21.07.2022 Место совершения хищения безналичных денежных средств определено неверно Как использовать ошибки следствия в интересах доверителя АГ

Материал выпуска № 14 (367) 16-31 июля 2022 года.

В настоящее время адвокаты при осуществлении защиты доверителей нередко сталкиваются с проблемой ошибочного определения следственными органами места совершения хищения в форме мошенничества, предметом которого выступают безналичные денежные средства. Статья посвящена тактике защиты при ошибочном определении следствием места совершения преступления по делам о хищении этих ценностей в форме мошенничества, присвоения и растраты.

Как показывает практика, следственные органы не сформировали единого подхода к определению места совершения мошенничества в отношении безналичных денежных средств, тогда как по делам о хищении безналичных денежных средств в форме присвоения и растраты такой проблемы, как правило, не возникает, о чем подробнее сказано ниже.

Мошенничество

Хищение безналичных денежных средств в форме мошенничества, присвоения и растраты расследуется сотрудниками следственных подразделений МВД и Следственного комитета РФ. Как правило, при расследовании хищения безналичных денежных средств в форме мошенничества следственные органы ошибочно определяют в качестве места совершения данного преступления:

  • местонахождение организации, которая исполняет обязательства по перечислению денежных средств, либо
  • место непосредственного обнаружения преступления, обращения потерпевшего с заявлением о совершенном в отношении него преступлении либо
  • место открытия расчетного счета, контролируемого лицом, совершившим мошенничество.

Хотя в данном случае местом совершения данного преступления является местонахождение подразделения банка или иной организации, в котором владельцем денежных средств был открыт банковский счет или велся учет электронных денежных средств без открытия счета. Этого требует Пленум Верховного Суда РФ (п. 5 постановления от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», далее –Постановление № 48).

Существующая проблема определения следственными органами места совершения мошенничества в отношении безналичных денежных средств и отсутствие унифицированного подхода к ее решению явились основанием для дополнения Постановления № 48 разъяснениями о месте совершения мошенничества в отношении безналичных денежных средств, сделанными 29 июня 2021 г.

До внесения изменений в постановление № 48 в доктрине велась дискуссия об определении места совершения мошенничества в отношении безналичных денежных средств. Суды же, как правило, ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в п. 5 Постановления № 48, определяли место совершения мошенничества, предметом которого выступают безналичные денежные средства, по месту нахождения подразделения банка или иной организации, в котором владельцем денежных средств был открыт банковский счет или велся учет электронных денежных средств без открытия счета1.

Зачастую данная проблема выявляется участниками уголовного судопроизводства со стороны обвинения или защиты после окончания предварительного расследования по результатам ознакомления с материалами уголовного дела в порядке ст. 216–217 Уголовно-процессуального кодекса РФ либо на стадиях судебного разбирательства.

Как правило, соответствующие нарушения определяются путем исследования выписок по банковскому счету, платежных поручений и иной имеющейся в материалах дела информации, содержащей реквизиты подразделения банка или иной организации, в котором владельцем денежных средств был открыт банковский счет.

На стадии судебного разбирательства указанное нарушение устанавливается также из ответа, полученного по запросу суда.

Суд, установив в процессе судебного разбирательства, что место совершения преступления определено органами следствия неверно, как правило, возвращает уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса РФ, поскольку не может сам изменить обвинение. При этом исправление ошибки в определении места совершения инкриминируемого преступления зачастую влечет за собой необходимость изменения территориальной подсудности уголовного дела, нарушение которой, в свою очередь, влечет безусловную отмену приговора или иного решения суда.

Так, Московский городской суд, рассмотрев апелляционные жалобы в защиту осужденных за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса РФ, вынес решение об отмене приговора и возвращении уголовного дела прокурору в связи с тем, что органы предварительного расследования фактически уклонились от установления места окончания преступления, указав в обвинительном заключении лишь на место расположения банка, выступавшего распорядителем бюджетных денежных средств. В то же время конкретные обстоятельства такого перечисления со ссылкой на местонахождение банковского учреждения и, соответственно, счета, откуда были перечислены денежные средства, органом предварительного следствия в нарушение требований ст. 73 Уголовно-процессуального кодекса РФ не были установлены. Таким образом, органами предварительного следствия были неверно установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию, в частности, место совершения преступления. Допущенное нарушение, отмечает суд, препятствует вынесению судом итогового решения по делу и является существенным нарушением уголовно- процессуального закона, поскольку ущемляет права участников уголовного судопроизводства и неустранимо в судебном производстве2.

Аналогичное решение было принято Ленинградским областным судом в отношении Х.А.В., признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса РФ. Из фабулы предъявленного обвинения следует, что Х.А.В., являясь генеральным директором ООО «СУ», представил заведомо ложные сведения об объемах и стоимости выполненных работ по благоустройству общественной территории, в результате чего совершил хищение денежных средств в особо крупном размере путем их зачисления на счет ООО «СУ». Приговор в отношении осужденного был отменен, а дело возвращено прокурору, поскольку в ходе расследования не было достоверно установлено место совершения инкриминируемого Х.А.В. хищения. А именно: место открытия расчетного счета, с которого были переведены похищенные денежные средства, что является существенным нарушением права обвиняемого на защиту, а также исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения3.

Представляется, что основной причиной ошибок в определении места совершения мошенничества, предметом которого выступают безналичные денежные средства, являются непрофессиональный подход следователей к расследованию уголовных дел и несоблюдение ими обязанностей, предусмотренных Конституцией РФ, Уголовно-процессуальным кодексом РФ, а также законодательством о полиции и Следственном комитете РФ.

Присвоение и растрата

Определение места совершения преступления при расследовании хищений безналичных денежных средств в форме присвоения и растраты вызывает меньше сложностей. Для правильного определения места совершения присвоения и растраты достаточно разъяснений о моменте его окончания, содержащихся в п. 24 Постановления № 48, с учетом положений ст. 152 Уголовно-процессуального кодекса РФ, которые одинаково применимы к любому составу преступления.

Так, определением Судебной коллегии по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции был оставлен в силе приговор в отношении осужденных П., Ж.Е., Ж.Н.АА. в части определения места совершения хищения в форме растраты. Судом установлено, что, в отличие от мошенничества в отношении безналичных денежных средств, растрату следует считать оконченным преступлением в силу п. 24 Постановления № 48 не с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца, а с момента начала противоправного издержания вверенного имущества. Следовательно, доводы стороны защиты о необходимости определения места совершения растраты в соответствии с п. 5 указанного постановления, т.е. по месту нахождения подразделения банка, в котором владельцем денежных средств был открыт банковский счет, безосновательны4.

Таким образом, хищение в форме присвоения и растраты считается совершенным по месту начала осуществления противоправного издержания вверенного имущества или противоправного обращения его виновным в свою пользу. Это может быть как место открытия и обслуживания банковского счета, с которого виновным производилось противоправное перечисление вверенных ему денежных средств, так и, например, местонахождение организации, сотрудниками которой осуществлялись действия по обращению в свою пользу вверенного им имущества.

В связи с этим судами справедливо делается вывод: место открытия и обслуживание банковского счета, с которого производились перечисления денежных средств, не имеет определяющего значения при установлении места совершения преступления, предусмотренного ст. 160 Уголовного кодекса РФ, в отличие от хищения безналичных денежных средств в форме мошенничества5.

Практические рекомендации

Адвокатам при осуществлении защиты или представлении интересов доверителей по уголовным делам о хищении безналичных денежных средств в форме мошенничества, присвоения и растраты на стадии предварительного следствия для выявления нарушений и ошибок, связанных с установлением места совершения хищения безналичных средств в форме мошенничества, рекомендуется:

1. Обращать внимание на правильность или ошибочность определения следствием места совершения преступления по каждому эпизоду.

2. При наличии оснований и в зависимости от обстоятельств дела и позиции защиты заявлять ходатайства о производстве выемки документов из банка или иной организации или непосредственно подавать адвокатские запросы в указанные учреждения с целью получения информации о месте нахождения подразделения банка или иной организации, в котором владельцем денежных средств был открыт банковский счет или велся учет электронных денежных средств без открытия счета.

3. В каждом случае с учетом интересов доверителя рассматривать вопрос о целесообразности указания следователю на факт неправильного установления места совершения преступления либо о реагировании на это нарушение на последующих этапах и стадиях производства по делу.

4. При необходимости представлять в интересах доверителя доказательства местонахождения подразделения банка или иной организации, в котором владельцем денежных средств был открыт банковский счет.

Несмотря на отсутствие существенных проблем, связанных с установлением места совершения хищения безналичных денежных средств в форме присвоения и растраты, аналогичная тактика защиты при необходимости может быть применена и по данной категории уголовных дел для выявления возможных ошибок и реагирования на них в интересах доверителей.

Подводя итог, скажем, что нарушения, связанные с ошибочным определением следствием места совершения преступления по делам о хищении безналичных денежных средств в форме мошенничества, присвоения и растраты, могут быть использованы адвокатами в интересах доверителя. Определяя тактику защиты, необходимо в каждом конкретном случае оценивать в совокупности все положительные и отрицательные аспекты допущенной ошибки со стороны следствия, преследуя при этом в первую очередь интересы доверителя. Следует понимать, что не всегда тактика защиты подразумевает незамедлительное реагирование на данные нарушения. В некоторых случаях интересы защиты предполагают полное воздержание от такого реагирования и (или) соответствующую активизацию на более поздних стадиях уголовного судопроизводства.


1 См., например, постановление Центрального районного суда г. Воронежа от 15 июля 2020 г. № 1–272/2020 по делу № 1–272/2020, апелляционные постановления Ленинского районного суда г. Барнаула от 21 января 2019 г. № 10–1/201910–60/2018 по делу № 10–1/2019, Московского городского суда от 27 мая 2021 г. по делу № 10–9548/2021.

2 Апелляционное определение Московского городского суда от 23 октября 2019 г. по делу № 10–18403/2019.

3 Апелляционное определение Ленинградского областного суда от 25 февраля 2022 г. по делу № 22–82/2022.

4 Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 10 марта 2022 г. № 77–941/2022.

5 Постановление Дорогомиловского районного суда города Москвы от 1 марта 2022 г. по делу № 1–167/2022.