16.07.20 Регламент отслеживания лиц, контактировавших с больными COVID-19, опубликован для обсуждения. АГ. НОВОСТИ.

Регламент отслеживания лиц, контактировавших с больными COVID-19, опубликован для обсуждения

Минкомсвязь предложила урегулировать взаимодействие системы отслеживания граждан, контактировавших с зараженными, с информационными системами Росгвардии, МВД, Минздрава и оперативными штабами регионов

Один из экспертов «АГ» полагает, что легализация системы отслеживания может стать реальным инструментом скрытого контроля за гражданами в любых целях. Другая подчеркнула, что автоматическая передача сведений от операторов связи госорганам без получения санкции суда лишь на основании предположения о том, что лицо заражено COVID-19, не отвечает конституционным требованиям.

6 июля Минкомсвязи России опубликовала для общественного обсуждения регламентинформационного и организационно-технического взаимодействия системы отслеживания граждан, находившихся в контакте с больными COVID-19, с информационными системами заинтересованных федеральных органов исполнительной власти и региональными оперативными штабами.

Содержание проекта приказа

В пояснительной записке сказано, что исходными данными для функционирования системы отслеживания являются данные Минздрава о номере абонента подвижной радиотелефонной связи, зараженного COVID-19. С использованием «специализированных алгоритмов» выявляется перечень абонентов, находившихся «в одной геопозиции и имеющих постоянный контакт с использованием средств мобильной связи» с заболевшим абонентом на протяжении предыдущих 14 дней. Этот перечень конкретизируется с учетом данных «о времени совместного нахождения абонентов и особенностей перемещения в течение наблюдаемого периода». В результате формируются списки номеров абонентов, которые могли заразиться COVID-19. Отмечается, что полученные данные «централизуются» на информационных ресурсах Минкомсвязи и направляются в оперативные штабы субъектов, Росгвардию, МВД и Минздрав. Аналогичная информация содержится в п. 2 проекта регламента.

Как указано в п. 3 документа, «функциональной возможностью системы отслеживания является геолокационный контроль соблюдения режима карантина лицами, в отношении которых вынесено решение об обязательной изоляции». Местонахождение таких граждан отслеживается круглосуточно через геолокацию их абонентских устройств. В случае нарушения установленных границ фиксируются время и координаты местонахождения, продолжительность нарушения, максимальное удаление от места проведения карантина, показатель соблюдения карантина, сказано в проекте регламента. Эта информация передается в региональные оперативные штабы, Росгвардию и МВД.

Согласно п. 4 документа взаимодействие осуществляется между Минкомсвязью, Минздравом, МВД, Росгвардией, оперативными штабами субъектов и такими операторами как «МегаФон», «МТС», «ВымпелКом», «Т2 Мобайл» и «Екатеринбург-2000».

В проекте подробно описан порядок взаимодействия системы отслеживания, упомянуты сведения, которые Минкомсвязь сможет получить от операторов связи. В частности, в отношении каждого абонента, пересекающего госграницу РФ, будут известны время и дата первой регистрации в сети оператора в России, страна визита, регион пересечения границы, а также регион проживания абонента.

Отмечается, что отслеживание абонента осуществляется по его геолокации в первую ночь самоизоляции, фиксируется «перемещение за пределы зоны на удаление более 500 м (у отдельных операторов – 2000 м)».

По каждому заболевшему в течение 14 дней с момента внесения в Информационный ресурс COVID-19 Минздрава методом геолокации определяются координаты мест нахождения и перемещения абонента до размещения в медицинском стационаре или изоляции на дому. Затем осуществляется установление абонентов, которым звонил и писал СМС заболевший. После чего применяется фильтр «по совместному нахождению абонентов в одной геолокации в течение 5 минут и более». Кроме того, формируется перечень номеров абонентов, «возможно лично контактировавших с заболевшими абонентами» (пунктуация сохранена – прим. ред.).

Предполагается, что во исполнение Временных правил учета информации в целях предотвращения распространения COVID-19, утвержденных Правительством РФ 31 марта 2020 г., для размещения в региональном сегменте информационного ресурса COVID-19 в облачный ресурс Ситуационного центра Минкомсвязи будут выгружаться перечни телефонных номеров нарушителей режима самоизоляции, а также прибывших из-за рубежа абонентов и тех, кто имел «возможные контакты» с заболевшими и подлежит самоизоляции. Отмечается, что эти сведения «становятся доступными в части, касающейся должностных лиц Минздрава России, МВД России, Росгвардии и оперативных штабов по борьбе с новой коронавирусной инфекцией субъектов РФ для принятия необходимых мер». Из этой фразы не ясно, в какой части соответствующие должностные лица получат доступ к информации об абонентах.

Технические перспективы реализации регламента

Юрист практики по интеллектуальной собственности/информационным технологиям АБ «Качкин и Партнеры» Антонина Шишанова отметила, что регламент вызывает немало вопросов как в части его практической реализации, так и в части законности применения таких мер.

«Предлагаемый механизм определения геолокации заболевшего лица и круга контактировавших с ним лиц операторами на основе данных базовых станций не может в достаточной степени обеспечить получение точных данных. Получение сведений о местоположении абонента на основании данных о подключении к базовой станции зависит от плотности размещения таких станций. Радиус геолокации может составлять от 100 м до десятка километров, что не позволяет с точностью определить перемещения конкретного лица и тех, с кем оно могло взаимодействовать. Очевидно, что на протяжении одного дня в таком радиусе могут находиться тысячи человек», – подчеркнула эксперт.

Адвокат АК «СанктаЛекс» Павел Гейко считает, что реализация проекта регламента технически возможна: «Для этого необходимо лишь внедрить соответствующее программное обеспечение, которое будет обрабатывать уже фиксируемые сотовыми операторами, но находящиеся пока в разрозненном виде данные о соединениях абонентов и их местонахождении».

Однако если относительно корректности имеющихся у операторов данных о соединениях абонентов нет сомнений, то в отношении данных о месторасположении не все так однозначно, отметил эксперт. «Например, определить с высокой точностью местоположение телефонного аппарата, не имеющего встроенной системы спутниковой навигации, сотовые операторы могут не всегда. Однако определить местоположение современных смартфонов с точностью до нескольких метров не составляет труда», – указал он.

С помощью предлагаемой системы отслеживания заинтересованным органам будет гораздо легче осуществлять контроль за контактами и перемещениями граждан, отметил Павел Гейко. «Использование современных технологий сделает работу государственных органов более эффективной, а отказ от внедрения по мотивам возникновения связанных с ними новых негативных рисков не отвечает современным требованиям к развитию государства и общества. Цифровизация государственного управления неизбежна. Новыми цифровыми инструментами нужно учиться правильно пользоваться, а не отвергать их», – считает адвокат.

Риски для граждан

Вместе с тем внедряемая система отслеживания имеет и минусы, признал Павел Гейко. По его мнению, можно выделить как минимум две группы рисков с точки зрения нарушения прав граждан.

Первая – это риски, вызванные причинами технического характера. «Например, вполне вероятна ситуация, когда граждане, один из которых болен коронавирусной инфекцией, проживают в одном доме, но на самом деле редко видятся или вообще не встречаются, однако при этом знакомы и регулярно общаются между собой с использованием средств связи. Как следует из проекта, вероятность включения такого соседа в перечень контролируемых лиц и возникновения у него вытекающих из этого неудобств высока», – пояснил адвокат.

Вторая группа проблем, продолжил Павел Гейко, – риски, связанные со злоупотреблениями при использовании возможностей системы отслеживания. «Нетрудно представить, как с ее помощью можно будет осуществлять контроль не только за контактировавшими с больным людьми, но и за любыми другими, имевшими контакт, например, с неудобным режиму гражданином. Возможность практически тотального контроля за контактами и перемещениями граждан позволяет воздействовать на людей. Например, будет несложно отследить окружение любого оппозиционера и оказать на них “предупредительное воздействие”», – убежден адвокат. Легализация подобных систем отслеживания может стать реальным инструментом скрытого контроля за гражданами в совершенно любых целях, в том числе и несовместимых с правовым государством, подчеркнул он.

Антонина Шишанова также полагает, что возникает много вопросов о законности предлагаемых мер по отслеживанию контактов заболевшего лица. «Так, устанавливается, что определение лиц, контактировавших с заболевшим, осуществляется на основе детализации звонков и СМС. Однако доступ к сведениям о такой детализации ограничивается тайной переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений в соответствии с Конституцией и допускается только на основании судебного решения», – напомнила юрист. Автоматическая передача сведений операторами без получения санкции суда лишь на основании предположения о том, что лицо заражено COVID-19, не отвечает установленным Основным Законом требованиям к охране тайны переписки и переговоров, подчеркнула она.

Кроме того, вызывает вопросы и законность обработки данных об абонентах. По словам Антонины Шишановой, Председатель Правительства РФ Михаил Мишустин при обсуждении рассматриваемой системы отслеживания отметил, что обработка персональных данных вообще не будет осуществляться, так как собираются только сведения о мобильном телефоне заболевшего лица. «Однако в соответствии с Законом о персональных данных под ними понимаются любые сведения, относящиеся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу. Номер мобильного телефона не является персональными данными только до тех пор, пока представляет собой просто набор цифр, которые не привязаны к какому-либо абоненту, и если на основании такого номера не осуществляется получение или определение сведений о конкретном лице», – указала эксперт.

По ее мнению, в данном случае возникают и другие вопросы: на каком законном основании и в каких пределах будет осуществляться обработка персональных данных, каковы ее цели, будут ли гражданам сообщать о начале обработки тех данных, которые получены не напрямую от таких лиц. «Неясно, будут ли обеспечены безопасность получаемых таким образом данных, их хранение и недопущение утечки. Возникает вопрос и о прозрачности механизмов сбора таких данных государственными структурами. Важно не допустить, чтобы такие данные собирались в каких-то иных целях, о которых лица, чьи данные собираются, могут и не подозревать», – заключила Антонина Шишанова.

Екатерина Коробка