25.08.20. Оптимизация судопроизводства или восстановление нарушенных прав? АГ. НОВОСТИ.

Оптимизация судопроизводства или восстановление нарушенных прав?

Сокращение сроков кассационного обжалования до двух месяцев недопустимо

Новиков Алексей

Адвокат по уголовным делам

24 Августа 2020

8 июля в первом чтении принят проектфедерального закона № 863554-7 (далее – законопроект) об установлении срока обжалования итогового судебного решения по уголовному делу в порядке сплошной кассации, внесенный на рассмотрение Верховным Судом РФ в декабре 2019 г.

Читайте также

В первом чтении принят законопроект ВС РФ об ограничении сроков кассационного обжалования приговоров

Поправки предполагают установление двухмесячного срока на обжалование приговора в «сплошной кассации» с целью упорядочения процедуры кассационного производства и соблюдения разумных сроков судопроизводства

09 Июля 2020

Предложенный в законопроекте двухмесячный срок обжалования в «сплошной» кассации, на мой взгляд, несправедлив и влечет нарушение права на защиту. Одна из причин – несвоевременные изготовление судом решений (приговоров, постановлений, определений), направление сторонам копий указанных решений, подготовка материалов дела к направлению в апелляционную и иные инстанции для обжалования.

Кроме того, защита сталкивается с определенными трудностями при ознакомлении с материалами дела и подготовкой мотивированной жалобы с конкретными ссылками на изученные материалы. Как отмечалось другими экспертами, у представителей стороны обвинения возможностей изучить материалы дела больше – как минимум потому, что они не находятся в изоляции (СИЗО, ИК, на принудительном лечении).

По мнению Верховного Суда, у тех, кто не успел обжаловать итоговое решение в двухмесячный срок, будет возможность обжаловать его в порядке выборочной кассации, а это значит, что решение о передаче жалобы будет принимать суд первой инстанции. Кассационная жалоба, содержащая указание на явные нарушения закона, вряд ли получит дальнейшее движение, ведь отмена решения первой инстанции может иметь негативные последствия для самого суда, в том числе «испортить» статистические показатели.

ВС мотивировал свое решение тем, что предлагаемые изменения в УПК РФ позволят снизить нагрузку на кассационные суды, окажут позитивное влияние на качество принимаемых решений, а кроме того, в кассацию будут обращаться лишь те, кому она действительно необходима.

В свою очередь, в отзыве ФПА РФ на законопроект указано, что довод Верховного Суда об организации работы судов кассационной инстанции не может иметь приоритетного значения в сравнении с должным исполнением судебной функции по осуществлению правосудия.

Поддерживаю мнение коллег и считаю самым важным не оптимизацию работы судов, а исключительно доступ к правосудию и его справедливому и своевременному осуществлению.

По мнению разработчиков поправок, обращение в кассационную инстанцию перестало быть «эксклюзивным», стало рядовым случаем. Но что делать, если суды апелляционной инстанции пропускают ошибки нижестоящих судов, подтверждая законность и обоснованность принятых ими решений без качественного изучения материала?

С учреждением новых кассационных судов общей юрисдикции ситуация, казалось бы, наладилась. Некоторые решения нижестоящих судов стали отменяться, направляться на пересмотр. Появилась надежда на справедливое и законное правосудие. При этом ВС, предлагая выделить в отдельные группы тех лиц, которым действительно нужно обжаловать судебные акты, и тех, кто якобы обжалуют их без особой нужды, не предусматривает четкий и справедливый механизм такого разграничения.

Как же тогда определить категорию тех, для кого обращение в кассационную инстанцию – просто очередная жалоба? Каждый случай индивидуален, и нужно разбираться в конкретных обстоятельствах. Согласен, есть ситуации «шаблонные», но их точно нет в многоэпизодных уголовных или «многомиллионных» арбитражных делах с десятками кредиторов (инвесторов) и должников (заемщиков). В них решение кассационной инстанции необходимо как воздух, и это шанс на восстановление справедливости и законности.

Как отмечалось, если сторона не успела обратиться с кассационной жалобой в срок, его можно восстановить, но при наличии уважительной причины пропуска. В то же время возникает вопрос: как установить, является ли причина уважительной? Этот критерий определяется только судом на основании внутреннего убеждения.

Хотелось бы отдельно заострить внимание на сроках. Так, в законопроекте указано, что кроме направления решения апелляционной инстанции в суд, вынесший приговор, в течение 7 дней с момента вынесения апелляционного постановления (определения) его копия должна быть немедленно направлена для исполнения в тот же суд для передачи осужденному (оправданному), его защитнику и гособвинителю. Однако порядок такого вручения пока непонятен – есть лишь предложение по его определению в ч. 1 ст. 393 УПК РФ. Но как это будет выглядеть в действительности? Возможно, предполагается электронный документ с квалифицированной электронной цифровой подписью судьи.

ВС предлагает следующий порядок вручения копий процессуальных документов: копии вступивших в силу приговора, определения или постановления суда и копии апелляционных приговора, определения или постановления вручаются осужденному (оправданному), его защитнику и обвинителю, а также направляются администрации места содержания под стражей или места отбывания наказания для вручения осужденному, содержащемуся под стражей, в течение трех суток со дня поступления таких документов в суд, вынесший приговор или иное судебное решение.

Процедура вручения также неясна. Если решение будет направляться судом в течение трех дней и скорее всего – посредством почтовой связи, есть вероятность, что его копию осужденный или оправданный через администрацию учреждения, в котором он содержится, получит в лучшем случае в течение месяца с момента вынесения решения.

Получается, что время на подачу кассационной жалобы (в течение двух месяцев) у осужденного остается неизменным, поскольку сроки исчисляются с момента вручения ему копии, а вот в случае с защитником указанные сроки сокращаются, поскольку адвокат может воспользоваться данным правом в течение двух месяцев с момента вступления решения суда в силу. Представляется, что это может привести к серьезным негативным последствиям. На мой взгляд, сокращение сроков подачи кассационной жалобы до двух месяцев в уголовном процессе недопустимо.

Исходя из предлагаемых нововведений, пропущенный срок для подачи кассационной жалобы можно восстановить. Однако его восстановление зависит лишь от того, как скоро такое решение примет суд первой инстанции, рассмотрев ходатайства. Провозглашается, что разумный срок уголовного судопроизводства не может быть приоритетнее права на защиту, однако указанная реформа ведет именно к этому. Представляется, что перечисленные условия (модернизация судов кассационной инстанции, выборочная и сплошная кассация, сокращение сроков подачи кассационных жалоб) преследуют целью оптимизацию судопроизводства и не имеют ничего общего с решением задачи восстановления нарушенных прав.

Возвращаясь к вопросу о восстановлении пропущенного срока на подачу кассационной жалобы, напомню, что решения суда, с которыми стороны не согласны, могут быть обжалованы в вышестоящий суд. Однако в данном законопроекте не указано на возможность обжалования решения суда первой инстанции, необоснованно отказавшего в восстановлении пропущенного срока. На эту недоработку обратило внимание Правительство РФ, указав в своем отзыве на целесообразность установления права обжалования в апелляционном порядке решения суда первой инстанции об отказе в удовлетворении ходатайства лица, подавшего кассационную жалобу или представление о восстановлении пропущенного срока для кассационного обжалования. В настоящее время поправок к законопроекту на сайте Госдумы не представлено.

Как адвокат, занимающийся уголовной практикой, отмечу, что разделение на «сплошную» и «выборочную» кассации большинству участников уголовного судопроизводства не совсем понятно. Более того, ограничение путем сокращения сроков подачи жалобы до двух месяцев очень важной «сплошной» кассации, являющейся необходимым инструментом для восстановления справедливости и осуществления правосудия, считаю неприемлемым.