08.06.20. Как мировое соглашение в деле о банкротстве основного должника влияет на обязательство поручительства? АГ. НОВОСТИ.

Как мировое соглашение в деле о банкротстве основного должника влияет на обязательство поручительства?

Верховный Суд пояснил, что поручительство как обеспечительная сделка призвано обслуживать интересы кредита, а не наоборот, поэтому добросовестный и разумный кредитор обоснованно рассчитывает на его возврат заемщиком и получение платы
Эксперты «АГ» поддержали выводы Суда. Один из них отметил, что ВС правильно указал на сохранение поручительства как обязательства акцессорного характера, которое по своей природе призвано обслуживать интересы кредита и защищать кредитора-займодавца от риска непредоставления исполнения по основному обязательству. Другая указала, что Суд справедливо не стал рассматривать доводы о возможности нахождения в реестре требований кредиторов поручителя лица, аффилированного с должником, поскольку это обстоятельство было рассмотрено в другом обособленном споре.

21 мая Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС18-11645(3) по обособленному спору об исключении из реестра требований кредиторов должника-физлица, являющегося поручителем по кредитному договору, требований нового кредитора, которому они достались от банка, предоставившего кредит хозяйственному обществу.

Повод для обращения в суд

В феврале 2014 г. ПАО «Сбербанк России» открыло невозобновляемую кредитную линию ООО «Комфортный город» по соответствующему кредитному договору, в рамках которого обязательство заемщика обеспечивалось поручительством граждан Александра Терехова и Ольги Акыевой. В связи с неисполнением обществом и поручителями обязательств по возврату займа в декабре 2015 г. суд общей юрисдикции взыскал с них в пользу банка 323 млн руб. в солидарном порядке.

В октябре 2016 г. арбитражный суд принял заявление банка о признании Терехова банкротом, далее была введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Впоследствии требования кредитной организации были включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника (в том числе 309 млн руб. основного долга, 25 млн руб. в виде различных сумм неустоек). В июле 2017 г. мужчина был признан банкротом, в отношении него была введена процедура реализации имущества.

Заявление о признании банкротом Ольги Акыевой было принято судом в сентябре 2016 г. (дело № А40-17767/2016). В январе следующего года суд также признал банкротом ООО «Комфортный город», в отношении него была введено конкурсное производство (дело № А23-5277/2016). В конце 2017 г. кредиторы общества приняли решение о заключении мирового соглашения. Тогда суд заменил в банкротном деле Александра Терехова конкурсного кредитора в лице банка Андреем Гусаровым в части требований на сумму 323 млн руб. Этот гражданин был также признан сокредитором банка по кредитному договору в размере 10 млн руб., обеспеченных договором поручительства, заключенным с Тереховым. Аналогичным образом состоялось правопреемство Андрея Гусарова по делам о банкротстве ООО «Комфортный город» и Ольги Акыевой.

Первая инстанция и окружной суд разошлись в выводах с апелляцией

В дальнейшем финансовый управляющий Александра Терехова Олег Дятлов обратился в суд с заявлением об исключении требования Гусарова из третьей очереди реестра требований кредиторов должника. По заявлению управляющего, заемщик более не находится в просрочке ввиду изменения условий кредитного договора, соответственно, отсутствуют основания для взыскания причитающегося с поручителя и нахождения соответствующего требования к нему в реестре.

Арбитражный суд удовлетворил такое требование под предлогом того, что утверждение мирового соглашения в деле о банкротстве заемщика не только изменило условия о сроках исполнения кредитного обязательства, но и правоотношения между кредитором и поручителем в силу их акцессорного характера.

Апелляционный суд не согласился с первой инстанцией и отменил ее решение, отказав в удовлетворении требования заявителя. Апелляция отметила, что установленная вступившим в законную силу решением суда задолженность перед Андреем Гусаровым не погашена, следовательно, доказательства исполнения мирового соглашения отсутствуют, как и основания полагать, что у Терехова не имеются обязательства перед Гусаровым. При наличии вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего состав и размер требования кредитора, арбитражный суд не вправе произвольно исключить такие требования из реестра требований кредиторов.

Впоследствии окружной суд отменил постановление апелляции, оставив в силе определение первой инстанции.

Верховный Суд поддержал выводы апелляции

В кассационной жалобе в Верховный Суд Андрей Гусаров просил отменить определение суда первой инстанции и постановление суда округа, оставив в силе постановление апелляции.

После изучения материалов дела № А41-44136/2016 Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ напомнила, что при разрешении вопроса о влиянии мирового соглашения, заключенного в деле о банкротстве основного должника, на обязательство из поручительства необходимо исходить из правовой природы обеспечительных сделок. Их смысл заключается в ограждении кредитора от риска непредоставления должником исполнения по основному обязательству; в повышении вероятности погашения долга за счет обеспечения; в защите кредитора от неоплатности должника (в том числе на случай банкротства последнего).

«Поручительство как обеспечительная сделка призвано обслуживать интересы кредита, а не наоборот. Добросовестный и разумный кредитор, выдавая кредит, обоснованно рассчитывает на его возврат заемщиком и получение платы. Фактор же наличия обеспечения, повышающего вероятность возврата денег, объективно влияет на условия кредитования, в частности на получение одобрения кредитного комитета, срок, процентную ставку и т.д. (Определение от 27 апреля 2018 г. № 305-ЭС17-2344(13) по делу № А40-232020/2015)», – отметил Суд.

Высшая судебная инстанция добавила, что особенность правового регулирования банкротных отношений состоит в том, что за утверждение мирового соглашения в деле о банкротстве должника должны проголосовать все залоговые кредиторы (п. 2 ст. 150 Закона о банкротстве). В рассматриваемом случае Андрей Гусаров являлся залоговым кредитором должника, правопреемником банка по кредитному договору, от волеизъявления которого зависела судьба мирового соглашения в рамках дела о банкротстве основного заемщика в лице общества «Комфортный город».

Как следует из переписки сторон, представленной в материалы дела, в ответ на просьбу Александра Терехова о заключении мирового соглашения по делу о банкротстве общества «Комфортный город» Гусаров сообщил о своем согласии при условии сохранения поручительства Терехова на прежних условиях, что поручитель фактически ему и гарантировал. «Таким образом, заключение мирового соглашения в деле о банкротстве основного заемщика залоговый кредитор согласовал с поручителем. Стороны пришли к соглашению о сохранении солидарной обязанности Александра Терехова на прежних условиях после заключения мирового соглашения. Такая договоренность не противоречит положениям ст. 421 ГК РФ о свободе договора. Соответствующая сделка не была признана недействительной в рамках дела о банкротстве Александра Терехова. Следовательно, требование кредитора подлежит сохранению, позволяя ему получить удовлетворение в полном объеме в деле о банкротстве солидарного должника», – отметил ВС.

Иной вывод, как пояснил Суд, противоречил бы договоренностям сторон. Заявляя о необходимости исключения требования Гусарова из реестра требований кредиторов Александра Терехова, представители иных его кредиторов указывали на незаконность включения требования ввиду аффилированности кредитора и должника, злоупотребления правом при включении требования в реестр. Фактически они оспаривали определение суда о замене конкурсного кредитора (банка) его правопреемником, которое не является предметом рассматриваемого дела. В этой связи Верховный Суд отменил судебные акты первой инстанции и кассации, оставив силе постановление апелляции.

Эксперты «АГ» поддержали выводы Суда

Руководитель группы по банкротству «Качкин и Партнеры» Александра Улезко согласилась с выводами Верховного Суда. «Тот факт, что в результате заключения мирового соглашения в деле о банкротстве заемщика изменились условия основного обязательства, не должен влиять на исключение из реестра требований кредиторов в деле о банкротстве поручителя соответствующей задолженности. Только в том случае, если мировое соглашение будет фактически исполнено, а долг по основному обязательству будет погашен, в реестр требований кредиторов поручителя должна быть внесена отметка о погашении задолженности (п. 53 Постановления Пленума ВАС РФ от 12 июля 2012 г. № 42 “О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством”)», – отметила она.

Читайте также
ВС обобщил практику по субординации требований кредиторов
Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц содержит 14 правовых позиций
05 Февраля 2020 Новости

По мнению эксперта, справедливо и то, что Суд не стал рассматривать доводы о возможности нахождения в реестре требований кредиторов поручителя лица, аффилированного с должником, поскольку это обстоятельство было рассмотрено в другом обособленном споре. «Даже если говорить о том, что вопрос субординации не мог быть решен на момент рассмотрения судом заявления о включении в реестр требований кредиторов, поскольку существовала правовая неопределенность в квалификации правоотношений должника, с одной стороны, и аффилированных и контролирующих его лиц, с другой стороны, то и сейчас Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29 января 2020 г.), дает ответы далеко не на все вопросы», – отметила Александра Улезко.

Юрист юридического бюро «ОЛИМП» Иван Хорев также полагает, что в рассматриваемом случае позиция Верховного Суда является вполне закономерной с точки зрения сложившейся правоприменительной практики, а также с учетом того правового подхода, который был сформулирован в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12 июля 2012 г. № 42. «В указанном постановлении Пленума ВАС РФ в отношении различных практических ситуаций указывается на сохранение поручительства в целях недопущения утраты кредитором тех возможностей, на которые он правомерно рассчитывал, обеспечивая основной долг», – пояснил он.

Эксперт отметил, что в рассматриваемом случае такое решение проблемы, которое предложил Верховный Суд РФ, во многом продиктовано фактическими обстоятельствами спора, а именно тем, что должник-поручитель дал свое согласие на сохранение поручительства и такое согласие никто из кредиторов (включая финансового управляющего) в деле о банкротстве должника-поручителя не оспорил. «Исходя из этого, Верховный Суд правильно указал на сохранение поручительства как обязательства акцессорного характера, которое по своей природе призвано обслуживать интересы кредита и защищать кредитора-займодавца от риска непредоставления исполнения по основному обязательству. Подобные правовые позиции уже и ранее формулировались Верховным Судом РФ в делах со схожими обстоятельствами (определения ВС РФ № 305-ЭС14-1200 от 24 сентября 2014 г.; № 308-ЭС16-1443 от 14 июня 2016 г.). Такой подход не противоречит также и п. 2 ст. 367 ГК РФ, который предусматривает прекращение поручительства в случае изменения основного обязательства только в том случае, если поручитель не давал своего согласия на сохранение поручительства и такие изменения существенно ухудшают его положение», – подытожил Иван Хорев.