22.06.2021 Истребование акций Какие проблемы решила реформа гражданского законодательства? АГ

Материал выпуска № 12 (341) 16-30 июня 2021 года.

Окончание.
Начало в «АГ» № 11 (340).

В статье рассматриваются подходы судебной практики к одному из наиболее серьезных нарушений прав акционеров – незаконному присвоению принадлежащих им акций третьими лицами, влияние изменений в законодательстве на судебную практику, правовые последствия истребования акций из чужого незаконного владения и высказывается идея о необходимости совершенствования законодательства и практики в этой области.

Надлежащий способ защиты в случае реорганизации акционерного общества

Сложившаяся судебная практика показывает, что предъявление квазивиндикационного иска неэффективно, если акции были утрачены до или в процессе реорганизации акционерного общества. Наиболее «надежным» способом защиты в такой ситуации является иск о признании права собственности и восстановлении корпоративного контроля.

Еще до реформы ГК РФ в судебной практике сложилась позиция, что иск об истребовании акций из чужого незаконного владения не может быть удовлетворен в случае, когда акции перестали существовать ввиду их погашения при реорганизации акционерного общества (например, постановление ФАС Волго-Вятского округа от 27 июня 2011 г. № Ф01– 2451/11 по делу № А17–5373/2010). В данной ситуации суды исходили из того, что аннулирование ценных бумаг прекращает их существование как объектов гражданского оборота и, следовательно, делает невозможным их истребование. В п. 2 ст. 149.3 ГК РФ законодатель попытался решить указанную проблему, предусмотрев следующее правило: если бездокументарные ценные бумаги, которые правообладатель вправе истребовать, были конвертированы в другие ценные бумаги, правообладатель вправе истребовать те ценные бумаги, в которые были конвертированы ценные бумаги, списанные с его счета. Данная норма работоспособна, когда в результате реорганизации создается другое акционерное общество, однако не помогает, если акционерное общество преобразовано в общество с ограниченной ответственностью: тогда необходимо пользоваться другим способом защиты – иском о признании права собственности на долю в уставном капитале созданного общества и восстановлении корпоративного контроля (п. 3 ст. 65.2 ГК РФ).

Если акции акционерного общества были утрачены до реорганизации этого общества, наиболее эффективным способом защиты является предъявление иска о признании права собственности на акции (доли в уставном капитале) общества, которое было создано в результате реорганизации. Например, в одном из дел рассматривалась следующая ситуация: акционер лишился акций на основании решения суда (раздел совместной собственности). Впоследствии акционерное общество преобразовано в общество с ограниченной ответственностью, после реорганизации решение суда, по которому акционер лишился акций, было отменено. В таких обстоятельствах суд удовлетворил иск о признании права собственности на долю в уставном капитале созданного в результате реорганизации общества и указал на то, что иск об истребовании доли является ненадлежащим способом защиты (постановление Арбитражного суда Московского округа от 3 декабря 2020 г. № Ф05–20632/2020 по делу № А40–150436/2019).

Дополнительным подтверждением эффективности именно иска о признании права на акции (доли в уставном капитале) при утрате акций до реорганизации акционерного общества является история судебных разбирательств между ПАО «Русполимет» и «НПО Авиатехнология». «НПО Авиатехнология» было акционером общества, в результате реорганизации которого было образовано ПАО «Русполимет». Пытаясь истребовать незаконно списанные со счета акции, «НПО Авиатехнология» использовало виндикационный иск (до принятия новых норм в 2013 г.), а также впоследствии иск об истребовании акций (ст. 149.3 ГК РФ). Дело дошло до Верховного Суда РФ, однако требования так и не были удовлетворены на том основании, что «НПО Авиатехнология» никогда не было акционером ПАО «Русполимет» (определение Верховного Суда РФ от 22 января 2015 г. № 301-ЭС14–7093).

Одним из наиболее типичных нарушений прав акционера при реорганизации акционерного общества является ситуация, когда в процессе преобразования акционерного общества в общество с ограниченной ответственностью акционер не был принят в состав участников создаваемого общества. Например, в решение о реорганизации включалось положение о том, что в состав участников создаваемого общества с ограниченной ответственностью могут войти только акционеры, голосовавшие «за» принятие решения о реорганизации, в результате чего все остальные акционеры не становились участниками создаваемого общества, и их акции погашались. Суды неоднократно признавали подобные действия неправомерными, поскольку неучастие в голосовании по вопросу о реорганизации или голосование «против» реорганизации не свидетельствуют о согласии акционера на выход из общества и отчуждение его доли. В таких случаях надлежащим способом защиты является иск о признании права собственности на долю в уставном капитале созданного общества с ограниченной ответственностью, последствием удовлетворения которого будут предоставление бывшему акционеру, права которого нарушены, доли и соразмерное уменьшение долей других участников общества. Данная правовая позиция подтверждается актуальной судебной практикой: постановления Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23 октября 2020 г. № Ф07–9551/2020 по делу № А05–2467/2019, Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 12 апреля 2018 г. № Ф04–6130/2016 по делу № А27–26447/2015, Девятого арбитражного апелляционного суда от 12 июля 2017 г. № 09АП22127/2017 по делу № А40–189567/16, Арбитражного суда Московского округа от 22 марта 2018 г. № Ф05–3039/2018 по делу № А41–61651/17 (определением Верховного Суда РФ от 9 июля 2018 г. № 305-ЭС18–9335 отказано в передаче дела № А41–61651/2017 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).

Отдельно в судебной практике исследовался вопрос о последствиях признания несостоявшейся реорганизации, в процессе которой акционер не был принят в состав участников создаваемого общества с ограниченной ответственностью. Так, на основании факта реорганизации акции списываются со счета акционера, что влечет аннулирование в реестре акционеров данных учета прав на принадлежащие ему акции. При этом законодательство не предусматривает правовой механизм восстановления ранее аннулированных записей в реестре акционеров после признания реорганизации несостоявшейся. В такой ситуации надлежащим способом защиты может быть иск о восстановлении данных учета на акции по состоянию на дату утраты. Удовлетворяя такой иск, суд обязывает регистратора открыть в реестре акционеров общества счет неустановленных лиц и зачислить на него ранее утраченное количество акций: например, постановления Арбитражного суда Центрального округа от 31 августа 2017 г. № Ф10–3255/2017 по делу № А35– 9728/2016 (определением Верховного Суда РФ от 25 января 2018 г. № 310-ЭС17–15877 отказано в передаче дела № А35–9728/2016 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления), Арбитражного суда Центрального округа от 27 апреля 2018 г. № Ф10–1177/2018 по делу № А35–10000/2016 (определением Верховного Суда РФ от 16 июля 2018 г. № 310-ЭС18–11499 отказано в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).

Компенсация как способ защиты

При невозможности истребования акций из чужого владения (например, если такое истребование приведет к несправедливому лишению иных лиц их прав участия или повлечет крайне негативные социальные и другие публично значимые последствия) акционер может потребовать справедливую компенсацию. Такая возможность закреплена п. 3 ст. 65.2 ГК РФ. Компенсация лицом, ответственным за «пропажу» ценных бумаг, средств на приобретение аналогичных ценных бумаг предусмотрена также п. 3 ст. 149.3 ГК РФ.

Представляется, что этот механизм может быть эффективным в случаях, когда истец не имеет возможности доказать недобросовестность конечного приобретателя ценных бумаг. Анализ актуальной судебной практики свидетельствует о том, что чаще всего истцы не заявляют требований о компенсации, желая в первую очередь вернуть акции (доли в уставном капитале), в результате чего возможность получить компенсацию остается только в рамках отдельного иска (например, постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18 октября 2017 г. № 14-АП6827/17 по делу № А52–4242/2015).

Правовые последствия истребования акций

Пожалуй, одним из наиболее важных вопросов защиты прав акционеров является вопрос о правовых последствиях истребования акций. Неудивительно, что данная проблема стала предметом обширных научных дискуссий.

Данный вопрос был подробно исследован в постановлении Президиума ВАС РФ от 5 сентября 2006 г. № 4375/06. Как следует из материалов дела, на основании ст. 44 Закона об акционерных обществах генеральный директор ЗАО «САНЭ» поручил ведение и хранение реестра акционеров регистратору. Однако до передачи регистратору функций по ведению реестра акционеров генеральный директор внес изменения в реестр, в результате чего определенное количество акций, принадлежащих акционеру О., было списано с его лицевого счета и зачислено на счет другого акционера – гражданина Х.

Проанализировав все обстоятельства дела, суды первой, апелляционной и кассационной инстанций пришли, вопервых, к выводу о том, что в силу ст. 302 ГК РФ гражданин О. вправе виндицировать акции у акционера Х. независимо от добросовестности последнего, поскольку акции выбыли из владения О. помимо его воли. Во-вторых, суды решили, что, поскольку спорные акции выбыли из владения истца помимо его воли, он оставался акционером на протяжении всего этого времени, следовательно, он имел право участвовать в общем собрании акционеров с правом голоса по всем вопросам его компетенции, получать дивиденды соответственно общему количеству принадлежащих ему акций, в том числе выбывших из владения помимо его воли. В-третьих, с учетом того, что гражданин О. не участвовал в общих собраниях акционеров, суды пришли к выводу об отсутствии кворума на этих собраниях. На этом основании суды признали все решения, принятые на общих собраниях акционеров, недействительными (в том числе решения об изменении устава, о дополнительном выпуске акций, об избрании совета директоров). Позиция судов первой, апелляционной и кассационной инстанций была поддержана Президиумом ВАС РФ.

В рамках изложенного арбитражного дела рассматривался фундаментальный вопрос корпоративного права: в случае, когда права акционера («кредитора» по ценной бумаге) осуществлялись незаконным владельцем и впоследствии акция была виндицирована у незаконного владельца, в каких правах подлежит восстановлению собственник акции: во всех правах по отношению к акционерному обществу («должнику» по ценной бумаге), в том числе уже осуществленных незаконным владельцем, или же только в правах, не реализованных незаконным владельцем, т.е. обязательства общества, исполненные незаконному владельцу, считаются исполненными надлежащим образом?

В процессе реформы гражданского законодательства была сделана попытка ответить на указанный вопрос: в ст. 149.4 ГК РФ был закреплен ряд важных правил:

1) в случае удовлетворения требования правообладателя о возврате бездокументарных ценных бумаг правообладатель пользуется в отношении лица, со счета которого ценные бумаги были ему возвращены, правами, указанными в п. 5 ст. 147.1 ГК РФ, т.е.:

  • он вправе потребовать от недобросовестного владельца возврата всего полученного по ценной бумаге, а также возмещения убытков, а от добросовестного владельца – возврата всего полученного по ценной бумаге со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения ею либо получил из суда уведомление о предъявлении к нему иска об истребовании ценной бумаги;
  • если незаконный владелец воспользовался предоставленным ценной бумагой преимущественным правом приобретения какого-либо имущества, лицо, которому ценная бумага была возвращена из чужого незаконного владения, вправе потребовать от такого владельца передачи ему приобретенного имущества при условии возмещения его стоимости по цене приобретения указанного имущества незаконным владельцем, а от недобросовестного владельца вправе потребовать также возмещения убытков;

2) в случае реализации неуправомоченными лицами удостоверенных бездокументарными ценными бумагами права на участие в управлении акционерным обществом или иного права на участие в принятии решения собрания правообладатель может оспорить соответствующее решение собрания, нарушающее его права и охраняемые законом интересы, если акционерное общество или лица, волеизъявление которых имело значение при принятии решения собрания, знали или должны были знать о наличии спора о правах на бездокументарные ценные бумаги и голосование правообладателя могло повлиять на принятие решения. Иск об оспаривании решения собрания может быть предъявлен в течение трех месяцев со дня, когда лицо, имеющее право на ценную бумагу, узнало или должно было узнать о неправомерном списании ценных бумаг с его счета, но не позднее одного года со дня принятия соответствующего решения. Суд может оставить решение собрания в силе, если признание решения недействительным повлечет причинение несоразмерного ущерба кредиторам акционерного общества или иным третьим лицам.

Очевидно, что при решении вопроса о правовых последствиях истребования акций законодатель попытался обеспечить баланс между использованием правовых инструментов в целях защиты прав на акции, с одной стороны, и правами и законными интересами других акционеров, общества и третьих лиц, вступивших в правоотношения с обществом, – с другой.

После реформы гражданского законодательства вопрос о правовых последствиях истребования акций к настоящему моменту не был достаточно глубоко исследован российскими судами, в связи с этим, на мой взгляд, пока преждевременно говорить о какой-либо устоявшейся судебной практике в данной области. В целом представляется, что судебная практика должна развиваться исходя из идеи стабильности гражданского оборота. Это означает, что недействительность решений общих собраний акционеров, на которых голосовал «незаконный» собственник акций, в качестве последствия истребования спорных акций должна применяться только в исключительных случаях, когда возврат всего полученного по спорным акциям и возмещение убытков со стороны «незаконного» собственника не являются достаточной и справедливой компенсацией, а также когда голосование лица, утратившего акции, могло повлиять на итоговое решение. Вместе с тем очевидно, что, принимая решение по иску о признании решения собрания недействительным, суды должны учитывать также интересы кредиторов общества и самого общества, чтобы не допустить существенных неблагоприятных изменений в их положении.

* * *

В целом хотелось бы отметить, что рассмотренные в настоящей статье специальные правила об истребовании акций, вступившие в силу в 2013 г., являются логическим продолжением судебной практики, формировавшейся на протяжении последних 20–25 лет. Следует признать, что законодателю удалось успешно решить некоторые спорные вопросы, накопившиеся до реформы ГК РФ. Вместе с тем, на мой взгляд, в некоторых направлениях требуется совершенствование законодательства и судебной практики: критерии неправомерности при списании акций со счета правообладателя и отличие неправомерного списания от списания помимо воли правообладателя; последствия реорганизации или изменения размера уставного капитала акционерного общества, акции которого были утрачены; последствия истребования акций для общества и его кредиторов. Остается надеяться, что данные вопросы будут в ближайшее время более подробно исследованы в доктрине и урегулированы как минимум на уровне судебной практики.