26.01.2022 Брачный договор не защитил супруга от старого долга, возникшего до наступления срока возврата Закон ру

Одно из первых дел, которые гражданская коллегия Верховного суда (ВС) рассмотрела в этом году, пополняет нашу рубрику #ЛикбезотВС. Решение в нем зависело от того, в какой момент возникает обязательство вернуть сумму займа. Нижестоящие суды посчитали, что оно появляется только после того, как суд принимает решение о ее взыскании с должника. ВС исправил эту ошибку в понимании динамики заемных правоотношений (см. решение).

В 2019 году суд обязал Сергея Матлака из Московской области вернуть Сергею Русанову долг в размере 15 млн руб. Деньги Сергей Матлак брал у правопредшественника взыскателя в 2014-2016 годах. Первый заем должник получил в октябре 2014 года, а в ноябре 2015 года Сергей Матлак заключил со своей супругой Светланой брачный договор. Он изменил режим общей собственности на гараж, участок и дом: они стали личной собственностью супруги. В марте 2018 года супруги развелись, а в августе 2018 года Светлана Матлак продала гараж. Еще через год она продала дом и участок.

Сергей Русанов потребовал выделить из имущества долю должника, признать продажи недействительными и возложить на бывших супругов и покупателя солидарную ответственность по долгу Сергея Матлака. Истец указывал, что обязанность вернуть долг возникла у Сергея Матлака еще до заключения брачного договора. О заключении договора ответчик истца не уведомил, чем нарушил правила ст. 46 Семейного кодекса. Поэтому условия брачного договора о передаче всего имущества в собственность супруги для истца не должны иметь значения — он может обратить на это имущество взыскание по долгам мужа.

Первая инстанция частично поддержала истца: взыскала со Светланы Матлак 13 млн руб. (половину от проданных дома и участка). Апелляция и кассация отказали Сергею Русанову полностью. Они иначе определили момент возникновения обязательства по займу: не тогда, когда был заключен договор, а тогда, когда суд в 2019 году принял решение о взыскании суммы. Исходя из этого они решили, что должник не обязан был уведомлять истца о брачном договоре. В этом отношении суды следовали позиции гражданской коллегии ВС, также считающей, что о брачном договоре надо сообщать кредиторам, только если такой договор заключен после возникновения долга (см. здесь).

Гражданская коллегия ВС с выводами судов не согласилась (дело было рассмотрено 11 января). Сначала ВС напомнил, что договор займа — реальный и считается заключенным с момента передачи заимодавцем заемщику денег. И по правилам ст. 425 ГК договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента заключения. Таким образом, обязательство должника возникло до появления брачного договора, пояснил ВС. Обратный вывод нижестоящих судов ошибочен.

Отсюда следовало, что Сергей Матлак, вопреки позиции нижестоящих судов, был обязан уведомить кредитора о брачном договоре. Раз ответчик этого не сделал, истец не связан изменением режима имущества супругов, он вправе требовать выдела доли супруга-должника.

Гражданская коллегия отправила дело на пересмотр в апелляцию.