11.11.2020 ВС пояснил нюансы выдачи дубликата исполнительного листа новому взыскателю АГ НОВОСТИ

Суд напомнил, что в случае утраты подлинника исполнительного листа или судебного приказа (исполнительных документов) суд может выдать по заявлению взыскателя или судебного пристава-исполнителя дубликаты таких документов
По мнению одного из экспертов «АГ», в рассматриваемом случае Верховным Судом исправлена тривиальная ошибка, так как никто из судов, кроме него, не удосужился представить в своем решении расчет сроков, который можно было бы проверить. Другой полагает, что определение ВС РФ развивает закрепленный в законе подход к исчислению срока на подачу заявления о выдаче дубликата исполнительного листа и ориентирует суды на более внимательное установление обстоятельств истечения указанного срока с учетом способа направления заявления о выдаче дубликата исполнительного листа. Третий отметил, что в рассматриваемом деле Верховный Суд РФ, разделив позицию взыскателя, сделал акцент лишь на одном доводе, а именно на норме закона о том, что процессуальный срок считается соблюденным стороной по делу при направлении процессуального документа по почте до истечения срока.

Верховный Суд РФ опубликовал Определение от 27 октября 2020 г. по делу № 64-КГ20-6-К9, в котором рассмотрел спор о выдаче цессионарию исполнительного листа по гражданскому делу о взыскании задолженности по кредитному договору, заключенному между цедентом и должником.

В январе 2014 г. суд взыскал с Дмитрия Плотникова свыше 197 млн руб. задолженности по кредитному договору в пользу ПАО «Сбербанк». Спустя несколько месяцев на основании судебного решения было возбуждено исполнительное производство, в рамках которого с должника удалось взыскать 163 тыс. руб. В дальнейшем исполнительное производство завершилось в связи с отсутствием у гражданина имущества, на которое могло быть обращено взыскание.

Впоследствии «Сбербанк» передал ООО «Мегасах» по договору уступки прав требования (цессии) кредитное досье на Дмитрия Плотникова, в котором отсутствовал подлинник исполнительного документа. Хотя замена взыскателя была подтверждена в судебном порядке, служба судебных приставов направила исполнительный лист первоначальному взыскателю в лице банка, о чем она сообщила обществу «Мегасах». Далее общество обратилось в суд с заявлением о выдаче дубликата исполнительного листа в рамках дела по иску банка к Дмитрию Плотникову о расторжении кредитного договора, досрочном взыскании задолженности по кредитному договору, взыскании судебных расходов.

Суд отказал в удовлетворении требования, мотивируя это тем, что срок, в течение которого исполнительный документ мог быть предъявлен к исполнению, истек 6 июля 2019 г. Как пояснила первая инстанция, заявление общества поступило спустя три дня после этой даты (т.е. за пределами установленного трехлетнего срока предъявления исполнительного документа к исполнению), при этом в нем отсутствовала просьба о восстановлении пропущенного срока предъявления исполнительного документа к исполнению. Апелляция согласилась с этими выводами, но указала, что срок предъявления исполнительного документа к исполнению истек 20 апреля 2019 г. Впоследствии кассация оставила в силе решения нижестоящих судов.

В своей кассационной жалобе в Верховный Суд РФ общество «Мегасах» оспорило судебные акты как незаконные.

После изучения материалов дела Судебная коллегия по гражданским делам ВС отметила, что стороны не оспаривали утрату подлинника исполнительного документа. Высшая судебная инстанция напомнила, что в случае утраты подлинника исполнительного листа или судебного приказа (исполнительных документов) суд, принявший решение, вынесший судебный приказ, может выдать по заявлению взыскателя или судебного пристава-исполнителя дубликаты таких документов (ч. 1 ст. 430 ГПК РФ). Заявление о выдаче дубликата исполнительного документа может быть подано в суд до истечения срока, установленного для предъявления исполнительного документа к исполнению, за исключением случаев, когда такой документ был утрачен судебным приставом-исполнителем или другим осуществляющим исполнение лицом и взыскателю стало об этом известно после истечения срока, установленного для предъявления исполнительного документа к исполнению.

В этих случаях, пояснил ВС, заявление о выдаче дубликата исполнительного документа может быть подано в суд в течение месяца со дня, когда взыскателю стало известно об утрате исполнительного документа. В свою очередь, исполнительные листы, выдаваемые на основании судебных актов, в отдельных случаях могут быть предъявлены к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу. Срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается: предъявлением исполнительного документа к исполнению; частичным исполнением исполнительного документа должником. После перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется.

Истекшее до прерывания срока время не засчитывается в новый срок (ч. 2 ст. 22 Закона об исполнительном производстве). В случае возврата исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения срок предъявления исполнительного документа к исполнению исчисляется со дня такого возвращения. При возвращении исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения (в том числе частично) течение срока исполнительной давности начинается заново со дня такого возврата.

Верховный Суд также отметил, что процессуальное действие, для совершения которого установлен процессуальный срок, может быть совершено до 24 часов последнего дня срока. Если же жалоба, документы или денежные суммы были сданы в организацию почтовой связи до 24 часов последнего дня срока, срок не считается пропущенным.

Суд заметил, что, как следует из материала и судебных постановлений, заявление о выдаче дубликата исполнительного листа подано обществом через организацию почтовой связи 5 июля 2019 г. С учетом возвращения исполнительного документа взыскателю 6 июля 2016 г. и в соответствии с ч. 3 ст. 22 Закона об исполнительном производстве срок, в течение которого исполнительный документ мог быть предъявлен к исполнению, истекал 6 июля 2019 г. «При таких обстоятельствах выводы судебных инстанций о том, что трехлетний срок на подачу заявления о выдаче дубликата исполнительного листа был пропущен обществом “Мегасах” и истекал 20 апреля 2019 г., являются ошибочными и не основаны на законе», – заключил ВС, отменив судебные акты и вернув дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Советник юстиции РФ третьего класса, председатель правления РО МОО «Ассоциация ветеранов Службы судебных приставов» Алексей Шарон полагает, что в рассматриваемом случае Верховным Судом исправлена тривиальная ошибка. «После изучения текстов решений нижестоящих судов можно сделать вывод, что ни один из судов не вник вроде бы в совсем несложные правила исчисления сроков на подачу заявлений о выдаче дубликата исполнительного листа. Причем никто, кроме ВС РФ, не удосужился представить в своем решении расчет сроков, который можно было бы проверить», – отметил он.

По словам эксперта, заявление о выдаче дубликата исполнительного листа можно подать до истечения срока его предъявления для принудительного исполнения. «В этом случае, в связи с тем что исполнительное производство было окончено судебным приставом с актом о невозможности взыскания 6 июля 2016 г., следовательно, срок для его предъявления истекал 6 июля 2019 г. Заявитель подал заявление о выдаче дубликата исполнительного листа в последний день истечения срока – 5 июля 2019 г. Каким образом апелляционный суд пришел к выводам, что такой срок истек 20 апреля 2019 г., в своем судебном акте вторая инстанция не раскрывает», – подчеркнул Алексей Шарон.

Юрист Арбитражной практики юридической фирмы VEGAS LEX Антон Грачев считает, что определение ВС развивает закрепленный в законе подход к исчислению срока на подачу заявления о выдаче дубликата исполнительного листа и ориентирует суды на более внимательное установление обстоятельств истечения указанного срока с учетом способа направления заявления о выдаче дубликата исполнительного листа. «В частности, Верховный Суд РФ указал, что при определении срока на подачу заявления о выдаче дубликата исполнительного листа необходимо принимать во внимание дату направления соответствующего заявления в суд общей юрисдикции (в случае, когда отправка производилась по почте), а не дату поступления указанного заявления в суд», – отметил он.

По словам эксперта, в судебной практике по делам о выдаче дубликата исполнительного листа ч. 3 ст. 108 ГПК РФ, на которую опирается Верховный Суд, используется довольно редко, суды нечасто обращают внимание на дату, когда заявление о выдаче дубликата исполнительного листа было фактически направлено в суд. «Представляется, что позиция, изложенная в рассматриваемом определении ВС РФ, будет способствовать более детальному исследованию данных обстоятельств и предоставит заявителю больше возможностей для реализации своих прав по получению дубликата исполнительного листа», – резюмировал Антон Грачев.

Директор КА «Презумпция» Филипп Шишов полагает, что в рассматриваемом деле Верховный Суд РФ, разделив позицию взыскателя, сделал акцент лишь на одном доводе, а именно на норме закона о том, что процессуальный срок считается соблюденным стороной по делу при направлении процессуального документа по почте до истечения срока (5 июля 2019 г.). «При этом неважно, когда документ получен судом по почте, датой подачи документа в целях исчисления сроков считается именно дата отправки по почте», — подчеркнул он.

По мнению эксперта, после прочтения текста определения ВС РФ возникает ряд вопросов, а именно: по какой причине судебный пристав не возвращал оригинал исполнительного листа взыскателю в течение более трех лет (с момента окончания исполнительного производства 6 июля 2016 г. по 25 июня 2019 г.)? При этом сам взыскатель полагал, что исполнительный лист утрачен и вынужден был обратиться в суд с заявлением о выдаче дубликата исполнительного листа. Данное обстоятельство, в том числе, несвоевременное возвращение исполнительного листа взыскателю службой судебных приставов, несомненно, также должно было быть учтено при рассмотрении дела нижестоящими судами», — убежден Филипп Шишов.

Он добавил, что в комментируемом определении Верховного Суда имеется упоминание о том, что нижестоящие суды посчитали датой истечения срока 20 апреля 2019 г., однако из текста судебного акта высшей судебной инстанции неясно, чем именно руководствовались судебные инстанции при определении этой даты, то есть исчерпывающей оценки данному обстоятельству дано не было. «Пленум Верховного Суда в своем Постановлении о судебном решении № 23 от 19 декабря 2003 г. дал руководящее разъяснение о том, что решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело, его резолютивная часть должна содержать исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных в мотивировочной части фактических обстоятельств. Такое постановление Пленума ВС РФ безусловно применимо и к иным судебным актам, помимо решения», — подчеркнул адвокат.

Зинаида Павлова