10.03.2021 ВС пояснил нюансы порядка взыскания судебных расходов с проигравшей стороны в пользу юрфирмы АГ НОВОСТИ

Как пояснил Суд, договор цессии может быть заключен не только в части требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено им у третьего лица

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда вынесла Определение № 307-ЭС20-11335 по делу № А56-7237/2018 касательно взыскания судебных расходов в пользу юридической фирмы по арбитражному спору, выигранному ее клиентом.

Истец уступил юрфирме право требования при взыскании судебных расходов

В ноябре 2017 г. ООО «ИСК “Фирма КПД”» и ООО «Юстиция Прайм» заключили договор об оказании юридических услуг касательно консультирования в части возбуждения и ведения арбитражного спора в интересах заказчика по иску о взыскании с Ассоциации по содействию участникам строительной сферы «СтройБазис» неосновательного обогащения на сумму в 2 млн руб.

Согласно п. 4.2 договора оплата услуг исполнителя осуществляется заказчиком после вступления в законную силу судебного акта суда первой инстанции путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя либо по договоренности сторон иным способом (в том числе через уступку права требования взыскания судебных расходов с ответчика). В рамках договора «Юстиция Прайм» оказала заказчику юридические услуги на сумму 63 тыс. руб.

В дальнейшем общество «ИСК “Фирма КПД”» обратилось в арбитражный суд с иском к Ассоциации «СтройБазис» о взыскании 2 млн руб. неосновательного обогащения, который был удовлетворен. Взыскатель уступил обществу «Юстиция Прайм» право требования к должнику на сумму 330 тыс. руб. В связи с этим апелляция заменила в порядке процессуального правопреемства истца юрфирмой в части уступленного права, при этом решение суда первой инстанции было оставлено без изменения. Дело в кассационном порядке не рассматривалось.

В августе 2019 г. «ИСК “Фирма КПД”» и «Юстиция Прайм» подписали акт об оказанных услугах и заключили договор уступки права требования, по условиям которого заказчик уступил обществу право требования взыскания с ассоциации понесенных им судебных расходов в сумме 63 тыс. руб. в счет оплаты оказанных юруслуг.

В дальнейшем фирма обратилась в арбитражный суд, рассмотревший дело в качестве суда первой инстанции, с заявлением о взыскании с ответчика судебных расходов, а также о замене взыскателя по данному требованию «Юстицией Прайм». В суд также поступило заявление общества «Юстиция Прайм» о замене взыскателя.

Три судебные инстанции отказали в удовлетворении заявлений. При этом суды исходили из того, что истец не доказал факт несения судебных расходов на оплату услуг представителя. Они также сочли, что право требования взыскания судебных расходов не может возникнуть ранее вынесения судебного акта об их взыскании, при этом зачет невозникшего права требования не может быть признан надлежащим платежом. Оставляя без удовлетворения ходатайства фирмы и общества «Юстиция Прайм» о замене ответчика Ассоциацией «Национальное объединение изыскателей» (к которой путем реорганизации присоединилась Ассоциация по содействию участникам строительной сферы «СтройБазис»), суд округа отметил, что заявители не доказали переход установленных обязательств, и указал на отсутствие передаточного (разделительного) акта, определяющего спорные имущественные отношения. Кроме того, окружной суд заключил, что поскольку у заявителей отсутствует право требования, то недопустимо правопреемство из невозникшего и несуществующего материально-правового отношения.

Рассмотрение дела в ВС

Впоследствии фирма и общество «Юстиция Прайм» обратились в Верховный Суд с кассационными жалобами, в которых просили пересмотреть обжалуемые судебные акты со ссылкой на их незаконность. Сначала судья ВС отказалась передавать дело на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам, и лишь после определения заместителя председателя Суда дело поступило в коллегию.

После изучения материалов дела Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ со ссылкой на п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» напомнила, что переход права, защищаемого в суде, в порядке универсального или сингулярного правопреемства влечет переход права на возмещение судебных издержек, поскольку право на такое возмещение не связано неразрывно с личностью участника процесса. В этом случае суд производит замену лица, участвующего в деле, его правопреемником. Как пояснил ВС, ранее нижестоящие суды не исследовали и не оценивали вопрос о переходе к обществу «Юстиция Прайм» права на возмещение судебных расходов в части уступленного права на взыскание 330 тыс. руб.

При этом, добавил Суд, возмещение стороне судебных расходов (в том числе расходов на оплату услуг представителя) может производиться, если только сторона докажет фактическое несение ею указанных расходов. Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. В свою очередь, недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек. При этом стороны договора возмездного оказания услуг вправе согласовать выплату вознаграждения исполнителю в различных формах, если такие условия не противоречат основополагающим принципам российского права.

«Из материалов дела не усматривается, что предусмотренный сторонами порядок оплаты услуг исполнителя путем уступки ему права на взыскание судебных расходов противоречит публичному порядку РФ, и, таким образом, не имеется оснований полагать, что сторонами выбрана недопустимая форма взаиморасчетов и фирма не подтвердила наличие издержек. <…> Договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица…», – отмечено в определении.

ВС добавил, что на момент заключения заявителями договора уступки спор был рассмотрен по существу и, следовательно, имелись правовые предпосылки для удовлетворения требования выигравшей стороны о взыскании судебных расходов, в связи с чем ошибочен вывод нижестоящих судов относительно невозможности уступки непросуженного права.

«Отказ окружного суда в удовлетворении заявления общества и фирмы о замене ответчика по делу по мотиву отсутствия передаточного акта нельзя признать правомерным. Ассоциация по содействию участникам строительной сферы “СтройБазис” прекратила свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения к другому юридическому лицу – к Ассоциации “Национальное объединение изыскателей” <…>. В силу положений п. 2 ст. 58 ГК РФ произошло универсальное правопреемство, в связи с чем права и обязанности присоединенного юридического лица, в данном случае ассоциации “СтройБазис”, перешли к ассоциации “Национальное объединение изыскателей”; отсутствие передаточного акта не является препятствием для констатации факта перехода обязанностей перед истцом по настоящему делу», – заключил ВС, который отменил судебные акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Эксперты «АГ» проанализировали выводы Суда

Юрист практики разрешения споров АБ «Инфралекс» Марина Крайнова отметила, что в рассматриваемом случае цедент и цессионарий выбрали не очень обычную для гражданского оборота форму оплаты юридических услуг, а именно путем уступки права на взыскание судебных расходов, которое не было просужено, и зачета требований по оплате юридических услуг и уступаемого права. «До вынесения этого определения Верховного Суда судебная практика относительно допустимости такой правовой конструкции была противоречивой», – отметила она.

По словам эксперта, например, Арбитражный суд Московского округа по делу с участием ООО «Юстиция Прайм» указал, что право требования взыскания судебных расходов не может возникнуть ранее вынесения судебного акта о взыскании судебных расходов, при этом зачет невозникшего права требования не может быть признан надлежащим платежом. В связи с этим суд округа пришел к выводу, что истец не представил доказательств того, что он фактически понес судебные расходы в заявленной сумме (см. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 9 декабря 2020 г. № Ф05-17221/2020 по делу № А40-121161/2019).

«В другом деле с аналогичными обстоятельствами Арбитражный суд Западно-Сибирского округа указал, что на момент заключения договора об уступке непросуженного права требования о взыскании судебных расходов такое право требования уже возникло, так как оно возникает с момента несения таких расходов (при условии выигрыша в процессе), а не с момента вступления в силу судебного акта об их взыскании. Следовательно, поскольку оплата стоимости оказанных юридических услуг истцом и стоимости принятых заявителем прав требований произведена сторонами путем зачета прав, факт несения судебных расходов был подтвержден (см. Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 2 октября 2020 г. № Ф04-5336/2018 по делу № А45-10475/2013)», – отметила юрист.

По ее словам, увеличение количества споров о возможности уступки непросуженного права требования о взыскании судебных расходов и о возможности его зачета свидетельствует о том, что такая правовая конструкция интересна участникам гражданского оборота, в первую очередь юристам и их клиентам. «Благодаря правовой позиции ВС РФ в данном вопросе появилась определенность, что снижает риск отказа в удовлетворении заявления о правопреемстве и о взыскании судебных расходов. В связи с этим такая правовая конструкция, возможно, будет чаще использоваться в качестве платы за юридические услуги», – предположила Марина Крайнова.

Адвокат АБ «ЮГ» Сергей Радченко отметил, что взыскать судебные расходы можно только после того, как они понесены. «На практике бывают ситуации, когда дело выиграно, но у клиента нет денег, чтобы расплатиться с юристами. Как следствие, эти еще не понесенные расходы невозможно взыскать с проигравшей стороны. В рассматриваемом деле стороны придумали схему, как это ограничение обойти. Они решили сделать уступку права требования судебных расходов с клиента на юристов для того, чтобы расходы платились не по цепочке “проигравшая сторона – клиент – юристы”, а сразу “проигравшая сторона – юристы”. Поскольку клиент не хочет что-либо платить, то для имитации несения расходов клиент и юристы подписывают акт об оказанных услугах, в котором закрепляют их стоимость – 63 тыс. руб., после чего обращаются в суд сразу с двумя требованиями: сделать процессуальное правопреемство в части основного долга и в полном объеме судебных расходов и о взыскании судебных расходов. Нижестоящие суды в обоих требованиях отказали», – пояснил он.

По словам адвоката, в части правопреемства оснований для отказа нет: правопреемство в спорном материальном правоотношении всегда влечет правопреемство процессуальное. «А вот в части взыскания судебных расходов нижестоящие суды отказали верно: эти расходы никто не понес – ни клиент, ни юристы, как следствие, взыскивать нечего. Тот факт, что стороны отразили в акте стоимость услуг, ничего не значит. В акте может быть какая угодно стоимость, хоть миллиард, все равно взыскивается только та сумма расходов, которая реально уплачена. Здесь проявляет действие один из фундаментальных принципов частного права: стороны не могут своим соглашением ухудшить положение лиц, в нем не участвующих. Иными словами, о каких бы размерах гонорара ни договорился клиент с юристами, в ходе взыскания судебных расходов будет взыскана только та сумма, которая была реально уплачена, да и та обязательно будет уменьшена судом до разумного размера», – убежден Сергей Радченко.

По его мнению, чтобы убедиться в правильности этой позиции, достаточно поставить вопросы: кто понес судебные расходы и каков их размер? «Нижестоящие суды рассуждали так: их понес не истец, так как он своим юристам ничего не заплатил. Их не понесли юристы, так как они также никому и ничего не заплатили. Поскольку судебные расходы компенсируются, только будучи понесенными, а их никто не понес, то и в их взыскании надо отказать. Верховный Суд счел: нет, на самом деле истец заплатил своим юристам, но чем? Не деньгами, а уступкой права на взыскание судебных расходов с ответчика. Однако здесь есть нюанс: право истца на взыскание судебных расходов возникает только тогда, когда они понесены, а судебные расходы понесены в момент отчуждения права на их взыскание, т.е. получается парадокс: право возникает в момент его отчуждения, но так не бывает. Нижестоящие суды это увидели, а Верховный Суд – нет», – подчеркнул адвокат.

Он добавил, что взыскание судебных расходов – это по своей правовой природе взыскание убытков, которые, по сути, являются утратой имущества: «В случае расходов на представителя – это утрата истцом денег, потраченных на оплату юристов. Что в настоящем деле утратил истец? Право на взыскание судебных расходов. Убытки у истца возникли по причине уступки юристам права на взыскание этих же убытков – снова тот же парадокс».

Как полагает Сергей Радченко, Верховный Суд разъяснил, что истец расплатился с юристами правом требования к ответчику. По его мнению, при новом рассмотрении дела суды должны признать, что понесенные юристами расходы – это не 63 тыс. руб., указанные в акте оказания услуг, а стоимость ранее принадлежавшего юристам права требования к истцу об оплате оказанных услуг. «Понятно, что если у истца нет денег (иначе зачем ему рассчитываться с юристами не деньгами, а уступкой права), то экономическая ценность требования юристов к истцу почти равна нулю. Как следствие, суды при новом рассмотрении дела могут признать, что юристы почти ничего не утратили и, как следствие, в их пользу можно взыскать судебные расходы едва ли выше нуля», – предположил эксперт.

Он также задался вопросом: можно ли при частичном правопреемстве в спорном материальном правоотношении полностью уступать право на взыскание судебных расходов? «По точному смыслу п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 21 января 2016 г. № 1 – нельзя; право взыскать судебные расходы в полном объеме переходит только в случае уступки права требования в таком же полном объеме. Между тем в рассматриваемом деле истец уступил своим юристам материальное право требования лишь частично, как следствие, он мог уступить право взыскать судебные расходы так же лишь частично. Вместе с тем, исходя из принципа свободы договора, я не вижу принципиальной невозможности для истца по соглашению с цессионарием самостоятельно определять объем передаваемого права на взыскание судебных расходов без привязки к размеру передаваемого спорного материального права. Исходя из этих доводов видна ошибка Верховного Суда: он сделал правильный вывод о возможности правопреемства, но ошибся в той части, в которой отменил судебные акты в части отказа во взыскании судебных расходов», – заключил Сергей Радченко.

Зинаида Павлова