14.04.2022 ВС: Суды должны тщательнее исследовать жалобы бывших заключенных на плохие условия содержания в СИЗО и ИК АГ НОВОСТИ

Как пояснил Суд, возлагаемое на административного истца бремя доказывания по таким делам не должно быть чрезмерным – от него может потребоваться представление таких доказательств жестокого обращения, какие являются легкодоступными

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда РФ опубликовала Кассационное определение от 23 марта № 16-КАД22-1-К4 по делу о взыскании компенсации морального вреда в пользу бывшего заключенного за ненадлежащие условия содержания в пенитенциарных учреждениях.

С мая 2008 г. по январь 2011 г. Юрий Андрианов содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Волгоградской области в связи с обвинением в совершении преступления. Далее он отбывал наказание в ФКУ ИК-9 УФСИН России по Волгоградской области по май 2020 г. Впоследствии Юрий Андрианов обратился в суд с административным иском к указанным пенитенциарным учреждениям, а также Минфину России и областному УФСИН о компенсации морального вреда в 1,5 млн руб. в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей.

Как указал истец, заключенные СИЗО питались по очереди из-за отсутствия мест за столом, который не был отгорожен от санузла. В иске также отмечались отсутствие в камере достаточного количества спальных мест, освещения и вентиляции, а также скудные санитарно-гигиенические условия, из-за чего заключенным приходилось мириться с насекомыми, плесенью и грибком на стенах. Истец добавил, что его содержание в одной камере с курящими сокамерниками негативно сказалось на здоровье, а помещение для ожидания конвоя также было в антисанитарном состоянии. Этапирование в исправительную колонию осуществлялось в кузове грузового автомобиля без освещения, вентиляции и питания.

Кроме того, истец жаловался на тесноту и переполненность камеры в ИК; большое количество осужденных в отрядах, где он содержался; проблемы с водоснабжением, санузлами, постельным бельем; ненадлежащее медицинское обслуживание; близкое расположение свалки, на которой сжигались отходы (в 300 м от жилого корпуса); несоответствие площади прогулочных двориков количеству осужденных.

Суд отказал в удовлетворении иска, и вышестоящие инстанции поддержали его решение. Таким образом, три судебные инстанции сочли, что права и законные интересы заявителя не были нарушены, поскольку утверждения о несоблюдении в СИЗО и ИК санитарно-гигиенических требований, норм материально-бытового обеспечения, минимальной нормы санитарной площади не нашли подтверждения при рассмотрении данного дела.

Не согласившись с решениями судов, Юрий Андрианов обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд, и Судебная коллегия по административным делам ВС согласилась с его доводами со ссылкой на то, что выводы нижестоящих судов не основаны на материалах дела, а отдельные доводы административного истца о нарушении его прав не были проверены. Так, Верховный Суд напомнил, что денежная компенсация должна быть доступна любому фактическому или бывшему заключенному, которого содержали в бесчеловечных или унижающих достоинство условиях. Установление таких нарушений условий не может не свидетельствовать о нанесении морального вреда, компенсация которого не может зависеть от способности заявителя доказать с помощью устных показаний причиненный ему вред в форме эмоционального расстройства.

«Следовательно, бремя доказывания, возлагаемое на заявителя в судебном разбирательстве по поводу компенсации, не должно быть чрезмерным. От него может потребоваться доказуемое изложение случая жестокого обращения и представление таких доказательств, какие являются легкодоступными, например подробное описание условий содержания под стражей, показания свидетелей или ответы со стороны надзирающих органов. Административный ответчик, как сильная сторона в публичном споре, обязан опровергнуть утверждения о нарушении условий содержания, о причинении морального вреда посредством документальных доказательств», – поясняется в кассационном определении Суда.

ВС добавил, что доводы кассатора о том, что выводы нижестоящих судов были основаны лишь на письменной позиции административных ответчиков, без исследования иных доказательств по делу, а также о том, что некоторые доводы заявителя о нарушении его прав вообще не проверялись судами, подтверждаются материалами дела. В частности, суды не проверили условия обеспечения бывшего заключенного в ИК минимальной жилплощадью. В материалах дела также отсутствовали сведения о том, в каких отрядах, камерах содержался заявитель в период отбывания наказания; какое количество осужденных отбывало наказание в колонии в тот же период. Нижестоящие суды также не проверили доводы истца о плохом оборудовании санузлов в колонии и не обосновали надлежащим образом свой вывод о заключении администрацией ИК госконтрактов на вывоз ТБО.

«При таких данных вывод судов об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требования административного истца о компенсации морального вреда за нарушение условий его содержания в ФКУ ИК, выразившееся в необеспечении минимальной установленной законом нормой жилой площади, несоблюдении санитарных требований, в отсутствии необходимого количества санитарного оборудования, является преждевременным, основан на неправильно установленных имеющих значение для дела обстоятельствах», – заключил ВС, отменяя акты нижестоящих судов и возвращая дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Юрист, общественный помощник уполномоченного по правам человека Пермского края Сергей Трутнев считает решение ВС правильным. «Возврат дела на новое рассмотрение ввиду неисследования ряда основных доводов истца с указанием естественного для административного дела распределения бремени доказывания – очевидное и законное решение. Угнетает другое. Очевидные нарушения, допущенные первой инстанцией при рассмотрении дела, не были исправлены судами апелляционной и первой кассационной инстанций. Предвзятое отношение к лицам, отбывающим наказание, естественное на бытовом уровне и недопустимое при оправлении правосудия, остается в судах. Выход России из-под юрисдикции ЕСПЧ накладывает на Верховный Суд повышенные ожидания, поскольку именно он с сентября 2022 г. становится последней инстанцией в РФ, обеспечивающей соблюдение прав человека», – подчеркнул эксперт.

Председатель президиума КА «Лапинский и партнеры» Владислав Лапинский отметил, что из судебных актов по данному делу все же неясно, какие конкретно претензии предъявлял кассатор к условиям этапирования и перевозки в ИК. «В рассматриваемом случае решение об отмене ВС всех актов нижестоящих судов было принято потому, что в этом деле был нарушен установленный КАС порядок доказывания, – пояснил он. – Дело в том, что нижестоящие суды возложили обязанность доказывания ненадлежащих условий содержания и этапирования на осужденного, в то время как административные органы обязаны были опровергнуть утверждения истца и доказать, что все условия содержания, этапирования и перевозки были соблюдены, что данные условия не попадают под понятие пытки или унижения личного достоинства человека».

Эксперт добавил, что, согласно российскому законодательству, маршруты этапирования и конвоирования заключенных являются секретными. Условия перевозки осужденных и подследственных ранее были предметом рассмотрения как Уполномоченного по правам человека России, так и ЕСПЧ (например, дело «Томов и другие против России», которое касается условий этапирования и перевозки, осуществленных до 2018 г.).

Зинаида Павлова