12.05.2021 Оборот долей в ООО: глазами судебной практики Закон.ру

Вводные замечания

Вопрос о признании сделками или иными юридическими фактами действий по распоряжению долями в уставном капитале Обществ с ограниченной ответственностью (далее – ООО) не разрешен однозначно. Судебная практика не выработала однозначную позицию.

Тем не менее, на общем фоне разночтений в судебных решениях, в доктрине гражданского права преобладающее число ученых (Р.С. Бевзенко, А. В. Егоров, О.Р. Зайцев, Е.А. Крашенинников Д. О. Тузов, и др.) придерживаются признания за действиями по отражению перехода доли в ЕГРЮЛ, сделкой. Также российские исследователи, в целях реализации «сделочной» концепции анализируют и оценивают правовые позиции судов, указывая, что в сложившихся условиях развитие практики необходимо менять. Заданная траектория квалификации неизбежно дестабилизирует гражданский оборот.

Далее для определения преобладающей позиции судов мы обобщим практикообразующие решения судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ (далее – СКЭС ВС РФ) по поставленному нами вопросу: признает ли ВС РФ за действиями по отражению перехода доли в ЕГРЮЛ  самостоятельное юридическое значение – в отрыве от договора – основания, если да, то чем они являются: сделкой или иными юридическими фактами?

Кассационные Арбитражные суды не признают сделкой или иным юридическим фактом действия, направленные на распоряжение долей в ООО

В 2020 г. в рамках одного из дел Арбитражный суд Северо-Западного округа в деле № А56-98623/2019 от 16 июня 2020 г.[1] в удовлетворении требований истца об обязании передать долю в уставном капитале ООО отказал, так как сделка по отчуждению доли не была нотариально удостоверена. Согласно фактическим обстоятельствам дела, между истцом (покупатель) и ответчиком (продавец) заключен договор, по которому продавец обязался передать в собственность покупателя юридическое лицо — Общество как имущественный комплекс, а также долю в уставном капитале Общества по истечению 30 дней после подписания передаточного акта. Стороны подписали передаточный акт Общества, но уклонение продавца от совершения действий, направленных на передачу доли в уставном капитале Общества, привели к тому, что истец был вынужден обратиться в суд.

Сделка, влекущая отчуждение доли, подлежит нотариальному удостоверению в соответствии с п. 11 ст. 21 Закона об ООО[2].  Учитывая названную норму, а также абз. 3 п. 11 ст. 21 указанного закона, согласно которому договор, устанавливающий обязательство совершить при возникновении определенных обстоятельств или исполнении другой стороной встречного обязательства сделку, направленную на отчуждение доли, неправомерно уклоняется от нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли, то  приобретатель, совершивший действия, направленные на исполнение указанного договора, вправе потребовать в судебном порядке передачи ему доли, следует, что стороны только намеревались заключить сделку по отчуждению доли.

На наш взгляд, под такой подлежащей нотариальному удостоверению сделкой Закон об ООО понимает распорядительное волеизъявление сторон, непосредственно переносящее право на долю на приобретателя, т.е. распорядительную сделку. Заметим, что стороны при заключении договора купли – продажи предусмотрели лишь обязательство распорядиться долей после истечения обусловленного срока (срока, осложненного условием – ст. 314 ГК РФ). При этом воля у сторон передать (приобрести) вещное право сформировалась и выражалась при совершении обязательственной сделки, а момент реализации этой воли переносится на будущее.  Таким образом, договор, заключенный между истцом и ответчиком, не предполагает непосредственный распорядительный эффект и в терминологии п. 11 ст. 21 Закона об ООО не является «сделкой, направленной на отчуждение доли», поэтому не требует нотариального удостоверения, но в соответствии с абз. 3 п. 11 ст. 21 Закона об ООО требует обязать ответчика перевести долю (распорядительная сделка).

Из анализа решения суда мы приходим к выводу о том, что суд не признает принцип разделения сделок на обязательственные и распорядительные, а значит не придает самостоятельного юридического значения действиям, направленным на переход доли: заключение соглашения об отчуждении доли, нотариальное удостоверение, непосредственно внесение правоустанавливающей записи в ЕГРЮЛ, указывая на то, что стороны только намеревались заключить сделку по отчуждению доли. Действия, направленные на исполнения договора не были оценены судом. Ни сделкой, ни каким – либо иным юридическом фактом в данном деле суд не признал действия участников по переходу доли, что на наш взгляд, противоречит действующему Закону, иное бы применение вполне удачно решало бы ряд проблем, в том числе обозначенную в данном деле.

Непризнание за действиями, направленными на передачу доли в ООО самостоятельного юридического значения влечет необоснованное признание обязательственной сделки недействительной из-за порока формы. И это — самый существенный риск.

Например, в деле № А52-1725/2016  Арбитражный суд Северо-Западного округа[3] признал заключенный договор купли-продажи ничтожным ввиду отсутствия нотариального удостоверения. Суд указал, что данный договор не соответствует требованиям, установленным в п. 11 ст. 21 Закона об ООО, а также п. 3 ст. 163 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ). В связи с чем, требования истца не подлежат удовлетворению. Акту приема-передачи имущества, в том числе, в котором были указаны спорные доли в уставном капитале Общества, суд не дал юридической оценки.

В соответствии с действующим законодательством, нормы которого были упомянуты нами ранее, данное решение представляется неверным, так как Закон об ООО указывает на ничтожность распорядительной сделки, если она не будет удостоверена нотариально. Признание договора купли-продажи доли ничтожным, повлечет невосполнимые потери для участников оборот, подорвет стабильность обязательственного права (незавершение сделки в согласованные сторонами сроки, расходы в связи с участием в судебном разбирательстве, репутационные риски и пр.). Нотариальное удостоверение распорядительных сделок служит гарантией того, что отчуждатель доли является ее владельцем и имеет право на ее отчуждение. Напротив, нотариальное удостоверение обязательственных сделок лишено всякого практического смысла, так как условия обязательственной сделки могут исчисляться сотнями страниц со сложными формулами цены и другими правовыми конструктами. Суд в данном деле в очередной раз не признал за действиями, направленными на отчуждение доли юридического значения.

На практике встречаются случаи, когда стороны договора уже предпринимают действия по его исполнению, т. е. действия, направленные на передачу доли, но суд не признает их как юридические поступки, так как они направлены на исполнение обязанности по договору.

Постановлением ФАС Уральского округа от 17.01.2012 № Ф09-7932/11 по делу № А50-11309/2011[4] требование о признании недействительным предварительного договора купли-продажи доли в уставном капитале общества, применении последствий его недействительности отказано, поскольку предметом предварительного договора является обязательство сторон заключить в будущем основной договор. Предварительный договор не требует нотариального удостоверения, сторонами заключены и исполнены основные договоры купли-продажи доли в уставном капитале общества, которые были нотариально удостоверены и доли были переданы. При этом покупатель указывал, что предварительный договор не был нотариально удостоверен.

Таким образом, суд обязательственную сделку признал в качестве предварительного договора, а действиям, направленным на передачу доли, придал значения юридических поступков, направленных на исполнение обязательств по договору купли – продажи доли.

NB: при рассмотрении данного дела запись в ЕГРЮЛ не имела правоустанавливающего эффекта, тем нее менее иные действия – в отрыве от договора купли- продажи доли, нами были рассмотрены.

Кассационные Арбитражные суды  признают сделкой действия, направленные на распоряжение долей в ООО

В отдельную группу можно выделить дела, в которых суды последовательно придерживаются концепции разделения договора купли – продажи доли на обязательственную и распорядительную сделки, что влечет признание за действиями, направленными на передачу доли, самостоятельного юридического значения – сделки.

Так, ФАС Московского округа в Постановлении от 8 ноября 2011 г. по делу № А40-24475/11-48-202[5] сделал шаг вперед, указав, что распоряжение имеет безусловно сделочную природу. ФАС МО указал на то, что:

1) под сделкой направленной на отчуждение доли понимается договор об отчуждении доли (купля-продажа, мена, дарение), из содержания которого следует, что передача доли осуществляется в момент заключения договора.

2) из абз. 3 п. 11 ст. 21 Закона об ООО следует, что договор, устанавливающий обязательство совершить при возникновении определенных обязательств или исполнении другой стороной встречного обязательства сделку, направленную на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества. Этот договор не нуждается в нотариальном удостоверении.

Таким образом, в абз. 3 п. 11 ст. 211 названного Закона названы две сделки: договор, в котором выражена воля на передачу доли в случае возникновения определенных обстоятельств и сделка, непосредственно направленная на отчуждение доли.

Как не парадоксально, но в данном деле суд лишь совершил первый шаг, т. к. в иске было отказано, ввиду того, что договоры, непосредственно направленные на отчуждение доли, стороны не заключали. Тем не менее, сделка может быть признана действительной на основании ст. 165 ГК РФ, на что суд обратил внимание, сделав оговорку об этом, но так как истец данное требование не заявлял, то в иске было отказано. Формально, следуя букве закона, дело решено верно, но не справедливо. Безусловно, здесь предстает проблема в процессуальной части (принцип диспозитивности процесса). Тем не менее, хотелось бы отметить, что в данном деле, стороны заключили «единый» договор купли-продажи, в котором содержатся как обязательственная, так и распорядительная сделка, поэтому неверно признавать весь договор недействительным. Распорядительная власть у ответчика есть, а отклонение от передачи доли должно расцениваться как нарушение обязанностей по обязательственные сделке. При этом действия истца, который обращался к нотариусу имеют сделочную природу, так как входят в юридический состав распорядительной сделки.

NB 2. В деле № Ф09-572/17 Арбитражный суд Уральского округа указал[6], что договор, заключенный между истцом и ответчиком не является предварительным, не требует нотариального удостоверения и считается заключенным в момент достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям. При этом, совершенная впоследствии сделка, направленная на отчуждение доли или части доли по существу представляет собой исполнение возникшего из соответствующего договора обязательства по передаче этой доли.

По итогам проведенного анализа можно сделать следующие выводы.

  • За действиями по отражению перехода доли, суды в преобладающем числе случаев не признают самостоятельного юридического значения. Распорядительные сделки признаются ничтожными.

  • Незначительное число судов признают действия по исполнению обязательства – сделкой.

Приложение:

Признание сделкой Действия, направленные на отчуждение доли не имеют самостоятельного юридического значения
Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 16 января 2015 № Ф04-14246/2014 по делу № А70-4089/2014 Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 07.12.2012 по делу N А39-2519/2011

 

Постановление ФАС Московского округа от 8 ноября 2011 по делу № А40-24475/11-48-202 Постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.02.2018 N Ф05-540/2018 по делу N А41-30882/17

 

Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.12.2015 по делу N А56-84227/2014 Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 06.03.2020 N Ф07-17022/2019 по делу N А56-43715/2012

 

Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 10.03.2017 N Ф09-572/17 по делу N А60-11684/2016 Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.09.2019 N Ф07-8517/2019 по делу N А56-97673/2018

 

Постановление АС Северо-Западного округа от 7 февраля 2017 г. № Ф07- 13616/2016 по делу № А56-36541/2015 Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.06.2019 N Ф07-6103/2019 по делу N А56-45996/2017

 

  Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.08.2018 N Ф07-10657/2018 по делу N А13-11357/2017

 

  Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.11.2016 N Ф07-9531/2016, Ф07-9532/2016 по делу N А56-86858/2015

 

  Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 20.02.2016 N Ф10-122/2016 по делу N А35-1098/2014

И др.


[1] Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 16 июня 2020 г. по делу № А56-98623/2019.

[2] Об обществах с ограниченной ответственностью от 08 августа 1998 г. № 14 – ФЗ //Собр. законодательства РФ. 1998. № 7. Ст. 785.

[3] Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14 февраля 2017 г. № А52-1725/2016.

[4] Постановлением ФАС Уральского округа от 17.01.2012 № Ф09-7932/11 по делу № А50-11309/2011.

[5] Постановление ФАС Московского округа от 8 ноября 2011 г. по делу № А40-24475/11-48-202.

[6] Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 10 марта 2017 г. № Ф09-572/17.