21.04.20. Ответственность юрлиц за сделки с имуществом, полученным преступным путем, может появиться в КоАП. АГ. ЛЕНТА НОВОСТЕЙ.

Ответственность юрлиц за сделки с имуществом, полученным преступным путем, может появиться в КоАП

Росфинмониторинг полагает, что из-за отсутствия обязанностей по предупреждению легализации преступных доходов у организаций отсутствует мотивация к соблюдению закона в ситуации, когда его нарушение позволяет извлечь экономическую выгоду
Один адвокат считает, что авторы законопроекта не обосновали, чем они руководствовались при установлении в отношении предложенного административного состава максимального срока давности привлечения к ответственности в 6 лет. По мнению второго, принятие поправок повлечет существенную нагрузку для организаций, в том числе в связи с созданием служб антикоррупционного комплаенса. Третий адвокат полагает, что в рамках предупреждения отмывания преступных доходов внимание законодателя должно быть сосредоточено на внедрении таких правил, которые позволили бы сформировать партнерские взаимоотношения бизнеса и власти.

Росфинмониторинг опубликовал для общественного обсуждения законопроекты об установлении административной ответственности юридического лица за совершение сделок с денежными средствами и иным имуществом, полученными преступным путем.

Госорган хочет повысить заинтересованность организаций в соблюдении запретов

В соответствии с первым законопроектом ст. 13 Закона о противодействии легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма предложено дополнить указанием на возможность применения мер ответственности к юридическому лицу, в интересах которого осуществлены сделки или финансовые операции с денежными средствами или иным имуществом, полученными преступным путем.

В пояснительной записке к проекту изменений в КоАП РФ указано, что введение ответственности юрлиц обусловлено необходимостью создания новых эффективных мер противодействия преступности, совершаемой в интересах организаций либо с использованием их возможностей. Разработчики отмечают, что это также позволит привести законодательство РФ в соответствие с положениями Рекомендации Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ) и положениями ст. 10 Конвенции СЕ об отмывании, выявлении, изъятии, конфискации доходов от преступной деятельности и финансировании терроризма, которая ратифицирована РФ в июле 2017 г. Данный международный договор предусматривает обязанность государства-участника обеспечить привлечение юридических лиц к ответственности за предусмотренные Конвенцией преступления.

В сводном отчете Росфинмониторинг отмечает, что информация об этой проблеме и указание на необходимость выработки правовых механизмов по ее устранению содержатся в Отчете о национальной оценке рисков легализации преступных доходов за 2017–2018 гг., утвержденном протоколом заседания Межведомственной комиссии по подготовке РФ к четвертому раунду взаимных оценок ФАТФ.

Разработчики указывают, что в настоящий момент юридическое лицо не обязано принимать меры по недопущению вовлечения в легализацию доходов, полученных преступным путем. Хотя «отмывание» производится при участии организаций, уголовная ответственность за деяния, связанные с легализацией преступных доходов, возлагается на физических лиц. Авторы законопроекта полагают, что из-за отсутствия обязанностей по предупреждению легализации преступных доходов у организаций фактически отсутствует мотивация к соблюдению закона в ситуации, когда его нарушение позволяет извлечь экономическую выгоду.

По мнению разработчиков, угроза наказания побудит юридических лиц более ответственно подходить к обеспечению безопасности, инвестиционной стратегии и будет способствовать реальному контролю над членами органов управления и работниками.

С учетом этого вторым законопроектом предложено установить административную ответственность юридических лиц по аналогии с ответственностью, применяемой в отношении организаций за причастность к коррупции (ст. 19.28 КоАП). В случае реализации инициативы Кодекс об административных правонарушениях будет дополнен ст. 15.27.3, согласно которой совершение в интересах юридического лица физическим лицом сделок или финансовых операций с денежными средствами или иным имуществом, полученным заведомо для совершающего вышеуказанные действия лица преступным путем, повлечет для организации штраф в размере до трехкратной суммы денежных средств (стоимости имущества), но не менее 1 млн руб., либо административное приостановление деятельности на срок до 30 суток. Денежные средства или имущество, выступающее в качестве предмета правонарушения, в любом случае будет конфисковано.

Примечательно, что «в целях обеспечения неотвратимости наказания» штраф за нарушение ст. 15.27.3 должен быть уплачен в течение 7 дней с момента вступления в законную силу постановления о его наложении. Предполагается, что дела об административных правонарушениях по ст. 15.27.3 будут рассматривать судьи, а составлять протоколы – должностные лица органов прокуратуры и Росфинмониторинга.

В соответствии с примечанием к ст. 15.27.3 КоАП под физическим лицом понимаются следующие лица: гражданин, уполномоченный совершать действия на основании закона, иного правового акта, договора или доверенности, бенефициарный владелец организации, а также лицо, занимающее должность в органах управления данного юрлица или органах, осуществляющих контроль за финансово-хозяйственной деятельностью организации.

На ст. 15.27.3 КоАП предлагается распространить установленный ч. 3 ст. 1.8 КоАП экстерриториальный принцип действия закона, в соответствии с которым организация, совершившая административное правонарушение за пределами РФ, привлекается к ответственности по КоАП, если такое правонарушение направлено против интересов России, а также в случаях, предусмотренных международным договором, если указанное юридическое лицо не было привлечено за соответствующие действия к уголовной или административной ответственности в иностранном государстве.

При этом согласно проекту срок давности привлечения к административной ответственности и применения меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении в виде ареста денежных средств и имущества юридического лица по ст. 15.27.3 КоАП составляет 6 лет. Разработчики обосновывают это временем, необходимым для сбора доказательств и проведения процессуальных действий.

Кроме того, предлагается увеличить до 6 лет срок давности привлечения к административной ответственности за неисполнение осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом организацией законодательства о противодействии легализации преступных доходов и финансированию терроризма, повлекшее установленные вступившим в законную силу приговором суда легализацию или финансирование терроризма, если эти действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния (ч. 4 ст. 15.27 КоАП). Как указано в пояснительной записке, необходимость этой поправки обусловлена тем, что в течение годичного срока давности с момента совершения правонарушения объективно невозможно привлечь к ответственности, поскольку вменение состава поставлено в зависимость от установленного приговором суда факта легализации преступного дохода.

В случае принятия оба закона вступят в силу по истечении полугода после официального опубликования.

Адвокаты указали на недостатки предложенных поправок

Адвокат АП г. Москвы Валерий Саркисов согласился с тем, что законопроекты приводят законодательство РФ в соответствие с заключенными Россией международными соглашениями и восполняют соответствующий пробел: «Если действующие правовые нормы предусматривают за нарушение “антиотмывочного” законодательства ответственность физических лиц и организаций, обслуживающих операции с преступным имуществом, то логично установить ответственность и тех юридических лиц, в интересах которых совершаются противозаконные сделки».

Между тем, устанавливая общие положения об ответственности, законопроект содержит весьма спорные нормы в части конкретизации этой ответственности путем внесения изменений в КоАП РФ, считает эксперт. «Непонятно, чем руководствовались авторы законопроекта при установлении в отношении предложенного нового административного состава максимальных сроков давности привлечения к ответственности в 6 лет. Серьезные проблемы на практике могут вызвать и сложности в доказывании наличия у управленца или бенефициара юридического лица заведомой осознанности совершения преступных сделок в интересах организации», – пояснил адвокат. По его мнению, весьма спорным также является как само предложение ввести ответственность иностранных юридических лиц, так и ограничение их ответственности исключительно за деяния, совершаемые против интересов РФ.

Таким образом, рассматриваемые законопроекты хотя и призваны заполнить имеющийся правовой пробел в действующем законодательстве, однако в части конкретных мер ответственности являются сырыми и нуждаются в доработке, считает Валерий Саркисов.

Адвокат АК «СанктаЛекс» Павел Гейко отметил: «Предлагаемые изменения являются логичным продолжением развития отечественного антикоррупционного законодательства и исполнением Российской Федерацией принятых на себя в соответствии с нормами международного права обязательств». С 1 января 2018 г. – момента вступления для России в силу Конвенции СЕ об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности и о финансировании терроризма – законодательство РФ должно предусматривать предлагаемые к принятию нормы, пояснил адвокат. «Необходимость в наличии юридических механизмов воздействия на юридических лиц за совершение в интересах юридического лица сделок или финансовых операций с денежными средствами или иным имуществом, полученными заведомо для совершающего вышеуказанные действия лица преступным путем, безусловна», – подчеркнул Павел Гейко.

Вместе с тем, добавил он, принятие данных норм повлечет за собой возникновение существенной нагрузки для юридических лиц, связанной с принятием мер по предупреждению данного правонарушения, необходимостью выстраивания в компаниях, так называемых служб антикоррупционного комплаенса.

Читайте также
Эксперты «АГ» прокомментировали выводы КС РФ о связи вины юридического лица с виной его работников
Ранее Суд пришел к выводу, что административное правонарушение организации является умышленным только тогда, когда установлен умышленный характер действий работников этой организации, ответственных за исполнение нормативных требований
16 Апреля 2020 Новости

«Предлагаемые нормы подразумевают возложение ответственности на юридических лиц за действия физических лиц, имеющих определенное отношение к организации. Если с ответственностью юридического лица за действия физических лиц, занимающих должности в органах управления этого юрлица или в органах, осуществляющих контроль за финансово-хозяйственной деятельностью юрлица, а также бенефициарных владельцев более-менее понятно, так как, по сути, в действиях таких лиц и проявляется непосредственная воля юридического лица, то с ответственностью за действия физических лиц, уполномоченных совершать действия на основании закона, иного правового акта, договора или доверенности, вопрос представляется более сложным», – указал Павел Гейко.

Даже если основная цель действий уполномоченного договором или доверенностью физлица будет направлена на удовлетворение собственных интересов, но при этом такие действия в какой-либо степени будут удовлетворять интересы юридического лица, формально организация должна будет понести ответственность, полагает адвокат. Он считает, что в случае принятия закона юридическим лицам придется проявлять повышенную осмотрительность при выборе физлиц, которые будут уполномочены совершать сделки или финансовые операции в интересах организации, а также при контроле за деятельностью таких лиц.

«Вероятно, правоприменительная практика выработает некоторые критерии, по которым можно будет определить, до какой степени в интересах юридического лица действия физических лиц с полученным преступным путем имуществом не будут влечь ответственность. Однако, полагаю, целесообразно еще на стадии принятия нормы уточнить ее формулировку в части возложения ответственности на юрлиц за действия физических лиц, которых нельзя отнести к непосредственным “руководителям” его деятельностью», – сказал Павел Гейко.

Адвокат, советник по специальным проектам АБ «А-ПРО» Алексей Гребенской напомнил, что, ратифицировав Конвенцию о борьбе с финансированием терроризма, Россия в 2002 г. вошла в состав группы «Эгмонт». На сегодняшний день для успешного противодействия легализации у нашего государства имеется весь необходимый арсенал, позволяющий осуществлять борьбу с легализацией денежных средств, считает эксперт.

Кроме того, добавил он, на законодательном уровне уже создан правовой механизм, достаточный для эффективного противодействия отмыванию преступных доходов. Закон о противодействии легализации закрепляет этот правовой механизм и предусматривает различные виды ответственности за его нарушение, в том числе административную и уголовную. При этом меры ответственности предусмотрены как для физических, так и для юридических лиц, подчеркнул Алексей Гребенской.

«Мне представляется, что в целях предупреждения легализации денег и имущества, добытых преступным путем, надлежит предусмотреть и реализовать ряд общесоциальных мер, таких как снижение риска ведения предпринимательской деятельности, защита права собственности, развитие конкурентоспособности частного сектора экономики по отношению к государственному, уменьшение административных барьеров для бизнеса, борьба с коррупционной деятельностью органов власти», – отметил эксперт.

По его мнению, в рамках предупреждения отмывания преступных доходов внимание законодателя должно быть сосредоточено на внедрении социальных норм и правил поведения в обществе, которые позволили бы сформировать партнерские взаимоотношения бизнеса и власти, а не в очередной раз произвести попытки продемонстрировать бизнесу карающую силу государства. «Установление же административной ответственности юридических лиц за совершение в их интересах сделок или финансовых операций с денежными средствами, полученными заведомо для лица, совершающего вышеуказанные действия, преступным путем, представляется мне нецелесообразным», – заключил Алексей Гребенской.