27.02.20. Отвечает ли работодатель за гибель работника в ДТП при исполнении им трудовых обязанностей? АГ. ЛЕНТА НОВОСТЕЙ, 27.02.20.

Отвечает ли работодатель за гибель работника в ДТП при исполнении им трудовых обязанностей?

Верховный Суд вернул на новое рассмотрение дело о взыскании компенсации за гибель работника по пути на рабочее совещание в результате автомобильной аварии, виновником которой посчитали другого работника, управлявшего машиной
Один из адвокатов посчитал, что определение ВС должно послужить основанием для возбуждения уголовного дела в отношении сотрудника, отвечавшего за охрану труда. Другая заметила, что Суд в очередной раз не стал принимать самостоятельное решение по существу, несмотря на наличие всех необходимых доказательств.

Адвокаты поддержали выводы Верховного Суда. По мнению одной из них, комментируемый судебный акт носит справедливый и обоснованный характер, но ВС РФ в очередной раз воздержался от принятия решения по делу, несмотря на наличие всех необходимых доказательств. Другая отметила, что определение Суда должно послужить основанием к возбуждению уголовного дела в отношении сотрудника компании, который отвечает за охрану труда.

Верховный Суд опубликовал Определение от 13 января по делу № 14-КГ19-28, касающемуся спора о взыскании компенсации морального вреда с работодателя членами семьи работника, погибшего в результате ДТП при исполнении трудовых обязанностей.

Алексей Перфильев работал инспектором по качеству и приемке строительно-монтажных работ в Строительно-монтажном тресте № 7 воронежского филиала АО «РЖДстрой». В декабре 2017 г. руководство направило его и его напарника К. на период с 1 по 28 декабря на станцию Миллерово Ростовской области для проверки качества и объема выполненных железнодорожных работ. 19 декабря Алексей Перфильев и К. ехали в автомобиле «Нива» на ежедневное совещание по строительству железнодорожных объектов, но по пути попали в ДТП, в результате которого погибли.

Правоохранительные органы возбудили уголовное дело в отношении К., который на момент аварии находился за рулем авто, по ст. 264 «Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств», однако затем прекратили его в связи со смертью. Созданная работодателем комиссия в акте о расследовании группового несчастного случая по форме Н1 указала, что причиной инцидента послужило нарушение К. правил дорожного движения.

Впоследствии вдова и две дочери Перфильева обратились в суд с иском о взыскании с АО «РЖДстрой» компенсации морального вреда на сумму в 2 млн руб. в пользу каждой из них. Они настаивали, что причиной несчастного случая стало неисполнение работодателем возложенной на него трудовым законодательством обязанности по обеспечению работникам безопасных условий труда.

Истицы указали, что участок железнодорожной линии, куда были отправлены Алексей Перфильев и К., находился за пределами населенного пункта, а ответчик не обеспечил своих работников каким-либо видом транспорта для перемещения по объектам строительства. При этом у них не имелось возможности добираться до места проверки объектов строительства общественным транспортом, в том числе железнодорожным. Автомобиль «Нива», на котором Алексей Перфильев и К. двигались к месту проведения совещания, фактически был предоставлен им субподрядной организацией по согласованию с «РЖДстроем».

Первая инстанция отказала в удовлетворении иска, а апелляция поддержала это решение. Суды указали на недоказанность вины работодателя в произошедшей автомобильной аварии, так как автомобилем управлял К., который в итоге и нарушил ПДД. Суды также отметили, что работодатель не выносил распоряжения о предоставлении автомобиля «Нива» своим работникам и они воспользовались им по собственному усмотрению. Вторая инстанция добавила, что К. действовал без ведома работодателя и именно его действия, не входящие в его трудовую функцию, повлекли смерть Алексея Перфильева.

В кассационной жалобе в Верховный Суд РФ женщины просили отменить судебные акты нижестоящих инстанций как незаконные.

После изучения материалов дела Судебная коллегия по гражданским делам ВС напомнила, что обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда, а каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям трудового законодательства, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с ТК РФ, коллективным договором, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Как подчеркнул ВС, каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. «При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника», – отмечено в определении.

Суд пояснил, что в рассматриваемом деле нижестоящие инстанции не установили юридически значимые обстоятельства – например, были ли обеспечены работодателем погибшему работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Высшая судебная инстанция также не согласилась с выводом апелляции о том, что вред здоровью Перфильева, повлекший его смерть, был причинен действиями К., не входящими в трудовую функцию последнего. Как пояснил ВС РФ, оба сотрудника ехали в машине к месту проведения рабочего совещания по заданию их работодателя.

Таким образом, ВС отменил судебные акты нижестоящих инстанций и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Адвокат МКА «СЕД ЛЕКС», старший партнер «Альтависта» Валерия Аршинова отметила, что в рассматриваемом деле Верховный Суд подчеркнул актуальный подход судебной практики по данной категории дел. «В силу норм трудового законодательства работодатель несет ответственность за обеспечение условий труда на рабочем месте, при разъездном характере работы данная ответственность распространяется на период доставления работника к месту осуществления трудовых функций. Кроме того, погибшие сотрудники находились в командировке, и в данном случаев работодатель обязан обеспечить все условия для работы и проживания, отвечающие требованиям безопасности», – пояснила она.

По мнению эксперта, с учетом наличия акта по форме Н1 истцам необходимо было обжаловать его, поскольку в нем был указана причина – нарушение ПДД другим сотрудником компании. «Определение Верховного Суда РФ должно послужить основанием к возбуждению уголовного дела в отношении сотрудника компании, который отвечает за охрану труда. По всем случаям, связанным с производством, пострадавший работник со дня наступления страхового случая в соответствии со ст. 7 Закона об обязательном социальном страховании от несчастных случаев и профессиональных заболеваний вправе требовать обеспечения по страхованию», – резюмировала Валерия Аршинова.

Адвокат АК № 22 «Гражданские компенсации» Нижегородской областной коллегии адвокатов Ирина Фаст назвала справедливыми и обоснованными выводы Суда. «Нижестоящие суды грубо нарушили нормы материального права, неверно распределив бремя ответственности за несчастный случай. Они также возложили на слабую сторону в процессе в лице родственников погибших обязанность доказывать вину работодателя, такая тенденция в судах общей юрисдикции особенно явно прослеживается в спорах “простого человека” с крупными корпорациями», – пояснила она.

Эксперт с сожалением отметила, что в рассматриваемом деле Верховный Суд не стал принимать самостоятельное решение по существу, несмотря на наличие всех необходимых доказательств. «Все юридическое сообщество с нетерпением ожидает судебных актов Верховного Суда, в которых будет взыскана компенсация морального вреда, чтобы понять, какие же суммы высшая инстанция считает разумными и справедливыми за жизнь и здоровье человека», – подчеркнула Ирина Фаст.