17.06.2022 Обзор судебной практики в уголовной сфере за апрель-май 2022 года Закон ру

Практика Конституционного Суда РФ

  • Лицо вправе участвовать в качестве потерпевшего в деле о фальсификации доказательств, на основании которых оно было осуждено

Фабула: Заявитель был осужден за сбыт наркотиков к лишению свободы. В период отбывания осужденным наказания в отношении следователя и дознавателя, осуществлявших предварительное расследование по его делу, было возбуждено уголовное дело за фальсификацию доказательств. Заявителю в признании его потерпевшим было отказано на том основании, что вынесенный в отношении него приговор не отменен, в то время как вина следователя и дознавателя в фальсификации доказательств, повлекшей незаконное осуждение, приговором суда еще не подтверждена. Впоследствии следователь и дознаватель были осуждены по предъявленному им обвинению, приговор в отношении заявителя отменен, а дело направлено на новое рассмотрение по вновь открывшимся обстоятельствам.

 Заявитель оспаривает конституционность ч. 1 ст. 42 УПК РФ, в которой раскрывается понятие потерпевшего в уголовном деле, поскольку ограничивает отбывающему наказание осужденному доступ к правосудию.

Позиция суда: хотя до отмены обвинительного приговора действует презумпция законного осуждения лица, это не означает, что такое лицо не может быть признано потерпевшим в деле о фальсификации. В противном случае осужденный был бы лишен возможности отстаивать в рамках данного дела свои интересы (в частности, представлять дополнительные доказательства, обжаловать действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда), притом что от этого зависит возможность пересмотра его собственного дела. Для признания такого лица потерпевшим не имеет принципиального значения тот факт, что в основу обвинительного приговора наряду с теми доказательствами, фальсификация которых вменяется должностным лицам органов предварительного расследования, были положены также доказательства, достоверность которых не оспаривается.

Положения ч. 1 ст. 42 УПК РФ не противоречат Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она предполагает возможность признать потерпевшим по уголовному делу, возбужденному в отношении следователя (дознавателя) в связи с фальсификацией доказательств по расследованному им уголовному делу, лицо, осужденное по этому уголовному делу, в том числе в случае, когда постановленный в отношении осужденного обвинительный приговор не отменен (не изменен).

Постановление Конституционного Суда РФ от 12 мая 2022 г. N 18-П

  • КС подтвердил право адвокатов проносить в здания органов внутренних дел телефоны с диктофоном, камерой и доступом в интернет

Фабула: Заявителю — адвокату, который оказывал юридическую помощь гражданам при проведении в их отношении следственных действий по уголовным делам, неоднократно запрещался вход в здание управления МВД с мобильным телефоном, у которого были функции аудио- и видеофиксации, а также доступ в интернет. Запрет обосновывался положениями Инструкции о пропускном режиме в административных зданиях и на охраняемых объектах.

Районным судом жалоба адвоката на такой запрет была оставлена без удовлетворения. Апелляционный суд жалобу удовлетворил, однако кассационная инстанция вновь отказала, признав запрет обоснованным.

Заявитель оспаривает положение п. 25 ч. 1 ст. 13 ФЗ «О полиции», поскольку оно позволяет должностным лицам органов внутренних дел на основании не опубликованных для всеобщего сведения ведомственных правовых актов, изданных с пометкой «Для служебного пользования», запрещать адвокатам проход для оказания юридической помощи гражданам на территорию административных зданий МВД России с мобильными телефонами, имеющими функцию аудио- и видеофиксации, а также функцию доступа в интернет.

Позиция суда: п. 25 ч. 1 ст. 13 ФЗ «О полиции» не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку он не может служить основанием для запрета должностными лицами полиции прохода адвокатов в связи с оказанием юридической помощи в уголовном судопроизводстве в административные здания органов внутренних дел с мобильным телефоном, имеющим функции аудио- и видеофиксации, а также выхода в интернет. При этом, оспариваемое законоположение не препятствует должностным лицам, осуществляющим уголовное преследование, в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством определять возможность использования адвокатами соответствующих функций телефона при производстве предварительного расследования.

Постановление Конституционного Суда РФ от 26 мая 2022 г. N 21-П

  • КС запретил повторно прекращать уголовное дело в связи с истечением сроков давности без нового согласия подозреваемого, обвиняемого

Фабула дела: В отношении заявителя прекращено уголовное дело по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации, т.е. в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, на что заявитель дал письменное согласие. Указанное постановление, как и следующие аналогичные решения были отменены руководителем следственного органа. Впоследствии следователем снова было принято постановление о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности, которое уже не было отменено руководителем. Заявитель обжаловал данное решение в суд в порядке ст. 125 УПК РФ, однако суды отказали в жалобе, сославшись, в том числе, на то, что заявитель давал свое согласие на прекращение дела в первый раз и такое согласие не отзывалось.

Заявитель оспаривает конституционность положений п. 3 ч. 1 ст. 24 и ч. 2 ст. 27 УПК РФ, которые позволяют следователю повторно прекратить уголовное дело в связи с истечением сроков давности преследования без согласия подозреваемого или обвиняемого.

Позиция суда: п. 3 ч. 1 ст. 24 и ч. 2 ст. 27 УПК РФ не соответствуют Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они позволяют следователю без согласия (при наличии возражения) подозреваемого, обвиняемого вынести постановление о прекращении уголовного преследования в связи с истечением срока давности после того, как вынесенное ранее с согласия подозреваемого, обвиняемого постановление о прекращении уголовного преследования по данному основанию было отменено, при том что сам подозреваемый, обвиняемый не инициировал отмену такого постановления либо инициировал, но новое постановление о прекращении уголовного преследования в связи с установлением в результате возобновления производства по делу новых имеющих юридическое значение обстоятельств фактически ухудшало бы его положение по сравнению с отмененным.

Постановление Конституционного Суда РФ от 19 мая 2022 г. N 20-П

  • КС разъяснил порядок обжалования решения суда об отказе в направлении лица, находящегося под стражей, на медицинское освидетельствование

Фабула: В отношении заявительницы в рамках уголовного дела была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой неоднократно продлевался. Заявительница, ссылаясь в числе прочего на медицинский диагноз, поставленный ей врачами скорой помощи после осмотра, о наличии у нее заболевания из перечня тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, заявила в суде первой инстанции ходатайство о направлении ее на медицинское освидетельствование. Суд в удовлетворении ходатайства отказал. Впоследствии районный и кассационный суды оставили жалобы без рассмотрения, указав, что такое решение суда не может быть обжаловано отдельно от итогового решения по делу.

Заявительница оспаривает конституционность положений ч. 1.1 ст. 110ст. 389.2 УПК РФ и Постановления Правительства Российской Федерации от 14 января 2011 года № 3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений», поскольку исключают на стадии рассмотрения уголовного дела судом незамедлительное апелляционное обжалование судебного решения, которым отказано в удовлетворении ходатайства о направлении подсудимого на медицинское освидетельствование.

Позиция суда: ч. 2 и 3 ст. 389.2 УПК РФ не соответствуют Конституции Российской Федерации, в той мере, в какой в соответствии с данными законоположениями отсутствие итогового судебного решения по делу препятствует апелляционному обжалованию постановления (определения) суда первой инстанции об отказе в направлении содержащегося под стражей подсудимого на медицинское освидетельствование, проводимое в порядке, закрепленном Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 января 2011 года № 3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений», для установления у него заболевания, включенного в перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений.

Постановление Конституционного Суда РФ от 19 апреля 2022 г. N 16-П

  • Вышел Обзор практики Конституционного Суда за 1 квартал 2022 года

В Обзоре приведены позиции КС:

— о возможности и порядке подачи обвиняемым повторного заявления о компенсации за нарушение разумного срока уголовного судопроизводства;

— о допустимости принятия решения о продлении срока содержания под стражей судьей, в чьем производстве дело не находится, в случаях, не терпящих отлагательства;

— о недопустимости отказа осужденному в замене неотбытой части наказания в виде лишения свободы принудительными работами только лишь на основании достижения осужденным 60-летнего возраста;

— об условиях и порядке принятия судом, следователем или дознавателем решения о прекращении уголовного дела на основании ст. 76 УК РФ в связи с примирением с потерпевшим.

Практика Верховного Суда РФ

  • Верховный Суд РФ выпустил первый обзор судебной практики за 2022 года

В Обзоре затронуты в частности следующие вопросы применения УК и УПК:

  1. Для квалификации действий лица как незаконного производства наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов должно быть установлено, что совершенные  противоправные действия направлены на серийное получение таких средств или веществ, что предполагает их изготовление периодически повторяющимися партиями (Определение № 18-УД21-80).
  2. При смягчении наказания за одно из преступлений, входящих в совокупность, следует также смягчить окончательное наказание, назначенное по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ (Определение № 81-УДП21-18-К8).
  3. Суд должен обосновать назначение дополнительного наказания, не являющегося обязательным в санкции статьи (Определение № 18-УД21-80).
  4. Дополнительное апелляционное представление прокурора, поданное по истечении 10 суток со дня постановления приговора, подлежит рассмотрению в случае, если в нем не ставится вопрос об ухудшении положения лица, в отношении которого подавалось первоначальное представление (Определение № 5-УДП21-86-К2).
  5. Суд кассационной инстанции при отмене апелляционного приговора не вправе предрешать вопросы о доказанности или недоказанности обвинения, достоверности или недостоверности того или иного доказательства и преимуществах одних доказательств перед другими (Определение № 87-УД21-2-К2).
  6. Не извещение судом кассационной инстанции потерпевшего о передаче жалобы на рассмотрение, дате и времени рассмотрения является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на исход дела (Определение № 19-УД21-22-К5).
  7. По смыслу ч. 1 ст. 44 УПК РФ регрессные иски, в том числе и о возмещении расходов страховым организациям, подлежат разрешению только в порядке гражданского судопроизводства (Определение № 72-УД21-16-А5).
  8. Суд при повторном рассмотрении уголовного дела не вправе назначить осужденному более строгое наказание в тех случаях, когда предыдущий приговор отменен судом вышестоящей инстанции по основаниям, не связанным с несправедливостью назначенного наказания вследствие чрезмерной мягкости (Определение № 20-УД21-13-К5).
  9. Лицу, совершившему преступление до 14 июля 2018 г. (т.е. до вступления в силу Федерального закона от 3 июля 2018 г. № 186-ФЗ), время нахождения под домашним арестом подлежало зачету в срок лишения свободы из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы (Определение № 11-УД21-20-К6).

  • Верховный Суд РФ расширил пределы необходимой обороны

Пленум ВС дополнил свое постановление от 27 сентября 2012 г. № 19:

  1. добавлено новое основание допустимости необходимой обороны — незаконное проникновение в жилище против воли проживающего в нем лица, не сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия;
  2. оборона будет считаться необходимой при обстоятельствах, свидетельствующих о наличии реальной угрозы совершения общественно опасного посягательства, а действия оборонявшегося лица непосредственно предшествовали такому посягательству и были направлены на его предотвращение (например, посягающее лицо высказывало угрозу немедленного применения насилия в условиях, при которых у оборонявшегося лица имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, направляло в сторону оборонявшегося лица оружие, что свидетельствовало о намерении посягающего лица применить это оружие непосредственно на месте посягательства);
  3. правомерное нападение лица, в том числе направленное на пресечение нарушения общественного порядка, не является провокацией и не выводит лицо из состояния необходимой обороны;
  4. подчеркивается действие принципа презумпции невиновности лица при рассмотрении вопроса о совершении общественно опасного деяния в состоянии необходимой обороны.

  • Нахождение лица под стражей и отбывание им наказания по приговору по иному делу не может расцениваться как уклонение от суда, которое приостанавливает течение срока давности

11 июня 2020 года мировой судья приговорил гражданина к восьми месяцам лишения свободы за умышленное повреждение чужого имущества в 2018 году по ст. 167 УК. При этом, поскольку подсудимый не являлся на судебные заседания судья объявил его в розыск и приостановил производство по делу. Подсудимого задержали в марте 2020-го, после чего судья вынес приговор.

Верховный суд отметил, что осужденный совершил преступление небольшой тяжести, срок давности по которому составляет два года. ВС также установил, что осужденный в период рассмотрения дела находился под стражей и отбывал наказание по приговору по другому делу, что не может расцениваться как уклонение от суда, которое приостанавливает течение срока давности. ВС посчитал, что срок уголовного преследования истек за 8 дней до вынесения приговора — 3 июня 2020 года.

В итоге ВС отменил приговор и прекратил производство.

Определение от 14.04.2022 года по делу № 41-УД22-4-К4

  • Если лицо не передало по независящим от него обстоятельствам покупателю информацию о местонахождении наркотических средств, то действия следует квалифицировать как покушение на сбыт наркотиков 

  Обвиняемый был осужден за незаконное производство и сбыт наркотиков в особо крупном размере группой лиц по предварительному сговору (ч. 5 ст. 228.1 УК) и подделку документов (ч. 3 ст. 327 УК) к 15 годам лишения свободы и 6 месяцам исправительных работ с удержанием 10% из заработка в доход государства.

Верховный суд не согласился с решением первой инстанции. Суд напомнил, что уголовная ответственность за покушение на незаконный сбыт наркотиков предусмотрена в случае, если человек собирался продать запрещенные вещества, но по независящим от него обстоятельствам так и не передал их приобретателю. Но из приговора следует, что информация о закладках была известна только соучастникам, а не приобретателям наркотиков. Неясно, передавали ли они потенциальным покупателям эти сведения. Учитывая эти обстоятельства, ВС переквалифицировал действия осужденного на ч. 3 ст. 30 и ч. 5 ст. 228.1 УК как покушение на сбыт наркотического средства и смягчил наказание до тринадцати лет лишения свободы.

Определение от 07.04.2022 года по делу № 18-УД22-15

  • Корыстный мотив при совершении преступления исключает наличие хулиганских побуждений

Суд приговорил В. к 4,5 годам лишения свободы за грабеж и умышленное уничтожение имущества из хулиганских побуждений по ч. 2 ст. 162 УК РФ за то, что В. разбил окно в квартире потерпевшей, ударил потерпевшую, разбил имущество, угрожал и потребовал передать ему денежные средства.

В. обратился в Верховный суд и указал, что нижестоящие суды неверно квалифицировали его действия как совершенные из хулиганских побуждений, так как умысел был направлен на открытое хищение имущества.

ВС согласился, что В. уничтожил имущество в ходе грабежа, и его действия были обусловлены корыстным мотивом, поэтому нижестоящие инстанции не могли квалифицировать эти же деяния как совершенные из хулиганских побуждений

В результате суд переквалифицировал действия с ч. 2 ст. 167 УК на ч. 1 ст. 167 УК и назначил наказание в виде 3 лет и 7 месяцев лишения свободы.

Определение от 21.04.2022 года по делу № 9-УД22-2-К1