15.12.2020 Моральный вред за смерть работника в процессе его перевозки до дома возмещает только работодатель АГ НОВОСТИ

ВС устранил ошибку нижестоящих инстанций, взыскавших компенсацию морального вреда с водителя попавшего в ДТП автомобиля как владельца источника повышенной опасности
Одна из адвокатов заметила, что ошибки апелляции и неисправление их кассацией удивительны и говорят о низком уровне юридической грамотности в такой несложной сфере, как возмещение вреда жизни и здоровью. Другая добавила, что именно общество, пусть и опосредованно, через водителя, должно было выступать владельцем источника повышенной опасности и нести ответственность.

Верховный Суд опубликовал Определение № 91-КГ20-4-КЗ от 2 ноября, в котором указал, что вина в необеспечении безопасных условий перевозки работников ложится только на работодателя.

Обстоятельства дела

1 декабря 2016 г. ООО «Кондитерская фабрика “Надежда”» заключило с Анатолием Егоровым договор об оказании услуг, по которому тот, в частности, принял на себя обязательство оказывать транспортные услуги по перевозке работников организации. На следующий день из-за несоблюдения Егоровым правил дорожного движения произошло ДТП, в результате которого сотрудница фабрики Галина Тимошенко погибла на месте.

Согласно распискам от 13 декабря 2016 г. дочерью погибшей – Екатериной Тимошенко были получены от Егорова деньги в сумме 50 тыс. руб., а также указано, что она не имеет претензий к нему по поводу гибели матери в автокатастрофе.

В соответствии с актом о расследовании группового несчастного случая со смертельным исходом, составленным комиссией Главной государственной инспекции труда от 29 декабря 2016 г., происшествие квалифицировано как несчастный случай на производстве, так как произошел при следовании работников фабрики с места работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем. При этом автомобиль принадлежал Анатолию Егорову. Тогда же фабрика составила акт о несчастном случае на производстве.

В рамках расследования уголовного дела в отношении Анатолия Егорова 16 января 2017 г. следователь следственного отдела межмуниципального отдела МВД России «Печорский» признал Екатерину Тимошенко потерпевшей по уголовному делу.

Печорским районным судом Псковской области 31 мая 2018 г. принято постановление о прекращении уголовного преследования и уголовного дела в отношении Егорова, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК, в связи с деятельным раскаянием. Гражданская ответственность Егорова была застрахована в ПАО страховой компании «Росгосстрах», которая на основании заявления Екатерины Тимошенко от 12 июля 2018 г. произвела ей страховую выплату в связи со смертью ее матери в сумме 475 тыс. руб.

Взыскание морального вреда с водителя и работодателя матери

13 августа 2018 г. Екатерина Тимошенко обратилась в Псковский районный суд с иском к кондитерской фабрике и Анатолию Егорову, в котором просила взыскать солидарно с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 1 млн руб.

Возражая против исковых требований, Анатолий Егоров указал, что он является пенсионером, в настоящее время его единственный источник дохода – это пенсия в размере около 8 тыс. руб. Кроме того, ранее он добровольно уже выплатил Тимошенко в счет возмещения морального вреда 50 тыс. руб., после чего она претензий к нему не имела, гражданский иск в рамках уголовного дела не заявляла.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования Екатерины Тимошенко к фабрике, суд первой инстанции, руководствуясь в том числе положениями ст. 151, 322, 800, п. 1 ст. 1064, ст. 1099, 1100, 1101 ГК, нормами Закона «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта», пришел к выводу об отсутствии оснований для солидарной ответственности ответчиков Егорова и фабрики по компенсации морального вреда, возложив данную обязанность на работодателя погибшей Галины Тимошенко.

Суд исходил из того, что фабрика на момент ДТП и гибели работника не являлась собственником или владельцем транспортного средства, однако автомобиль был предоставлен Галине Тимошенко и другим работникам кондитерской фабрики именно работодателем – ООО «Кондитерская фабрика “Надежда”» на условиях безвозмездного оказания своим работникам услуг по перевозке к месту работы и обратно, при этом сами работники, в том числе Тимошенко, полагали, что перевозка осуществляется кондитерской фабрикой, иной информации им не предоставлялось, как и не предоставлялось возможности выбора другого транспортного средства и водителя.

Суд первой инстанции учел, что Анатолий Егоров осуществлял перевозку работников без какого-либо документального оформления, а договор об оказании услуг по перевозке от 1 декабря 2016 г. был заключен с нарушением закона. Егоров не мог выполнять услуги перевозчика, так как он не имел лицензии на осуществление деятельности по перевозке пассажиров, не являлся индивидуальным предпринимателем или представителем другого юридического лица. Ввиду этого суд первой инстанции признал, что работодателем были существенно нарушены требования закона, подвергнуты опасности жизнь и здоровье пассажиров, не обеспечено соответствие оказываемых услуг требованиям качества, безопасности жизни и здоровья, хотя при должной заботе и предусмотрительности работодатель мог и обязан был это сделать.

Со ссылкой на эти обстоятельства суд первой инстанции пришел к выводу о наличии вины фабрики в гибели Галины Тимошенко. Суд указал, что возмещение Екатерине Тимошенко морального вреда должно основываться на правоотношениях, возникших между работником и ее работодателем.

Первая инстанция дополнительно отметила, что позиция ООО «Кондитерская фабрика “Надежда”» вызвана стремлением ограничить или устранить свою ответственность за вред, причиненный работникам общества в результате ДТП. Отсутствие у водителя путевого листа, доверенности от имени общества не освобождает фабрику от ответственности, а свидетельствует о недобросовестности со стороны фабрики при исполнении обязательств как в отношении Галины Тимошенко, так и в отношении Анатолия Егорова.

Апелляция, рассматривая дело по жалобе ООО «Кондитерская фабрика “Надежда”» и апелляционному представлению прокурора, отменила решение первой инстанции и частично удовлетворила исковые требования Екатерины Тимошенко. Она сочла ошибочным вывод об освобождении Анатолия Егорова от обязанности по компенсации морального вреда, поскольку на момент ДТП владельцем источника повышенной опасности являлся Егоров и именно по его вине произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором погибла Галина Тимошенко.

Суд апелляционной инстанции указал, что определенная доля ответственности за гибель работника лежит на работодателе, поскольку отношения по перевозке работников к месту работы и обратно между водителем фабрикой существовали на протяжении нескольких лет и юридически до 1 декабря 2016 г. не оформлялись. Бездействие кондитерской фабрики по организации надлежащей перевозки своих работников способствовало несчастному случаю на производстве, повлекшему смерть Галины Тимошенко.

Таким образом, апелляция, взыскивая в пользу Тимошенко компенсацию морального вреда с Егорова как с основного причинителя вреда в сумме 400 тыс. руб. и с фабрики – в сумме 100 тыс. руб., исходила в том числе из факта получения Тимошенко в силу Закона об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств страхового возмещения в сумме 475 тыс. руб. Суд округа оставил без изменения судебное постановление апелляционной инстанции.

У апелляции не имелось оснований для отмены решения суда первой инстанции

Екатерина Тимошенко обратилась в Верховный Суд. Изучив материалы дела, ВС заметил, что в течение нескольких лет фабрикой была фактически организована перевозка работников к месту работы и обратно к месту их жительства с привлечением транспортного средства, принадлежащего Егорову на праве собственности и под его управлением, без юридического оформления отношений с водителем. Суд напомнил, что ответственность перевозчика за вред, причиненный жизни или здоровью пассажира, определяется по правилам гл. 59 ГК, если законом или договором перевозки не предусмотрена повышенная ответственность перевозчика (ст. 800 ГК).

Верховный Суд отметил, что ст. 20 Закона о безопасности дорожного движения предусмотрены основные требования по обеспечению безопасности дорожного движения, предъявляемые к юридическим лицам при эксплуатации транспортных средств, в том числе к юридическим лицам, осуществляющим перевозку лиц для собственных нужд автобусами, в их числе: организовывать работу водителей в соответствии с требованиями, обеспечивающими безопасность дорожного движения; соблюдать установленный законодательством РФ режим труда и отдыха водителей; организовывать в соответствии с требованиями данного закона и закона об основах охраны здоровья граждан в России проведение обязательных медицинских осмотров и мероприятий по совершенствованию водителями транспортных средств навыков оказания первой помощи пострадавшим в дорожно-транспортных происшествиях; оснащать транспортные средства тахографами.

«Из приведенных нормативных положений следует, что работодатель обязан обеспечить работнику охрану труда, в том числе в виде безопасных условий перевозки к месту работы и обратно (если такая перевозка организована работодателем), а в случае смерти работника в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего в процессе такой перевозки, квалифицированного как несчастный случай на производстве, возместить причиненный по его вине вред, в том числе моральный, членам семьи работника, которые имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику безопасные условия перевозки к месту работы и обратно, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой члена семьи», – резюмируется в определении.

ВС отметил, что приведенное правовое регулирование при разрешении исковых требований Тимошенко не было применено судом апелляционной инстанции, вследствие чего ошибочно определены характер спорных отношений и его субъекты и, как следствие, неправильно решен вопрос о том, кто из ответчиков должен нести обязанность по компенсации морального вреда члену семьи погибшего работника.

Возлагая ответственность по компенсации морального вреда в том числе на Егорова и считая его основным причинителем вреда, апелляция исходила из положений ст. 1079 ГК и из того, что Анатолий Егоров является владельцем источника повышенной опасности, а потому должен в большей степени нести ответственность за вред, причиненный жизни Тимошенко этим источником. Однако, заметил Верховный Суд, апелляция не учла, что спорные отношения возникли из причинения вреда жизни и здоровью работника в результате ДТП, квалифицированного как несчастный случай на производстве, с указанием вида происшествия – дорожно-транспортное происшествие на транспорте, предоставленном предприятием.

При таких обстоятельствах, посчитал ВС, с учетом норм трудового и гражданского законодательства, а также законодательства о безопасности дорожного движения именно работодатель, организовавший перевозку работников кондитерской фабрики с нарушением закона, без должного контроля, без документального оформления на протяжении нескольких лет отношений с водителем, осуществлявшим систематически по заданию работодателя доставку работников кондитерской фабрики к месту работы и обратно к месту их жительства и допускавшимся работодателем к осуществлению перевозки без прохождения медицинского осмотра, при том что Анатолий Егоров имел патологию органов зрения (у него не видел один глаз), должен нести неблагоприятные последствия в виде компенсации морального вреда.

Кроме того, отметил Суд, уменьшая размер компенсации морального вреда по сравнению с заявленным в исковом заявлении, апелляционная инстанция пришла к не основанному на законе выводу о том, что при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться выплаты, полученные Екатериной Тимошенко в соответствии с Законом об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, поскольку подп. «б» п. 2 его ст. 6 определено, что возникновение гражданской ответственности вследствие причинения морального вреда не является объектом обязательного страхования и страховым риском и, соответственно, выплаты, произведенные по данному закону, не должны влиять на определение размера компенсации морального вреда по нормам гражданского законодательства.

Между тем, заметил Верховный Суд, первая инстанция, приняв во внимание то, что в качестве основания заявленных требований истцом было указано на наличие вины работодателя в необеспечении безопасных условий перевозки и установив нарушение требований законодательства при организации перевозки работников, не нашел правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу Екатерины Тимошенко с ответчиков в порядке солидарной ответственности, предусмотренной ст. 322 ГК, возложив данную обязанность на кондитерскую фабрик как работодателя, организовавшего перевозку своих работников к месту работы и обратно к месту их жительства с нарушением действующего законодательства и не обеспечившего безопасность их жизни и здоровья.

«Приведенное выше свидетельствует о том, что у суда апелляционной инстанции не имелось предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда первой инстанции и принятия по делу нового решения о частичном удовлетворении исковых требований Е.Ю. Тимошенко о компенсации морального вреда», – резюмировал Суд. Таким образом, Верховный Суд отменил судебные акты апелляции и кассации и оставил в силе решение первой инстанции.

Эксперты оценили выводы Суда

В комментарии «АГ» адвокат АК «Гражданские компенсации» Ирина Фаст указала, что изначально исковые требования были предъявлены к работодателю и водителю, что в корне неверно. Ответственность в данном случае несет исключительно работодатель как организатор перевозки своих работников. Водитель будет отвечать уже перед работодателем в порядке регресса. «Именно эту грубейшую ошибку апелляционной и кассационной инстанций – взыскание компенсации и с водителя, и с работодателя – исправил Верховный Суд», – отметила адвокат.

Она указала, что апелляционная инстанция также вычла из размера компенсации морального вреда, определенного судом первой инстанции, сумму страховых выплат по ОСАГО, что также не основано на нормах права. «Надо отметить, что ошибки апелляции и неисправление их кассационной инстанцией удивительны своей юридической нелепостью и говорят о низком уровне юридической грамотности в такой несложной сфере, как возмещение вреда жизни и здоровью, где уже давно сложилась судебная практика, а все вопросы достаточно подробно и прозрачно урегулированы нормами гражданского права», – заключила Ирина Фаст.

Адвокат Самарской областной коллегии адвокатов Оксана Зубкова назвала справедливым, что в этой ситуации солидарный вред, возникший вследствие причинения вреда на производстве, взыскан с работодателя. «Водитель хотя и являлся собственником транспорта, но обязанность перевозке на него возложена именно в силу не оформленных в соответствии законом трудовых отношений, – пояснила она. – В этой ситуации именно общество, пусть и опосредованно, через водителя, должно было выступать владельцем источника повышенной опасности и нести ответственность солидарно, а не в той пропорции, которую возложил апелляционный суд».

Адвокат добавила, что производственной будет считаться также травма, если она получена при следовании к месту работы или с работы, однако для этого должно быть соблюдено одно из следующих условий: передвижение осуществлялось на автотранспорте, которое предоставил для этих целей работодатель или передвижение осуществлялось на собственном транспортном средстве сотрудника, если оно используется для служебных целей на основании обоюдного письменного договора с работодателем или по его согласованию. «Полагаю, что отсутствие документального оформления факта перевозки по распоряжению работодателя (при условии подтверждения иными доказательствами) не препятствует обоснованности принятого решения», – указала Оксана Зубкова.

Марина Нагорная