20.05.2022 Дорогая репутация и посмертная ответственность: практика АС Московского округа АГ НОВОСТИ

Гендиректор ушел с должности и стал заместителем у нового гендиректора, а зарплата у него при этом выросла почти в три раза. Суды двух инстанций не увидели в этом проблемы в деле о банкротстве. Они признали такое поведение добросовестным. Но АС Московского округа их поправил: сперва нужно было исследовать объем работы, проделанный сотрудником, и соотнести его с размером зарплаты. А в другом апрельском постановлении окружной суд на примере иска к РБК на полмиллиарда намекнул, что деловая репутация может быть подорвана и предположениями о будущих, еще не произошедших событиях.

Когда смерть ответчика не означает конец судопроизводства

В деле о банкротстве ООО «Восход» конкурсный управляющий решил привлечь руководство компании к субсидиарной ответственности из-за вывода производственной линии из активов в 2015 году. Также управляющий выявил вывод денег в пользу аффилированных компаний несколькими годами раньше.

Арбитражный суд Московской области привлек к субсидиарной ответственности всех руководителей должника, в том числе Владимира Егорова, который был гендиректором общества в конце нулевых. Вопрос о размере субсидиарки суд не разрешал: с этим решили подождать до окончания расчетов с кредиторами.

Участники обособленного спора подали апелляционные жалобы в 10-й ААС. В их числе был и Егоров. Апелляционный суд должен был рассмотреть жалобы в феврале 2022-го, но Егоров скончался за три недели до заседания. Об этом в суде сообщил его представитель, который представил свидетельство о смерти. Апелляционные судьи освободили его от участия в заседании, а производство по жалобе Егорова прекратили.

АС Московского округа не согласился с процессуальным решением нижестоящего суда. Кассация напомнила: долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к субсидиарной ответственности, входит в наследственную массу. При этом не имеет значения момент предъявления и рассмотрения иска о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности — до либо после его смерти. А значит, результат спора напрямую повлияет на наследников умершего Егорова. При таких обстоятельствах суду следовало не прекратить производство по жалобе, а только приостановить его (дело № А41-54740/2014).

Последствия для наследника

Еще один спор об ответственности наследников возник в банкротном деле ЗАО «Вай-Ти-Би» (№ А40-283157/2018). В нем управляющий оспорил сделку по перечислению Вячеславу Грудину 1,52 млн руб., которые направлялись для расчетов с Игорем Кругляковым — учредителем этого общества, а ныне владельцем иностранной компании, владеющей 100% доли в обществе. Последнего суды признали заинтересованным лицом. При этом две инстанции разошлись в вопросе о последствиях недействительности сделки. Все дело в том, что на момент рассмотрения спора Грудин уже умер.

АСГМ привлек к участию в деле сына Грудина Александра и супругу Оксану Титову и обязал их отвечать по обязательствам умершего родственника. 9-й ААС обратил внимание на наследственное дело, представленное в суд нотариусом. Согласно его материалам, ни Титова, ни Грудин не наследники умершего. Поэтому суд решил, что они не должны отвечать по обязательствам. В итоге возмещать ущерб от сделки оказалось некому.

Арбитражный суд Московского округа исправил ошибки нижестоящих судов. Он обратил внимание, что наследница у Грудина все же была — их общая с Титовой несовершеннолетняя дочь. Для правильного разрешения вопроса о последствиях недействительности сделки судам следовало привлечь ее через законного представителя к рассмотрению обособленного спора. Поэтому теперь АСГМ повторно разберется в этом деле.

Дорогая репутация

В апреле Арбитражный суд Московского округа оценил один из самых дорогих споров о защите деловой репутации последних лет — дело «Независимой нефтегазовой компании» (ННК) Эдуарда Хуйданатова против РБК на 500 млн руб. (№ А40-58653/2021).

Претензии истца вызвала публикация РБК от 2 декабря 2020 года, основанная на заявлениях топ-менеджеров «Роснефти» — первого вице-президента Дидье Казимиро и вице-президента, главного геолога Андрея Полякова. Речь в ней шла о возможных сделках между компанией Худайнатова, которая, по утверждению авторов, могла «поучаствовать в покупке доли» в шести действующих проектах «Роснефти» или части из них, включая доли в «Оренбургнефти» и «Самаранефтегазе», «Варьеганнефтегазе», «Северной нефти», «Сахалинморнефтегазе» и Талинском месторождении. Авторы также предполагали, что сама ННК продаст «Роснефти» Пайяхское месторождение.

В «Независимой нефтегазовой компании» решили, что публикация может плохо повлиять на взаимодействие с акционерами, контрагентами, банками, инвестиционными фондами, рейтинговыми агентствами и так далее. А основной целью авторов материала стало «намерение сформировать у общественности мнение о заключении сделки на нерыночных условиях, не имеющих коммерческой целесообразности, ввести субъектов рынка в заблуждение и создать негативную деловую репутацию сторон сделки», подчеркнул истец.

Аналогичный иск подала и «Роснефть»: она свое дело выиграла в конце 2021 года. РБК напечатал опровержение.

А тем временем суды двух инстанций отказали в иске ННК. Они указали, что автор статьи обобщает и анализирует мнения иных лиц и ранее опубликованные данные по месторождениям, то есть субъективно оценивает сведения о возможной сделке. Апелляция добавила, что все описанные ответчиком сделки были заключены. То есть статья основана на достаточных фактических обстоятельствах, что опровергает доводы о несоответствии оспариваемых сведений действительности.

Оба суда сошлись во мнении, что высказывания в публикации относятся к будущему времени, носят оценочный и предположительный характер, поэтому там нет утверждений о фактах и они не могут быть проверены судом на достоверность.

Арбитражный суд Московского округа с этим не согласился. Кассационные судьи обратили внимание, что истец и ответчик представили в дело экспертные заключения, противоречащие друг другу. Но вместо того, чтобы устранить противоречия, суды сами оценили фактическое содержание оспариваемых истцом сведений.

Также окружной суд напомнил: само по себе использование будущего времени не превращает содержащиеся в публикации сведения в предположения и не исключает возможность их проверки судами на соответствие действительности с учетом полного анализа содержания оспариваемых фрагментов и общего контекста материала.

С учетом этого столичная арбитражная кассация направила дело на новое рассмотрение в АСГМ.

Отследите сами

В деле № А40-108863/2020 суд рассматривал спор между «Торговым домом «Сибирь» и столичным управлением Росреестра. Чиновники отказывались вносить изменения в ЕГРН, но общество добилось своего в судебном порядке. Соответствующее решение вступило в силу 2 июня — после рассмотрения дела в апелляции.

Управление Росреестра так и не исполнило его. После этого АСГМ по заявлению «Сибири» наложил на чиновников судебный штраф 100 000 руб. При этом управление не уведомили о заседании, на котором решался вопрос о назначении штрафа. Но оспорить на этом основании решение в апелляции не вышло: вторая инстанция указала, что управление считается извещенным с момента направления ему определения о принятии иска «Сибири» к производству. После этого ответчик должен был самостоятельно отслеживать движение дела, решил суд.

Арбитражный суд Московского округа исправил процессуальную ошибку. Лицу, на которое налагается судебный штраф, должна быть предоставлена возможность давать объяснения и доказывать, что оснований для штрафа нет. Для этого его нужно было уведомить о предстоящем заседании, чего в этом споре сделано не было. Поэтому окружные судьи отменили решения о штрафе и направили этот вопрос на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Неадекватная зарплата для лишнего заместителя

В деле о банкротстве ЗАО «Еврострой» конкурсный управляющий Евгения Уткова оспорила одну из сделок должника — дополнительное соглашение к трудовому договору с одним из заместителей директоров общества, Сергеем Панченко. На эту должность управленец перешел после того, как оставил должность гендиректора. Ему назначили зарплату 495 000 руб. — почти в три раза больше, чем он зарабатывал до понижения (180 000 руб.). По мнению управляющего, Панченко, который имел доступ ко всей финансовой информации о состоянии «Евростроя» еще будучи гендиректором, не мог не понимать, что компания находилась в кризисном состоянии. Фактически он не работал.

АСГМ и 9-й ААС отказали управляющему. Они подчеркнули: предположения заявителя, что Панченко не исполнял трудовые функции на рабочем месте, не могут подтверждать его недобросовестность. Управляющий также не доказал, что менеджер не соответствовал занимаемой должности.

Арбитражный суд Московского округа отнесся к доводам управляющего внимательнее. Судьи выяснили, что на день заключения трудового договора в обществе было уже пять заместителей генерального директора. Нижестоящие инстанции не выяснили, зачем обществу был нужен шестой, тем более с зарплатой значительно больше, чем у остальных.

Панченко не привел никаких доводов относительно увеличения объема работы и не опроверг свою информированность о финансовом положении «Евростроя». А еще суды напрасно проигнорировали довод управляющего, что условия трудового договора не позволяют соотнести размер зарплаты с объемом трудовых функций заместителя и их сложностью. Между тем именно вопрос о непосредственных трудовых обязанностях Панченко и о том, какая средняя заработная плата положена за выполнение таких трудовых обязанностей, был ключевым в этом споре.

Окружной суд напомнил: в случае установления реальности трудовых отношений работника нельзя лишить зарплаты. Поэтому суды должны установить соразмерность объема выполненных трудовых обязанностей и размера зарплаты, полученной Панченко.

С этими разъяснениями кассация вернула спор о зарплате на новое рассмотрение в первую инстанцию (дело № А40-108548/2018).

Максим Вараксин