11.02.2022 ВС решал, можно ли субординировать текущие требования Право ру

У общества был договор на оказание логистических услуг. Перед банкротством оно заключило с аффилированной фирмой «зеркальное» соглашение. Все обязательства после этого выполняла дружественная компания, а должник превратился в посредника, через счета которого переходили средства от заказчика к исполнителю. После начала процедуры долг перед фирмой признали текущими платежами. Но против оказался кредитор. Он посчитал, что требования нужно понизить.

С 2016 года «СкладЛогистик» оказывал торговому дому «Перекресток» услуги по хранению, складской обработке и транспортировке товара. А в марте 2019-го «СкладЛогистик» уже как заказчик подписал соглашение об оказании аналогичных услуг с аффилированным обществом «ЭкспрессЛогистик». Таким образом, компания из исполнителя превратилась в посредника: она получала деньги от «Перекрестка» и перечисляла сумму дружественной фирме, оставляя себе небольшой процент. Это произошло незадолго до того, как суд возбудил в отношении «СкладЛогистик» дело о банкротстве.

Летом 2020-го «СкладЛогистик» признали несостоятельным (дело № А40-101073/2019). «ЭкспрессЛогистик» продолжил исполнять свои обязательства по договору. Через два месяца после открытия конкурсного производства он выставил счет почти на 206 млн руб. Конкурсный управляющий Антон Лебедев включил сумму в пятую очередь реестра текущей задолженности фирмы. Но тут вмешался банк ВТБ — один из кредиторов «СкладЛогистик». Он решил, что долги банкрота перед «ЭкспрессЛогистик» носят фиктивный характер, поэтому попросил суд признать требования компании не подлежащими удовлетворению за счет конкурсной массы.

Разные подходы судов

АСГМ отклонил заявление банка. Он указал, что субординация, то есть понижение требований, возможна, если речь идет о компенсационном финансировании. В рассматриваемом случае фирмы хотя и входят в одну группу компаний, но соглашение заключили не для того, чтобы спасти потенциального должника от финансового кризиса. Первая инстанция указала, что «ЭкспрессЛогистик» действительно оказывало услуги в рамках соглашения и требования общества являются текущими.

Апелляция заняла другую позицию. 9-й ААС подчеркнул, что аффилированные фирмы «ЭкспрессЛогистик» и «СкладЛогистик» перед банкротством второй компании заключили «зеркальное» соглашение, полностью дублировавшее договор с «Перекрестком». Причем для должника это было невыгодно: почти все средства, которые общество получало от торгового дома, перечислялись аффилированному лицу. А еще апелляция подчеркнула, что из штата банкрота в «ЭкспрессЛогистик» перешли все сотрудники. То есть «СкладЛогистик» оказалось лишним звеном в сделке, используемым только для транзита средств.

Полный «перевод» деятельности должника, который находится на грани банкротства, на аффилированную компанию говорит о злоупотреблении правом, решил 9-й ААС.

В итоге апелляция отменила акт первой инстанции, указав, что требования «ЭкспрессЛогистик» не подлежат удовлетворению за счет конкурсной массы. А окружной суд поддержал АСГМ. Он сослался на то, что даже управляющий признал реальный характер оказанных услуг, который отнес требования «ЭкспрессЛогистик» к пятой очереди текущих платежей. Кассация объяснила и смысл заключения соглашения с дружественной компанией. Договор с «Перекрестком» действовал до июня 2022-го. А при его досрочном расторжении нужно было заплатить компенсацию (50% от среднемесячной платы за все оказанные исполнителем услуги за последние полгода). То есть должник не мог расторгнуть документ без серьезных убытков, поэтому стал в нем посредником. Окружной суд оставил в силе определение первой инстанции, отказавшей в удовлетворении требований банка.

Цель соглашения: поддержать или вынести деньги?

Тогда ВТБ и конкурсный управляющий обратились в Верховный суд. Как они указали в жалобе, если аффилированное лицо под видом текущего требования пытается лишить независимых кредиторов части активов, то в таком случае стоит вести речь о субординации. Это заинтересовало судью ВС Ирину Букину, которая передала жалобу вместе с делом на рассмотрение СКЭС.

Заседание в ВС прошло 7 февраля. Представитель ВТБ Андрей Мазур указал, что ключевым выводом первой инстанции и окружного суда является то, что отношения между обществами являются реальными. Банк это и не оспаривал, объяснил юрист.

Претензии к соглашению возникли из-за того, что оно является нецелесообразным для должника. Мазур объяснил, что договоренности между связанными обществами повторяли условия договора с «Перекрестком», дублировались и тарифы.

«А если тариф между заказчиком и исполнителем аналогичный, то как должник может получать прибыль от данной деятельности?!» — негодовал Мазур. По его словам, убыточность соглашения подтверждают финансовые показатели: те уменьшились после подписания бумаг с аффилированной компанией. То, что договор с «ЭкспрессЛогистик» был для должника нецелесообразен и не принес дохода, подтвердила и Наталья Михайлова — представитель конкурсного управляющего «СкладЛогистик».

Юриста «ЭкспрессЛогистик» Наталью Кучину возмутило, что изначально конкурсный управляющий включил их требования в пятую очередь реестра текущей задолженности, но потом стал поддерживать ВТБ в обособленном споре. Она настаивала, что соглашение с ними не было «зеркальным» и тарифы все-таки отличались. Она объяснила, что соглашение заключили для «поддержки» дружественного общества. «В итоге «СкладЛогистик», не имея ни одного человека в штате, получал прибыль от этого контракта», — рассказала Кучина.

— Должник делал вид, что оказывает услуги, но не вел деятельность? Он был «транзитер»? — поинтересовалась Букина.

— Не совсем так. Должник за свою операционную деятельность получал прибыль. Грубо говоря, он получал 100 руб. и нам перечислял только 95 руб. То есть 5 руб. у него оставались, — стояла на своем юрист.

Тогда Мазур подчеркнул, что сам факт заключения «зеркального» договора изначально скрывали от кредиторов и временного управляющего.

Понизить текущие требования

Еще представитель ВТБ указал, что апелляция правильно установила все обстоятельства спора, но пришла к неверному выводу. По логике банка следовало не отказать в удовлетворении его требований, а понизить их очередность.

— Вы говорите, что должник и «зеркальное» общества действовали недобросовестно. Тогда о каком понижении в данном случае может идти речь? — спросила Букина.

— Считаем, что в принципе изначальная цель была противоправная. Но тут допустимо просто понижение требований, — ответил Мазур.

Мазур повторил, что в рассматриваемом споре можно применить механизм, который указан в п. 4 Обзора, утвержденного Президиумом ВС 29 января 2020 года. Речь идет про то, что субординацию разрешили при компенсационном финансировании, а в этом деле аффилированная фирма «реализовывала схему для вывода денег».

— А вас почему решение апелляции не устроило? — спросил Иван Разумов у представителя управляющего Лебедева.

— У нас нет сейчас института, который бы на 100% подходил нашему случаю. Но здесь нужно понизить требование не исходя из компенсационного финансирования, а опираясь на недобросовестное поведение сторон. Действительно не было цели вывести должника из кризиса, бенефициар хотел получить доход для себя. Нужна некая санкция за такое поведение, — объяснила Михайлова.

После этого «тройка» удалилась в совещательную комнату. Выйдя из нее, удовлетворила жалобу кредитора и управляющего: отменила акты трех инстанций, а спор вернула в АСГМ.