25.02.2021 ВС пришлось напомнить, что при исполпроизводстве можно арестовывать только имущество должника

Апелляция и первая кассация утверждали, что настоящий собственник имущества может обратиться в суд с отдельным иском, если считает действия пристава незаконными

Судебная коллегия по административным делам ВС напомнила нижестоящим инстанциям, что приставы не вправе накладывать арест на имущество, которое не принадлежит должнику (Кассационное определение по делу № 45-КАД20-9-К7).

В августе 2019 г. судебный пристав-исполнитель наложил арест на имущество в рамках исполпроизводства в отношении Александра Горбунова. На ответственное хранение взыскателю были переданы газовая плита, унитаз, зеркало, обувной комод и две межкомнатные двери. Мужчина оспорил действия пристава в суде. Арестованное имущество – это предметы обычной обстановки, а не роскоши, утверждал Александр Горбунов.

В ходе рассмотрения дела в Железнодорожном районном суде г. Екатеринбурга выяснилось, что квартира, имущество из которой арестовал пристав, не является собственностью должника – он жил там на основании договора найма. Прежде чем арестовывать имущество, следовало выяснить, принадлежит ли оно должнику, подчеркнула первая инстанция. Более того, суд пришел к выводу, что на такие вещи в любом случае нельзя обращать взыскание: это предметы домашней обстановки, которые нужны для обеспечения повседневных бытовых потребностей. Признав действия пристава незаконными, первая инстанция обязала его вернуть имущество в квартиру «в первоначальном состоянии».

Однако Свердловский областной суд изменил это решение. Он согласился, что пристав не имел права накладывать арест на плиту, унитаз и межкомнатные двери. Но на зеркало и обувной комод, по мнению апелляции, обращать взыскание можно – потому что это не предметы первой необходимости. Если собственник считает свои права нарушенными, то может подать иск об освобождении имущества от ареста или исключении его из описи, разъяснила вторая инстанция. Седьмой кассационный суда общей юрисдикции согласился с таким подходом, поэтому Александр Горбунов подал жалобу в ВС РФ.

Изучив материалы дела, Верховный Суд заметил, что под арест попало имущество из квартиры, которая не принадлежала должнику ни на праве собственности, ни по договору соцнайма. При этом у пристава не было сведений о том, что арестованные вещи – собственность Александра Горбунова. «Обращение взыскания в рамках исполнительного производства, включая применение такой меры обеспечения исполнения исполнительного документа, как арест, производится в отношении имущества, принадлежащего должнику. Наложение ареста, а также иные действия, совершенные в отношении имущества, не принадлежащего должнику, не соответствуют закону», – подчеркнул ВС. На этом основании он, отменив акты апелляции и суда округа, оставил в силе решение первой инстанции.

Заведующий АК «Банников и партнеры», к.ю.н. Руслан Банников отметил, что эту же позицию заняла Экономколлегия ВС РФ еще в 2018 г. в Определении № 303-КГ18-800 по делу № А04-1546/2017. «Со ссылкой на п. 50 Постановления Пленумов ВС и ВАС № 10/22 от 29 апреля 2010 г. Верховный Суд сделал вывод о том, что в случае, когда спор о гражданских правах относительно вещи, подвергнутой аресту, отсутствует, заявитель не может быть лишен возможности оспаривать постановление судебного пристава-исполнителя в суде», – напомнил эксперт.

Из кассационного определения следует, что между Александром Горбуновым и собственником квартиры спора о принадлежности имущества не было. «То есть отсутствовали препятствия для рассмотрения административного искового заявления должника о признании незаконными исполнительных действий судебного пристава-исполнителя», – пояснил Руслан Банников.

По его словам, правила о разграничения этих двух способов защиты достаточно простые. «Когда вещно-правовой спор о принадлежности арестованного имущества отсутствует, допускается оспаривание постановлений и действий судебного пристава-исполнителя в порядке гл. 22 КАС или гл. 24 АПК. Именно такие разъяснения содержатся в п. 1 Постановлении Пленума ВС от 17 ноября 2015 г. № 50 “О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства”. Если же вещно-правовой спор наличествует, то защита заинтересованного лица возможна только путем предъявления иска об освобождении имущества от ареста (исключении из описи) к должнику и взыскателю», – указал адвокат. При этом, добавил он, в практике встречаются две разновидности исков: когда у истца есть правоустанавливающие документы на арестованное имущество, достаточно лишь требования об освобождении имущества от ареста. Если же документов нет, необходимо заявлять еще и требование о признании права собственности.

Юрист практики банкротства юридической фирмы «Инфралекс» Дарья Соломатина подчеркнула, что принадлежность имущества должнику может и должна подтверждаться правоустанавливающими и правоподтверждающими документами – выписками, договорами, свидетельствами, чеками.

При этом, добавила она, согласно п. 59 Постановления Пленума ВС № 50 по общему правилу презюмируется, что должнику-гражданину принадлежит движимое имущество, находящееся в помещении, которым должник владеет. «Однако, к примеру, предметы обычной домашней обстановки и обихода (за исключением предметов роскоши) в силу положений ст. 446 ГПК РФ являются имуществом, которое не может быть каким-либо образом ограничено в использовании должником. В соответствии с п. 60 Постановления Пленума ВС № 50 к таким предметам относится минимально необходимое имущество, требующееся должнику-гражданину и членам его семьи для обеспечения реальной возможности удовлетворения повседневных бытовых потребностей в питании, отдыхе, лечении, гигиене», – указала эксперт.

По ее словам, относится ли определенное имущество к предметам обычной домашней обстановки и обихода, разрешает судебный пристав-исполнитель с учетом конкретных обстоятельств, в частности назначения и цены имущества, возможности его замены на аналогичную вещь меньшей стоимости, местных обычаев. «Во избежание подобных ситуаций, конечно, лучше всего применять превентивные меры. К примеру, при заключении договора составить опись имущества внутри арендуемого помещения. Не лишними в качестве доказательств будут как фото и видео, представляемые арендодателями и наймодателями в качестве наглядных дополнений к объявлениям, так и объяснения заинтересованного собственника имущества», – считает Дарья Соломатина.

Но доводить до абсурда подобные действия также не стоит. «Важно понимать, что даже в самом плачевном финансовом состоянии должника приставы не вправе пренебрегать принципами уважения чести и достоинства гражданина, а также неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования гражданина и его семьи», – подчеркнула эксперт.

Адвокат МКА «Тимофеев, Фаренвальд и партнеры» Мария Милюкова заметила, что это кассационное определение – очередное напоминание для арендодателей: «Гораздо проще минимизировать юридические риски на этапе заключения договора, чем впоследствии нести убытки из-за долгов арендатора».

По ее мнению, необходимо не только проводить тщательную проверку арендатора или нанимателя на предмет наличия в отношении него судебных дел и исполнительных производств, но и проработать содержание договора аренды. «Чтобы не остаться у разбитого корыта, арендодателю следует настаивать на максимально подробной описи имущества, находящегося в помещении, и его стоимости в акте приема-передачи к договору аренды или найма. Подтвердить, какое имущество находилось в помещении на момент передачи его в аренду, можно также с помощью фото- и видеофиксации, заверенной подписями обеих сторон», – рассказала адвокат. В этом случае необходимо указать, что любое имущество, зафиксированное на фото или видео и не поименованное в акте приема-передачи, является собственностью арендодателя или наймодателя.

«Целесообразно предусмотреть в договоре условие о компенсации арендатором стоимости указанного имущества в случае его изъятия или ареста по долговым обязательствам арендатора, а также обязанность арендатора обращаться с соответствующими заявлениями об освобождении имущества арендодателя из-под ареста (с возможностью расторжения договора аренды в случае ее неисполнения и удержания страхового депозита, если таковой предусмотрен)», – отметила Мария Милюкова.

Хотя по ст. 119 Закона об исполнительном производстве арендодатель и сам может обратиться с иском об освобождении имущества из-под ареста, дополнение договора аренды соответствующими положениями не будет лишним, считает адвокат. Оно может сделать арендатора более дисциплинированным в финансовых отношениях с другими и, как следствие, обезопасить арендодателя, пояснила Мария Милюкова.

Екатерина Коробка