23.11.2020 Применительно к страховым случаям АГ

Материал выпуска № 22 (327) 15-30 ноября 2020 года.

Одна из обязанностей страхователя при наступлении страхового случая состоит в принятии разумных и доступных мер по уменьшению убытков от такого случая. В настоящей статье автор приводит примеры судебной практики и анализирует выводы судов о том, какие действия соответствуют данной обязанности, а какие – нет.

Уменьшению убытков от страхового случая посвящена одноименная ст. 962 ГК РФ. Для целей настоящего исследования наибольший интерес представляют п. 1 и 3 указанной статьи, которые сформулированы следующим образом:

«1. При наступлении страхового случая, предусмотренного договором имущественного страхования, страхователь обязан принять разумные и доступные в сложившихся обстоятельствах меры, чтобы уменьшить возможные убытки.

Принимая такие меры, страхователь должен следовать указаниям страховщика, если они сообщены страхователю.

(…)

3. Страховщик освобождается от возмещения убытков, возникших вследствие того, что страхователь умышленно не принял разумных и доступных ему мер, чтобы уменьшить возможные убытки».

В теории и научной литературе выделяется множество критериев разумности и доступности мер, принимаемых для уменьшения убытков1. В данной статье, не пытаясь переосмыслить такие критерии теоретически, мы сосредоточимся лишь на некоторых из них, которые выработаны судебной практикой применительно к рассматривавшимся судами страховым случаям.

Минимизировать дальнейшие убытки

Прежде всего, российские суды единогласны в том, что действия страхователя должны быть направлены на уменьшение возможных убытков и локализацию последствий от уже наступившего конкретного страхового случая, а не носить превентивный характер по отношению к еще не наступившим, возможным страховым случаям2. При этом данный подход применяется к различным видам страхования.

В частности, в одном из дел суд со ссылкой на ст. 962 ГК РФ исключил из предъявленной к взысканию суммы страхового возмещения по договору страхования урожая пшеницы расходы по капитальному ремонту осушительной сети страхователя3. Такие расходы могли бы предотвратить гибель урожая от последующих засух, но не имели отношения к уже наступившему страховому случаю.

В другом деле суд удовлетворил требования страхователя по договору страхования предпринимательского риска, который являлся поставщиком в отношениях со своим контрагентом. Несмотря на то что отгрузки были осуществлены страхователем без получения предоплаты, суд указал, что переход на условия предварительной оплаты способен предупредить только лишь те риски, которые могут возникнуть в будущем4.

В деле, связанном с нарушением правил эксплуатации транспортного средства, повлекшем его гибель, суд применительно к п. 3 ст. 962 ГК РФ прямо указал, что указанная норма регулирует отношения страховщика и страхователя, связанные с наступлением предусмотренного договором страхового случая, а не действиями страхователя до его наступления5.

Наконец, в еще одном деле суд отклонил довод страховщика о том, что непринятие страхователем разумных мер по уменьшению размера убытков, вызванных первоначальным обрушением ангара, привело к повторному обрушению ангара. При этом суд указал, что страхователем в полном соответствии со ст. 962 ГК РФ были предприняты все необходимые меры по ремонту поврежденного ангара и предотвращению его дальнейшего повреждения, в то время как судами не установлен умысел страхователя, направленный на увеличение убытков или непринятие разумных мер по их уменьшению6.

При спасании имущества страхователь должен принять все меры

Общепризнанно, что действия страхователя по спасанию имущества после страхового случая являются разумными и, таким образом, должны соответствовать ст. 962 ГК РФ.

Так, например, совершенно логично, что перенос застрахованного по договору страхования имущества торгового оборудования из залитого водой помещения в другое был признан соответствующим п. 1 ст. 962 ГК РФ7. В еще одном деле судом были признаны разумными меры, направленные на спасание и предотвращение дальнейшего повреждения и полной гибели провалившегося в болото экскаватора8.

Однако обстоятельства такого спасания анализируются судами в каждом конкретном случае, и судами формулируется ряд требований к такому спасанию. В частности, страхователь должен предпринять не просто какие-либо, а все доступные в данной ситуации меры.

В одном из дел суд указал на недостаточность вывоза из затопленного помещения неповрежденного имущества (обуви). Такой вывоз не снимал со страхователя обязанности по принятию необходимых мер по снижению ущерба в отношении обуви, на которую попала вода или которая подверглась воздействию влаги, – т. е. сушки9.

В другом деле суд пришел к выводу о том, что у страхователя по договору страхования урожая сахарной свеклы имелась реальная возможность привлечения на условиях найма дополнительных работников и аренды дополнительных технических средств произвести уборку сахарной свеклы на большей площади посевов, но поскольку страхователь не воспользовался данной возможностью, им не были приняты разумные и доступные в сложившейся ситуации меры для уменьшения убытков10.

В еще одном деле, связанном с гибелью судна, судом было признанное соответствующим ст. 962 ГК РФ следование судна по изначальному маршруту после повреждения его корпуса, сопровождавшегося поступлением забортной воды. Согласно полученному заключению эксперта необходимыми и достаточными мерами к тому, чтобы судно не затонуло, могли быть возвращение судна в порт после выявления аварийного происшествия, преднамеренная выброска судна на мель, а также движение на незначительном удалении от берега11. Поскольку такие меры предприняты не были, суды отказали во взыскании страхового возмещения.

При этом следует подчеркнуть, что меры по спасанию должны не просто предприниматься, но должны также быть своевременными.

Так, в деле о взыскании убытков по договору страхования урожая яблок суды указали, что с целью принятия мер к уменьшению убытков страхователь должен был начать сортировку и реализацию несгнивших плодов. Однако реализация падалицы началась в октябре, в то время как договоры поставки были заключены еще в августе12.

Расходы по сохранению остатков имущества

В случае гибели застрахованного предмета и последующего спора со страховщиком в отношении страхового возмещения расходы по хранению могут быть оплачены страховщиком только до момента выяснения всех обстоятельств наступления страхового случая.

Так, в одном из дел суд указал, что меры к сохранению остатков имущества принимались лишь для того, чтобы выяснить обстоятельства наступления страхового случая, и не могли быть направлены на сохранение уничтоженных пожаром ценностей, поскольку определить размер товара по его остаткам было невозможно. При этом после определения обстоятельств страхового случая сохранение таких остатков утратило значение для отношений, связанных со страхованием, а предусмотренная п. 1 ст. 962 ГК РФ обязанность страхователя считается исполненной13. Данный вывод впоследствии был поддержан Верховным Судом РФ14.

В другом деле суд отказал страхователю в иске о взыскании расходов по хранению остатков сгоревшего имущества, указав при этом, что поскольку страховщиком был произведен осмотр пострадавшего имущества (а через два дня – повторный осмотр), то у страхователя не было необходимости сохранять поврежденное имущество в том виде, в котором оно оказалось после происшедшего события15.

В еще одном деле, отказывая в удовлетворении требований страхователя, суд указал, что не согласованная со страховщиком эвакуация затопленного экскаватора после принятия последним решения о страховой выплате на условиях «полной гибели» такого предмета страхования признана судом не соответствующей ст. 962 ГК РФ, поскольку она не могла уменьшить размер подлежащих возмещению убытков16.

Следовать указаниям страховщика

В соответствии с ч. 2 п. 1 ст. 962 ГК РФ, принимая меры по уменьшению возможных убытков, страхователь должен следовать указаниям страховщика, если они сообщены страхователю.

В большинстве случаев, если страхователь не следует указаниям страховщика, то суды отказывают в выплате соответствующей части либо даже полного страхового возмещения. Особенно наглядно это видно не примере страхования урожая, где при гибели урожая страховщики зачастую дают указание на пересев.

Так, например, в одном из таких дел суд указал, что страховщик подлежит освобождению от возмещения убытков в соответствии со ст. 962 ГК РФ, поскольку страхователем не представлено доказательств принятия мер к уменьшению размера убытков, а именно по пересеву полей, на которых произошла гибель растений, рекомендации о которых были даны страховщиком17. Аналогичная позиция судов встречается и в ряде других судебных актов18.

При этом в деле по иску о недействительности договора страхования суд прямо указал, что содержащиеся в нем положения о пересеве полностью соответствуют ст. 962 ГК РФ19. В другом деле суд, удовлетворяя требование о взыскании страхового возмещения страхователя, осуществившего пересев, прямо указал, что, произведя пересев, страхователь принял все возможные меры к предотвращению и уменьшению размера ущерба – спасению урожая и устранению причин, способствующих дополнительному ущербу.

В то же время, если страхователь сумеет доказать нецелесообразность проведения пересева, суды взыскивают страховое возмещение со страховщика. Так, отменяя судебные акты нижестоящих судов об отказе во взыскании страхового возмещения, кассационный суд указал, что в них не дано оценки тому обстоятельству, что с учетом прогнозов урожайности, данных о погодных условиях и состоянии почвы отказ страхователя произвести пересев (подсев) представляется оправданным, ведущим к снижению риска еще больших убытков20. К аналогичным выводам приходили и другие суды21.

Говоря об обязательности для страхователя указаний страховщика по уменьшению возможных убытков, следует также отметить, что в законодательстве прямо не предусмотрены пределы таких указаний. Например, в нашей практике был случай, когда после наступления страхового случая по договору страхования коммерческих кредитов страховщик дал указание страхователю реструктурировать задолженность должника посредством списания части задолженности и предоставления рассрочки на выплату оставшейся части. Хотя данный спор был урегулирован до вынесения судебного решения, и поэтому суд не дал оценку таким указаниям, представляется, что подобные указания со стороны страховщика не могут иметь место, поскольку они направлены не на снижение возможного ущерба от страхового случая, а на невыплату страхового возмещения по уже наступившему страховому случаю.

Размер компенсируемых страховщиком расходов по уменьшению убытка может быть ограничен в договоре страхования

Еще одним, хотя и весьма спорным, выводом на основании изучения судебной практики, который мы хотели бы сделать в рамках настоящей статьи, является вывод о том, что стороны могут ограничить в договоре страхования размер расходов, выплачиваемых страховщиком в целях уменьшения убытков, – несмотря на то что возможность такого ограничения прямо не предусмотрена в ст. 962 ГК РФ.

Так, в договоре страхования перевозки груза на палубе морского судна стороны предусмотрели, что страховщик при обращении страхователя за возмещением произведенных им расходов по спасанию и уменьшению убытка выплачивает установленный в правилах страхования предел ответственности (не более 10% от стоимости груза). После того как судно село на мель и была произведена перегрузка груза с последующей транспортировкой до порта, страхователь обратился к страховщику с требованием о компенсации соответствующих расходов. Суды трех инстанций признали правомерность таких требований, однако ограничили размер подлежащих взысканию расходов указанным пределом22.

При этом, однако, представляется, что подобные ограничения могут работать не во всех случаях. Так, например, п. 1 ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей» устанавливает, что условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Поскольку, как уже было указано, законодательством не предусмотрена возможность ограничения в договоре расходов, выплачиваемых страховщиком в целях уменьшения убытков, то в случае, если страхователем выступает потребитель, содержащееся в договоре ограничение размера расходов может быть признано не соответствующим п. 1 ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей». Однако нами не было найдено судебной практики, подтверждающей данный вывод.

Основание для освобождения страховщика от возмещения убытков

Формулировка п. 3 ст. 962 ГК РФ прямо указывает, что только в тех случаях, когда страхователь умышленно не принял разумных и доступных ему мер для уменьшения убытков, страховщик освобождается от возмещения таких убытков. Данное правило последовательно применяется судами23.

При этом умысел страхователя должен быть направлен именно на наступление неблагоприятных последствий24, и бремя доказывания такого умысла лежит на страховщике как в силу ст. 65 АПК РФ, так и в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ, согласно которому добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются25.

Установление умысла может быть весьма сложной задачей – особенно в ситуации, когда страхователем выступает юридическое, а не физическое лицо.

Более того, умысел по п. 3 ст. 962 ГК РФ следует отграничивать от умысла, предусмотренного смежными статьями ГК РФ, и прежде всего п. 1 ст. 963 ГК РФ. Такое разграничение должно быть проведено по направленности умысла: если применительно к п. 3 ст. 962 умысел направлен на непринятие страхователем разумных и доступных ему мер для уменьшения возможных убытков от уже наступившего страхового случая, то в рамках п. 1 ст. 963 умысел должен быть направлен на наступление самого страхового случая.

Однако суды, говоря об умысле, зачастую анализируют его одновременно с позиций как п. 3 ст. 962 и п. 1 ст. 963 ГК РФ. Так, например, в деле о взыскании страхового возмещения вследствие угона автотранспортных средств суды оценили доводы страховщика о нарушении страхователем срока сообщения в органы МВД о хищении транспортных средств и не усмотрели умысла в действиях руководителя общества ни по п. 3 ст. 962, ни по п. 1 ст. 963 ГК РФ26.

В другом деле о взыскании страхового возмещения вследствие гибели транспортного средства по причине пожара суды признали недоказанным наличие умысла на повреждение транспортного средства у страхователя-юридического лица и водителя, не принявших мер к тушению пожара и не вызвавших пожарную охрану27. При этом, как и в предыдущем деле, умысел не был установлен ни по п. 3 ст. 962, ни по п. 1 ст. 963 ГК РФ.

Таким образом, изучение вопроса об умысле страхователя, несмотря на возможную сложность данной процедуры, необходимо для правильного применения п. 3 ст. 962 ГК РФ.

Основные рекомендации применительно к ст. 962 ГК РФ

Подводя итог всему вышеизложенному, можно порекомендовать страхователю при наступлении страхового случая, предусмотренного договором имущественного страхования, одновременно с извещением страховщика о наступлении такого страхового случая прямо запросить у страховщика указания о мерах, которые необходимо предпринять для уменьшения возможных убытков.

В случае, если страховщик даст такие указания, они будут способствовать снижению неопределенности и единообразному пониманию сторонами действий, ожидаемых страховщиком от страхователя в данной конкретной ситуации. При этом если страхователь не согласится с предлагаемыми страховщиком мерами, то разногласия будут идентифицированы уже на начальной стадии взаимодействия сторон, и страхователь сможет аргументированно представить свою позицию страховщику и в дальнейшем, если спор не будет урегулирован, – суду.

Если же страховщик не даст страхователю соответствующие указания, то страхователь получит некоторую свободу действий по собственному усмотрению, и в случае возникновения в дальнейшем спора страхователь сможет ссылаться на данный факт при отстаивании своей позиции в суде.

Так, в одном из дел суд пришел к выводу об отсутствии оснований для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения в связи с ремонтом сухогрузного судна, прямо указав, в частности, что «страховщик не давал указаний о мерах для уменьшения убытков, в том числе указаний об обязательном обращении к подрядчику за гарантийным ремонтом»28.

При этом следует отметить, что суды смотрят не только на то, давались ли страховщиком указания страхователю о мерах для уменьшения возможных убытков, но и запрашивались ли такие указания самим страхователем29.

В заключение следует указать, что, поскольку все указанные в настоящей статье выводы сделаны на основе изучения судебной практики, при изменении такой практики соответствующие выводы также будут подлежать пересмотру. Тем не менее по состоянию на текущий момент данные выводы необходимо учитывать практикующим юристам и сторонам страховых правоотношений для целей уменьшения убытков от наступившего страхового случая.


1 См., например, Коновалов А. В. Принцип разумности в гражданском праве // Актуальные проблемы российского права. 2019. № 8. С. 11–21; Грибкова Ю. Ю. Критерии разумности мер, принятых для уменьшения убытков // Вестник гражданского права. 2019. № 3. С. 37–52; и др.

2 См.: определение ВС РФ от 27 октября 2009 г. № 5-В09–127.

3 Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13 февраля 2020 г. по делу № А56–78293/2018.

4 Постановление Федерального арбитражного суда (далее в сносках – ФАС) Московского округа от 1 декабря 2011 г. по делу № А41–6889/2010.

5 Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 6 февраля 2015 г. по делу № А35–1259/2014.

6 Постановление ФАС Северо-Западного округа от 24 мая 2011 г. по делу № А56–31198/2010.

7 Постановление ФАС Центрального округа от 28 мая 2010 г. по делу № А54–2719/2009.

8 Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 1 августа 2014 г. по делу № А75–11734/2013.

9 Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 21 августа 2018 г. по делу № А14–15897/2015.

10 Постановление ФАС Поволжского округа от 19 июня 2014 г. по делу № А49–3963/2013.

11 Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 9 апреля 2015 г. по делу № А53–18315/2013.

12 Постановление ФАС Центрального округа от 26 марта 2013 г. по делу № А08–1641/2011.

13 Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 9 апреля 2015 г. по делу № А17–5016/2013.

14 Определение ВС РФ от 16 июля 2015 г. № 301-ЭС15–8061.

15 Постановление ФАС Северо-Западного округа от 24 января 2014 г. по делу № А56–7484/2013.

16 Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19 октября 2018 г. по делу № А56–75832/2017.

17 Постановление ФАС Центрального округа от 6 июня 2014 г. по делу № А35–10987/2012.

18 См., например, постановления ФАС Центрального округа от 19 декабря 2012 г. по делу № А35–3478/2011, от 26 августа 2009 г. по делу № А08–3976/2007 и др.

19 Постановление ФАС Центрального округа от 16 июля 2013 г. по делу № А64–6357/2012.

20 Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 8 августа 2014 г. по делу № А39–3589/2013.

21 См., например, постановления Арбитражного суда Поволжского округа от 9 октября 2014 г. по делу № А12–24981/2013, Северо-Западного округа от 24 декабря 2014 г. по делу № А63–13997/2013.

22 Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19 февраля 2015 г. по делу № А56–76498/2013.

23 См., например, постановления ФАС Поволжского округа от 2 апреля 2013 г. № А72–2161/2012, Московского округа от 1 декабря 2011 г. № А41–6889/2010.

24 Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 4 апреля 2016 г. № А17–2647/2014.

25 Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 4 сентября 2015 г. по делу № А40–160969/2013 (оставленное без изменений постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18 декабря 2015 г. по тому же делу).

26 Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 2 апреля 2013 г. № А72–2161/2012.

27 Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18 октября 2019 г. № А13–13239/2018.

28 Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 23 июля 2012 г. по делу № А53–20902/2011.

29 См., например, постановление ФАС Северо-Западного округа от 24 мая 2011 г. по делу № А56–31198/2010.