, что при таком подходе бездействие управляющего по выявлению участников строительства и направлению им уведомления, по сути, не имеет правового значения.

Негативные последствия такого бездействия вредоносны как для заинтересованного кредитора, так и иных кредиторов, а также самого процесса о банкротстве. Они существенно влияют на вопросы передачи объекта строительства, сроки завершения процедуры, поскольку рассмотрение требований оперативно не выявленных и не уведомленных кредиторов существенно затягивает процедуру.

Считаем, что если в аналогичных случаях устанавливается факт бездействия управляющего по уведомлению участников строительства и сам участник при этом не включается в реестр, то он вправе заявить иск о взыскании убытков с управляющего: ст. 15, 53 ГК РФ, п. 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 15 декабря 2004 г. № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона “О несостоятельности (банкротстве)”»).

При этом, даже если установлено отсутствие должной осмотрительности заявителя, управляющий может ставить лишь вопрос о снижении размера убытков в соответствии со ст. 1083 ГК РФ, однако оснований для полного освобождения от ответственности не имеется, поскольку само нарушение является явным и противоправным.

Полагаем, что право на такой иск имеют не только непосредственно участники строительства по зарегистрированным ДДУ, но и те граждане, чьи средства привлекались по притворным сделкам, прикрывающим ДДУ.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, конституционный принцип равенства (ст. 19 Конституции РФ), гарантирующий защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает помимо прочего недопустимость введения не имеющих объективного и разумного оправдания ограничений в правах лиц, принадлежащих к одной категории (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

Поскольку притворные сделки в силу ст. 170 ГК РФ являются ничтожными с применением правил о той сделке, которую стороны имели в виду (т. е. ДДУ), то и граждане, вносившие денежные средства по таким сделкам, находятся в одинаковой ситуации с лицами, заключившими ДДУ непосредственно с застройщиком. Это соответствует принципу равенства кредиторов (paripassu).

Законодатель указывает на необходимость выявления судом притворных сделок застройщика или третьих лиц, действовавших в его интересах, предоставляя тем самым защиту всем категориям дольщиков, которые вложили средства в строительство многоквартирных домов, в том числе и по так называемым теневым схемам (п. 5 ст. 201.1 Закона о банкротстве).

Несмотря на отсутствие явно выраженной обязанности в п. 2 ст. 201.4, подп. 2 п. 1 ст. 201 Закона о банкротстве, полагаем, что выявление притворных сделок и информирование граждан, передавших по ним «действующим в интересах застройщика третьим лицам» свои средства для получения квартир от застройщиков, – является прямой обязанностью добросовестного управляющего, установленной п. 4 ст. 20.3 Закона.

Формирование практики ответственности управляющих за пассивность в выявлении притворных сделок и неуведомление потенциальных кредиторов об этом позволили бы существенно снизить количество злоупотреблений недобросовестных управляющих, подконтрольных застройщику.

Основания для восстановления срока

В случае если уведомление управляющим направлялось (или публиковалось), однако срок на заявление требования, предусмотренный ст. 201.4 Закона (один месяц с даты опубликования или два месяца с даты получения уведомления), пропущен, гражданин вправе заявить ходатайство о его восстановлении. Критерии уважительности причин пропуска в этом случае не отличаются от общегражданских: это случаи неуведомления по надлежащему адресу, болезни, длительного отсутствия, применения меры пресечения, ухода за родственниками, иные крайне неблагоприятные жизненные обстоятельства, объективно препятствующие подготовке и подаче заявления. Аргумент о ненаправлении уведомления также оценивается судами при решении вопроса о восстановлении срока. См., например: определение ВС РФ от 14 августа 2019 г. № 305-ЭС19–12562 по делу № А41–40479/2015.

По смыслу п. 5 ст. 10 ГК РФ лица, являющиеся стороной притворной сделки и относящиеся к той же очереди кредиторов, не могут нести негативные последствия только лишь вследствие использования застройщиком «теневой схемы» привлечения средств для строительства.

Отсутствие уведомления управляющего в данном случае можно рассматривать как безусловное основание для восстановления пропущенного срока, независимо от степени разумности и осмотрительности. В данных правоотношениях он уже является заведомо слабой стороной, которой навязана притворная сделка, что существенно затрудняет включение в реестр кредиторов.

Произвольное уведомление одних лиц в пределах одной очереди кредиторов и неуведомление других, обусловливающее начало течения срока на включение в реестр, нарушают принцип равенства кредиторов, поскольку ставят их в заведомо неравное положение при включении в реестр.

«Правовая неопределенность» как аргумент для восстановления срока

В судебной практике встречается указание на «длительную правовую неопределенность в отношении порядка реализации прав кредитора» как потенциальное основание для восстановления срока на включение в реестр: определение Верховного Суда РФ от 24 июня 2016 г. № 304-ЭС16–6505(1,2) по делу № А46–8936/2010.

Верховный Суд РФ указал, что, учитывая длительную правовую неопределенность по вопросу о порядке реализации участниками строительства своих прав, а также о статусе имеющихся у них требований, участники вправе обратиться с заявлением о включении своих требований в реестр, одновременно заявив ходатайство о восстановлении срока.

Следуя данной правовой позиции, суды посчитали возможным включить требование кредитора, заявленное с пустя 5 лет с момента закрытия реестра кредиторов: постановление от 20 июля 2017 г. № Ф04–2831/2012.

Это наглядная иллюстрация того, что порой состояние правовой неопределенности может длиться годами. Особенно ярко это проявляется в тех случаях, когда неквалифицированный инвестор, имея на руках договор с фирмой «однодневкой» (реально прикрывающий ДДУ с застройщиком), обращается с заявлением о возбуждении уголовного дела.

В случае возбуждения (а также признания гражданским истцом) возникают своеобразная «конкуренция» способов защиты права и прекрасный аргумент для банкрота о том, что теперь необходимо дождаться приговора, который может состояться спустя годы после завершения процедуры банкротства.

Очевидно, что в описанной ситуации требования кредиторов по своему статусу равны и различаются лишь тем, что у некоторых дольщиков деньги принимали «действующие в интересах застройщика третьи лица». Однако при выборочном подходе к выявлению и уведомлению их требования de-facto становятся менее приоритетными по сравнению с другими. Справедливо ли подобное ранжирование? Полагаем, что нет.

Инвестирование через действующих в интересах застройщика третьих лиц, при отсутствии уведомления со стороны управляющего о возможности квалификации данной сделки как притворной и включении на этом основании в реестр застройщика, и есть «длительная правовая неопределенность» для инвестора.

Баланс интересов при выявлении и квалификации таких сделок в настоящее время не оптимален и должен быть смещен с непрофессионального инвестора на профессионального управляющего.

Возможно, стоило бы подумать о введении опровержимой презумпции действия в интересах застройщика любых третьих лиц, привлекающих денежные средства для строительства.

Опровержимость такой презумпции создаст необходимый баланс интересов и будет способствовать защите прав граждан – участников строительства (например, на случай ликвидации таких лиц в преддверии банкротства застройщика), повышению ответственности управляющих, сокращению числа обособленных споров в деле о банкротстве застройщика.

Выводы

4. Из буквального содержания п. 2 ст. 201.4, подп. 2 п. 1 ст. 201 Закона о банкротстве в системной взаимосвязи с п. 5 ст. 201.1 Закона прямо не следует обязанность конкурсного управляющего выявлять действовавших в интересах застройщика третьих лиц и направлять финансировавшим их лицам уведомления о возможности заявления требований непосредственно к застройщику.

Также из нее не следует обязанность предоставлять суду и кредиторам заключения о притворности или мнимости подобных сделок.

5. Указанные обстоятельства существенно ухудшают права кредиторов, заключивших сделки с привлеченными застройщиком третьими лицами. Отсутствие своевременного уведомления может привести к отказу во включении в реестр требований по причине длительного состояния правовой неопределенности как причины пропуска срока.

6. Этот пробел может быть преодолен в судебной практике путем распространения на данные отношения общих положений п. 4 ст. 20.3 Закона в части требования добросовестности действий управляющего.

7. Если сделка заключена участником строительства с привлеченным застройщиком третьим лицом и при этом пропущен срок на включение в реестр (или в его восстановлении отказано) вследствие бездействия управляющего по выявлению и уведомлению такого участника, то управляющий должен отвечать за причиненные убытки.

8. При рассмотрении требований физических лиц – участников строительства должна применяться опровержимая презумпция действия в интересах застройщика любых третьих лиц, привлекающих денежные средства для строительства, установленная законом или судебным правотворчеством.