19.07.20. Найти справедливый баланс … законодательство о банкротстве…АГ

Найти справедливый баланс

Важно, чтобы законодательство о банкротстве, направленное на недопущение злоупотреблений в отношении кредиторов, не нарушало права добросовестных должников

Макейчук Антон

Адвокат, партнер юридической компании Tenzor Consulting Group

08 Июля 2020

Материал выпуска № 13 (318) 1-15 июля 2020 года.

В комментарии к статье Павла Каманцева «Недобросовестность в делах о банкротстве»(см.: «АГ». 2020. № 13 (318)) высказывается согласие с необходимостью проведения ряда мер, предложенных автором, и указывается, что они конструктивны и могут найти применение на практике. Вместе с тем делаются некоторые значимые уточнения и предлагается тщательно проработать ряд аспектов, связанных со злоупотреблениями в делах о банкротстве.

Поднятая в комментируемой статье тема, к сожалению, не перестает быть актуальной, хотя необходимо отдать должное законодателю и судебной практике, вкупе сужающими возможности для проявления злоупотреблений правом в рамках дел о несостоятельности (банкротстве).

Автор статьи предлагает следующее:

1. Разрешить оспаривать сделки должника в период наблюдения по банкротным основаниям.

2. Автоматически исключать требования из реестра кредиторов, если сделка, на основании которой они включены, признана недействительной.

3. При обжаловании сделок проверять, нарушены ли интересы подателя соответствующего заявления, а также взыскивать расходы без возможности их уменьшения.

4. Предусмотреть специальный механизм взыскания убытков в рамках дела о несостоятельности с лиц, злоупотребляющих правами.

5. Заменить наказание за фальсификацию доказательств с уголовного на административное.

Если упростить цели сторон дел о банкротстве, то у кредитора – это погасить максимум своих требований, а у должника – сберечь максимум своего имущества и имущества бенефициаров, сохранить сделки с заинтересованными лицами.

Поскольку должник, как правило, находится в более привилегированном положении (он владеет документами, сведениями о совершаемых сделках, он может смоделировать те или иные документы, подстроить их под обстоятельства), то законодательство имеет как бы «прокредиторский» уклон, направлено на максимальную защиту кредитора от недобросовестных действий должника и контролирующих его лиц.

На сегодняшний день привлечь контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности – абсолютно адекватная и нормальная история, хотя несколько лет назад это было крайне проблематично и скорее являлось исключением из правила.

Ряд мер, предложенных автором, безусловно, конструктивны и могут найти применение на практике, однако некоторые из них стоит тщательно проработать внимательнейшим образом.

Так, предложение относительно возможности оспаривания в процедуре наблюдения сделок по специальным основаниям в целом является здравым и своевременным. В настоящее время временному управляющему разрешено оспаривать сделки, но только по общим основаниям, которые никак не пересекаются с «банкротными». С учетом общей тенденции рассмотрения дел о банкротстве, когда в преобладающем большинстве случаев вслед за наблюдением следует процедура конкурсного производства, указанная мера позволила бы более оперативно проходить процедуру банкротства. Ведь чем дольше длится процедура, тем больше формируется расходная часть должника на ведение дела, тем призрачнее становится для кредиторов перспектива что-либо получить.

В то же время в этом случае возможно нарушение прав кредиторов и/или сторон потенциально недействительных сделок, поскольку в отношении должника может и не быть введена процедура конкурсного производства, а, например, будет заключено мировое соглашение. В связи с этим представляется разумным приостанавливать исполнение определения о признании той или иной сделки недействительной до признания должника банкротом и открытия конкурсного производства. Однако в ситуациях подобного рода возможно параллельно применить институт обеспечительных мер, чтобы недобросовестный должник совместно с дружественными кредиторами не смогли предпринимать действий, направленных на вывод активов должника.

Что же касается автоматического исключения из реестра требований кредиторов, в случае если сделки, на основании которых они были включены в реестр, признаны недействительными, то данное предложение логично и направлено на совершенствование банкротного законодательства. Вместе с тем представляется разумным в просительной части заявления о признании сделки недействительной непосредственно указывать о необходимости исключения требования из реестра требований кредиторов.

Автор статьи вскользь затронул тему проведения торгов. Полагаю, что на сегодняшний день это одно из самых уязвимых мест в процедуре, поскольку, несмотря на формальную публичность, торги носят скорее «псевдопубличный» характер. Одним из возможных выходов, которые могут решить эту проблему, является создание (модернизация) официального портала по банкротству с широким и удобным функционалом. Именно на таком портале необходимо, чтобы, во-первых, фиксировались все действия, происходящие в деле о несостоятельности; во-вторых, закреплялась юридическая значимость всех публикаций, совершаемых в деле о банкротстве (таким образом можно было бы уйти от необходимости публиковаться в газете «Коммерсантъ», затрачивая на это немалые денежные средства), в-третьих, отражались все шаги по реализации имущества на торгах с целью прозрачности и удобства площадки как для конкурсных управляющих и кредиторов, так и для потенциальных покупателей реализуемого имущества должника. Хотелось бы, чтобы разместить объявление о проведении торгов было бы так же просто, как о продаже телевизора на известных интернет-сервисах для размещения объявлений о товарах.

Таким образом, повторяю, тематика, затронутая автором, крайне актуальна и нуждается в обсуждении, а законодательство в постоянном совершенствовании. При этом важно, чтобы «прокредиторская» модель банкротного законодательства, направленная на недопущение злоупотреблений в банкротных делах, не нарушала права добросовестных должников, а суд всегда находил справедливый баланс между интересами кредиторов и должника.

НАЗАД К СПИСКУ

08 Июля 2020

Рассказать:

Другие мнения

Соломяный Андрей

Роль экспертизы при налоговых правонарушениях

17 Июля 2020

Чиркова Ольга

Являются ли пользователи соцсетей потребителями?

15 Июля 2020

Мухаметов Руслан

Судебный приказ: основания возврата заявления и особенности обжалования

14 Июля 2020

Черкасов Денис

Налогоплательщики-физлица не должны отвечать за упущения налоговиков

14 Июля 2020

Шамшина Анастасия

Добровольное исполнение обязательств важнее выплаты компенсации за их неисполнение

13 Июля 2020

Семенов Сергей

Определить вину или назначить виновного?

10 Июля 2020

© 2007—2017 «Новая адвокатская газета»

банкротстве, направленное на недопущение злоупотреблений в отношении кредиторов, не нарушало права добросовестных должников

Макейчук Антон

Адвокат, партнер юридической компании Tenzor Consulting Group

08 Июля 2020

Материал выпуска № 13 (318) 1-15 июля 2020 года.

В комментарии к статье Павла Каманцева «Недобросовестность в делах о банкротстве»(см.: «АГ». 2020. № 13 (318)) высказывается согласие с необходимостью проведения ряда мер, предложенных автором, и указывается, что они конструктивны и могут найти применение на практике. Вместе с тем делаются некоторые значимые уточнения и предлагается тщательно проработать ряд аспектов, связанных со злоупотреблениями в делах о банкротстве.

Поднятая в комментируемой статье тема, к сожалению, не перестает быть актуальной, хотя необходимо отдать должное законодателю и судебной практике, вкупе сужающими возможности для проявления злоупотреблений правом в рамках дел о несостоятельности (банкротстве).

Автор статьи предлагает следующее:

1. Разрешить оспаривать сделки должника в период наблюдения по банкротным основаниям.

2. Автоматически исключать требования из реестра кредиторов, если сделка, на основании которой они включены, признана недействительной.

3. При обжаловании сделок проверять, нарушены ли интересы подателя соответствующего заявления, а также взыскивать расходы без возможности их уменьшения.

4. Предусмотреть специальный механизм взыскания убытков в рамках дела о несостоятельности с лиц, злоупотребляющих правами.

5. Заменить наказание за фальсификацию доказательств с уголовного на административное.

Если упростить цели сторон дел о банкротстве, то у кредитора – это погасить максимум своих требований, а у должника – сберечь максимум своего имущества и имущества бенефициаров, сохранить сделки с заинтересованными лицами.

Поскольку должник, как правило, находится в более привилегированном положении (он владеет документами, сведениями о совершаемых сделках, он может смоделировать те или иные документы, подстроить их под обстоятельства), то законодательство имеет как бы «прокредиторский» уклон, направлено на максимальную защиту кредитора от недобросовестных действий должника и контролирующих его лиц.

На сегодняшний день привлечь контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности – абсолютно адекватная и нормальная история, хотя несколько лет назад это было крайне проблематично и скорее являлось исключением из правила.

Ряд мер, предложенных автором, безусловно, конструктивны и могут найти применение на практике, однако некоторые из них стоит тщательно проработать внимательнейшим образом.

Так, предложение относительно возможности оспаривания в процедуре наблюдения сделок по специальным основаниям в целом является здравым и своевременным. В настоящее время временному управляющему разрешено оспаривать сделки, но только по общим основаниям, которые никак не пересекаются с «банкротными». С учетом общей тенденции рассмотрения дел о банкротстве, когда в преобладающем большинстве случаев вслед за наблюдением следует процедура конкурсного производства, указанная мера позволила бы более оперативно проходить процедуру банкротства. Ведь чем дольше длится процедура, тем больше формируется расходная часть должника на ведение дела, тем призрачнее становится для кредиторов перспектива что-либо получить.

В то же время в этом случае возможно нарушение прав кредиторов и/или сторон потенциально недействительных сделок, поскольку в отношении должника может и не быть введена процедура конкурсного производства, а, например, будет заключено мировое соглашение. В связи с этим представляется разумным приостанавливать исполнение определения о признании той или иной сделки недействительной до признания должника банкротом и открытия конкурсного производства. Однако в ситуациях подобного рода возможно параллельно применить институт обеспечительных мер, чтобы недобросовестный должник совместно с дружественными кредиторами не смогли предпринимать действий, направленных на вывод активов должника.

Что же касается автоматического исключения из реестра требований кредиторов, в случае если сделки, на основании которых они были включены в реестр, признаны недействительными, то данное предложение логично и направлено на совершенствование банкротного законодательства. Вместе с тем представляется разумным в просительной части заявления о признании сделки недействительной непосредственно указывать о необходимости исключения требования из реестра требований кредиторов.

Автор статьи вскользь затронул тему проведения торгов. Полагаю, что на сегодняшний день это одно из самых уязвимых мест в процедуре, поскольку, несмотря на формальную публичность, торги носят скорее «псевдопубличный» характер. Одним из возможных выходов, которые могут решить эту проблему, является создание (модернизация) официального портала по банкротству с широким и удобным функционалом. Именно на таком портале необходимо, чтобы, во-первых, фиксировались все действия, происходящие в деле о несостоятельности; во-вторых, закреплялась юридическая значимость всех публикаций, совершаемых в деле о банкротстве (таким образом можно было бы уйти от необходимости публиковаться в газете «Коммерсантъ», затрачивая на это немалые денежные средства), в-третьих, отражались все шаги по реализации имущества на торгах с целью прозрачности и удобства площадки как для конкурсных управляющих и кредиторов, так и для потенциальных покупателей реализуемого имущества должника. Хотелось бы, чтобы разместить объявление о проведении торгов было бы так же просто, как о продаже телевизора на известных интернет-сервисах для размещения объявлений о товарах.

Таким образом, повторяю, тематика, затронутая автором, крайне актуальна и нуждается в обсуждении, а законодательство в постоянном совершенствовании. При этом важно, чтобы «прокредиторская» модель банкротного законодательства, направленная на недопущение злоупотреблений в банкротных делах, не нарушала права добросовестных должников, а суд всегда находил справедливый баланс между интересами кредиторов и должника.

08 Июля 2020