18.03.2022 Адвокат добился признания незаконным увольнения работницы по собственному желанию АГ НОВОСТИ

Апелляция приняла во внимание представленные адвокатом доказательства, свидетельствующие о том, что заявление об увольнении было написано под принуждением

Суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры апелляционным определением от 15 февраля (имеется у «АГ») признал незаконным увольнение работницы по собственному желанию, восстановил ее на работе, выплатив компенсацию морального вреда. Ее представитель, адвокат АП ХМАО-Югры Азер Марданов рассказал «АГ» об обстоятельствах дела.

Расторжение трудового договора

26 марта 2018 г. между С. и ООО «Н.» был заключен трудовой договор, в соответствии с которым С. была принята на работу техником в отдел кадров общества. Через год она была переведена на должность специалиста.

25 июля 2021 г. в связи со смертью свекрови С. подала работодателю через непосредственного руководителя К. заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы с 26 июля 2021 г. на пять календарных дней. По согласованию с руководителем она отсутствовала на работе в этот период.

2 августа 2021 г. С. написала на имя и.о. директора общества заявление об увольнении по собственному желанию, в тот же день приказом общества она была уволена по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, по инициативе работника. Через неделю С. обратилась к обществу с заявлением, в котором просила отменить приказ об увольнении и восстановить ее на работе в ранее занимаемой должности, однако «Н.» указало на отсутствие оснований для отмены приказа об увольнении, поскольку была соблюдена процедура расторжения трудового договора по инициативе работника.

Тогда С. обратилась за юридической помощью к адвокату Азеру Марданову, рассказав о том, что ее вынудили написать заявление об увольнении. В ходе беседы адвокат выяснил, что С. на протяжении нескольких месяцев вызывали к директору и она записывала содержание бесед на диктофон. Изучив ситуацию, а также прослушав аудиозаписи разговоров с директором, предоставленные доверителем, у адвоката возникли основания полагать, что со стороны руководителя оказывалось давление на С., в связи с чем было принято решение о подаче иска в суд на работодателя.

Первая инстанция не посчитала действия работодателя неправомерными

В исковом заявлении указывалось, что начиная с марта 2021 г. директор обособленного подразделения Х. оказывал на С. систематическое давление, вынуждая ее уволиться по собственному желанию либо по виновным основаниям. Отмечалось, что в качестве формальной причины для незаконного увольнения С. послужило ее отсутствие на рабочем месте, в период, когда она находилась в неоплачиваемом отпуске. Истица пояснила, что, получив согласие К. на предоставление отпуска, она написала соответствующее заявление и оставила его на рабочем столе. Она отметила, что не знала, существует ли приказ о предоставлении данного отпуска, и не подписывала его.

В комментарии «АГ» Азер Марданов сообщил, что, тщательно проанализировав содержание предоставленных С. аудиозаписей, он записал их стенограмму и включил ее в исковое заявление. Из содержания зафиксированных бесед следовало, что С. убыла в отпуск без согласования с руководителем общества, поэтому после выхода ее на работу Х. настойчиво предлагал ей уволиться по собственному желанию либо же в ее отношении будут оформлены документы об отсутствии на работе без уважительных причин, поскольку свекровь не относится к лицам, указанным в ст. 128 ТК РФ. При этом С. просила оформить прекращение трудового договора по соглашению сторон с выходным пособием, однако Х. отказал в данной просьбе.

Также адвокат приобщил к материалам данные о геолокации, которые свидетельствовали о том, что С. не могла подписать приказ о предоставлении ей отпуска, так как в момент, когда он был изготовлен, она находилась в дороге. Кроме того, к иску была приобщена нотариально заверенная копия переписки С. с К. в мессенджере, из которой следовало, что женщина согласовала с руководителем предоставление ей отпуска.

Таким образом, С. просила суд признать приказ о ее увольнении незаконным и восстановить ее на работе в занимаемой должности. Истица также просила взыскать с работодателя средний заработок в связи с вынужденным прогулом в размере 39 тыс. руб., компенсацию морального вреда в размере 300 тыс. руб., а также понесенные расходы на оплату услуг представителя в размере 50 тыс. руб.

Оценив представленные сторонами доказательства, Нефтеюганский районный суд отказал в удовлетворении заявленных требований. Обращаясь к п. 22 Постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 г. № 2, он напомнил, что, рассматривая споры о расторжении по инициативе работника трудового договора, судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника, отметил суд.

Суд посчитал, что С. не представила доказательств, свидетельствующих об оказании давления со стороны работодателя, направленного на понуждение к увольнению, поскольку из представленного в материалы дела заявления об увольнении С., написанного ею собственноручно, четко и ясно следует, что она просит о расторжении трудового договора с даты его написания. Указанная дата работодателем согласована, в связи с чем в этот же день был издан приказ об увольнении истицы. Первая инстанция отметила, что при наличии заявления работника об увольнении по собственному желанию работодатель не вправе препятствовать такому увольнению, а согласованию в данном случае подлежит дата увольнения. С приказом об увольнении С. была ознакомлена в день его издания, что подтверждается ее подписью, каких-либо замечаний, возражений она не высказала, в период с написания заявления до издания приказа заявление об увольнении не отозвала.

Суд добавил, что каких-либо неправомерных действий со стороны работодателя, ограничивающих волю работника на продолжение трудовых отношений, из материалов дела не усматривается. Ссылка на невыплату в полном размере заработной платы за март 2021 г. не свидетельствует о понуждении С. со стороны работодателя к увольнению, поскольку в судебном заседании установлено, что после обращения к работодателю с заявлением истице была выплачена начисленная зарплата.

Довод С. о том, что причиной увольнения послужило ее отсутствие на рабочем месте с 26 по 30 июля 2021 г., судом также был отклонен. Он отметил, что С. написала заявление о предоставлении в указанные дни отпуска, которое работодатель согласовал и издал соответствующий приказ, тогда как доказательств того, что работодатель составил акт об отсутствии работника на рабочем месте и затребовал предоставить письменное объяснение по факту отсутствия, нет.

Суд посчитал, что предоставленные истицей аудиозаписи разговоров также не подтверждают ее позицию относительно оказания давления со стороны работодателя. Прослушав аудиозаписи, сделанные 5 и 6 июля 2021 г., суд установил, что между участниками разговора обсуждались условия расторжения трудового договора по соглашению сторон, а именно размер выходного пособия. При этом один из участников разговора подтвердил свое намерение уволиться, но на более выгодных для него условиях. Аудиозапись, сделанная 2 августа 2021 г., содержит лишь разговор относительно предоставленного отпуска без сохранения зарплаты. Из содержания аудиозаписей не следует, что по отношению к кому-либо из участников разговора оказывается психологическое давление, высказываются угрозы либо принуждения к увольнению, указал суд.

Апелляционный суд удовлетворил требования

Азер Марданов в интересах доверительницы направил апелляционную жалобу (имеется у «АГ»), в которой отмечалось: суд не учел, что содержание предоставленной истицей аудиозаписи свидетельствует, что заявление об увольнении было подано по инициативе работодателя, а не работника.

Адвокат указал, что в судебном заседании суду были представлены исчерпывающие пояснения о том, когда, кем и при каких обстоятельствах были сделаны аудиозаписи. В жалобе отмечалось, что подтверждение прямого понуждения С. к увольнению содержится в имеющихся в материалах дела доказательствах, а именно в записи разговора от 2 августа 2021 г., в которой зафиксировано, что Х. прямо говорит С. о необходимости уволиться «по собственному» и понуждает ее к этому.

В жалобе отмечалось: суд первой инстанции ошибочно посчитал, что из содержания аудиозаписей не следует, что по отношению к кому-либо из участников разговора оказывается психологическое давление: «Данный вывод является незаконным и свидетельствует о том, что суд формально отнесся к исследованию данного доказательства, что подтверждается расшифровкой данных аудиозаписей».

Азер Марданов подчеркнул: то обстоятельство, что С. была согласна на увольнение по соглашению сторон, условия которого обсуждались ими, не свидетельствует о том, что она была согласна также на увольнение по собственному желанию. В апелляционной жалобе также указывалось, что Х., вынуждая С. написать заявление об увольнении по собственному желанию, считал, что при наличии данного заявления работника у организации не будет юридических рисков.

Проверив материалы дела, Суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры заключил, что с доводами первой инстанции об оценке аудиозаписей нельзя согласиться, поскольку из содержания зафиксированных на них бесед следует, что Х. неоднократно настойчиво предлагал С. уволиться по собственной инициативе. Причиной такого требования Х. послужило то, что С. убыла в отпуск без согласования с руководителем общества. Судебная коллегия отметила, что ответчиком не оспорена достоверность содержания аудиозаписей.

Апелляционный суд посчитал, что первая инстанция ошибочно приняла в основу решения приказ общества о предоставлении отпуска истице без сохранения зарплаты, поскольку из содержания аудиозаписей следует, что до оформления увольнения истица не знала о наличии данного приказа. Более того, суд указал, что внесенная работодателем в текст документа дата ознакомления работницы с приказом 26 июля 2021 г. не соответствует действительности, поскольку согласно предоставленным истицей сведениям о геолокации в указанный день она не находилась в ХМАО-Югре.

Суд округа пришел к выводу, что поскольку инициатива расторжения трудового договора исходила от работодателя, то увольнение С. по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ нельзя считать правомерным.

Таким образом, Судебная коллегия по гражданским делам суда ХМАО-Югры отменила решение суда первой инстанции, приняла новое решение, которым признала незаконным приказ о расторжении трудового договора с С. по инициативе работника. Апелляционная инстанция определила восстановить истицу на работе в данной организации в ранее занимаемой должности, взыскав с работодателя в пользу С. оплату вынужденного прогула и компенсацию морального вреда.

Комментарий адвоката истицы

Комментируя решение апелляции, Азер Марданов отметил: отмена незаконного увольнения стала возможна благодаря тому, что удалось доказать, что выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. «Большое значение имело то, что я, самостоятельно прослушав длительные аудиозаписи, сделал дословную стенограмму, выделив основные моменты из речи, в том числе директора, который, исходя из толкования его слов и выражений, оказывал давление и понуждал мою доверительницу написать заявление об увольнении по собственному желанию», – рассказал он.

По мнению Азера Марданова, решение апелляции будет иметь прецедентное значение по аналогичным делам в связи с тем, что оно показывает, что возможно доказать порок воли работника при написании заявления об увольнении по собственному желанию при наличии на него давления со стороны работодателя. «Многие работодатели ошибочно думают, что если заставить работника написать заявление об увольнении по собственному желанию, то это избавит их от проблем (в том числе в суде) в будущем. Данная позиция является ошибочной», – заключил адвокат.

Доказать факт давления со стороны работодателя довольно сложно

Юрист, эксперт по трудовому праву Елена Карсетская, комментируя дело, отметила, что в последнее время работники, несогласные с увольнением, активно реализуют свое право на судебную защиту, а суды все чаще встают на их сторону. Она привела пример, когда Верховный Суд, рассматривая спор о восстановлении сотрудницы на работе, направил дело на новое рассмотрение по той причине, что работодатель при расторжении трудового договора не выяснил причины увольнения работницы, в то время как работница находилась в сложном материальном положении и фактически не была намерена увольняться, несмотря на подписанное заявление об увольнении (Определение ВС РФ от 13 июля 2020 г. № 39-КГ20-3-К1).

Елена Карсетская подчеркнула, что несмотря на имеющуюся положительную для работников судебную практику доказать факт давления со стороны работодателя довольно сложно. «В данной ситуации работница, представив в суд аудиозапись, подтвердила давление на нее со стороны работодателя в целях понуждения к увольнению. Кроме того, на вывод апелляционного суда также повлияли недобросовестные действия работодателя при оформлении документов. И, на мой взгляд, именно совокупность этих факторов склонила суд на сторону работницы», – полагает эксперт.

Адвокат, член Совета АП Калининградской области Екатерина Казакова считает данное дело очень интересным, особенно учитывая, что работники, как правило, проигрывают такие споры. Она пояснила, что по данной категории дел бремя доказывания лежит на работнике, поэтому всегда достаточно сложно доказать принуждение к увольнению по собственному желанию. «Работодатель создал видимость законности увольнения, представив приказы о предоставлении отпуска в порядке ст. 128 ТК РФ, о которых работница не знала. Поэтому решение суда первой инстанции в целом не вызывает вопросов, поскольку в нем достаточно сухо отражены обстоятельства дела и аудиозапись описана вскользь», – отметила Екатерина Казакова.

Эксперт убеждена, что именно аудиозапись сыграла решающую роль в суде апелляционной инстанции. Судебная коллегия не просто полностью прослушала и проанализировала ее, но и внимательно изучила обстоятельства, при которых работнице был предоставлен отпуск. Таким образом, сложилась полная картина, что на самом деле работодатель вынуждал работницу уволиться, используя отпуск без сохранения заработной платы в качестве средства давления, пояснила Екатерина Казакова. «Проблема доказывания вынужденного характера увольнения всегда актуальна, но, к сожалению, редко работники приходят проконсультироваться заблаговременно, чтобы понять, какие действия необходимо предпринять и какие доказательства необходимо собрать, и в конечном итоге коллегам приходится работать с минимальным количеством доказательств. Думаю, что работодатель будет обжаловать судебные акты в кассационном порядке; надеюсь, что они не будут отменены», – заключила адвокат.

Анжела Арстанова