30.10.2020 КС не принял к рассмотрению жалобу на определение следователем территориальной подсудности АГ НОВОСТИ

Суд указал, что применительно к подаче ходатайств об избрании или продлении меры пресечения установлена альтернативная подсудность дел: по месту производства предварительного расследования либо по месту задержания подозреваемого или содержания обвиняемого под стражей
Один из адвокатов с сожалением отметил, что Конституционный Суд формально подошел к рассмотрению жалобы на ч. 4 ст. 108 и ч. 8 ст. 109 УПК, сославшись на толкование Пленума ВС, который существенно изменяет положения УПК об определении места производства предварительного расследования. Другая заметила, что на практике адвокаты сталкиваются с тем, что расследование по некоторым делам, особенно носящим резонансный характер, передается для проведения в вышестоящий следственный орган, находящийся не на территории совершения деяния, что позволяет следователю обращаться с ходатайством об избрании либо продлении меры пресечения в удобный, с его точки зрения, суд, мотивировав свое решение расширенным толкованием понятия “место проведения предварительного расследования”.

Конституционный Суд вынес Определение № 1961-О по жалобе на ряд норм УПК, в том числе на возможность органов предварительного расследования самостоятельно избирать территориальную подсудность разрешения вопросов об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и продления ее срока.

В связи с возобновлением в 2019 г. производства по уголовному делу об убийстве, возбужденному в 2004 г. и приостановленному в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, был задержан Андрей Пыресев. На следующий день после задержания ему предъявлено обвинение в преступлении, предусмотренном п. «в» ч. 2 ст. 105 УК, после чего постановлением районного суда ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Оставляя это решение без изменения, суд апелляционной инстанции отметил, что правила территориальной подсудности при рассмотрении ходатайства следователя об избрании заключения под стражу не нарушены, поскольку оно рассмотрено в соответствии с ч. 4 ст. 108 УПК по месту производства предварительного расследования.

Впоследствии срок содержания Пыресева под стражей был продлен другим районным судом того же субъекта РФ на два месяца. При этом отмечалось, что уголовное дело передано для расследования в вышестоящий следственный орган (по отношению к следственным органам районного уровня), поэтому вопрос о продлении срока действия меры пресечения подлежит рассмотрению судом по месту нахождения следственного органа. Суд апелляционной инстанции оставил это решение без изменения. В передаче для рассмотрения в заседании суда кассационной инстанции жалоб на состоявшиеся судебные решения было отказано.

Адвокат Андрея Пыресева оспорил в порядке ст. 125 УПК бездействие следователя в части невынесения постановления о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному ч. 4 ст. 24 УПК. Постановлением судьи, с которым согласились вышестоящие инстанции, в принятии к рассмотрению жалобы было отказано в связи с тем, что суд не вправе давать следователю указания о производстве тех или иных процессуальных действий. Также отмечалось, что Андрей Пыресев не являлся участником уголовного процесса на момент приостановления производства по делу.

Мужчина обратился в Конституционный Суд. Он посчитал, что ч. 2 ст. 94 «Основания освобождения подозреваемого» и ч. 3 ст. 108 «Заключение под стражу» УПК не соответствуют Конституции в той мере, в какой они позволяют суду рассматривать ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу по истечении 48 часов с момента задержания, а органам предварительного расследования – не указывать в протоколе задержания время фактического задержания.

Андрей Пыресев также просил признать неконституционной ч. 4 ст. 108 и ч. 8 ст. 109 УПК в той мере, в какой эти нормы позволяют органам предварительного расследования самостоятельно избирать территориальную подсудность разрешения вопросов об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и продлении ее срока (как по месту совершения преступления, так и по месту нахождения следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело). Он просил признать не соответствующей Конституции и ч. 1 ст. 125 «Судебный порядок рассмотрения жалоб», поскольку она позволяет суду отказывать в принятии к рассмотрению жалобы обвиняемого, если он на момент совершения обжалуемых действий (бездействия) следователя не являлся участником уголовного судопроизводства по данному делу.

Изучив материалы дела, Конституционный Суд пришел к выводу об отсутствии оснований для принятия жалобы. Так, в отношении территориальной подсудности дел, касающихся вопросов применения заключения под стражу, он сослался на ряд своих определений и указал, что УПК предусматривает, что при необходимости избрания в качестве меры пресечения заключения под стражу следователь с согласия руководителя следственного органа, а также дознаватель с согласия прокурора возбуждают перед судом соответствующее ходатайство. При этом постановление о возбуждении такого ходатайства подлежит рассмотрению судьей районного суда с обязательным участием подозреваемого или обвиняемого, прокурора, защитника, если последний участвует в уголовном деле, по месту производства предварительного расследования либо месту задержания подозреваемого в течение восьми часов с момента поступления материалов в суд (ч. 3 и 4 ст. 108), а ходатайство о продлении срока содержания под стражей должно быть представлено в суд по месту производства предварительного расследования либо месту содержания обвиняемого под стражей не позднее чем за семь суток до его истечения (ч. 8 ст. 109). Тем самым применительно к указанным вопросам установлена альтернативная подсудность дел: по месту производства предварительного расследования либо по месту задержания подозреваемого или содержания обвиняемого под стражей.

Конституционный Суд отметил, что предварительное расследование производится, согласно ст. 152 УПК, по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления, за исключением случаев, предусмотренных данной статьей. Тем самым, по общему правилу, место совершения деяния, содержащего признаки преступления (либо место совершения большинства преступлений или наиболее тяжкого преступления), на той или иной части территории Федерации предопределяет место проведения предварительного расследования и, соответственно, место рассмотрения ходатайств об избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу или продления срока содержания под стражей судьей того районного суда, юрисдикция которого распространяется на данную часть территории Федерации.

КС сослался на п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», согласно которому в случаях, когда предварительное расследование по уголовному делу производится следственным органом, занимающим в системе следственных органов положение вышестоящего по отношению к следственным органам районного уровня, ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу либо о продлении срока содержания под стражей рассматривает районный суд по месту нахождения следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело.

Конституционный Суд указал, что ст. 94 УПК регламентирует основания освобождения подозреваемого. «Формально оспаривая данное законоположение во взаимосвязи с частью третьей статьи 108 данного Кодекса, А.В. Пыресев фактически связывает нарушение своих прав не с содержанием этих норм, а с нарушениями, допущенными, с его слов, при его задержании и последующем избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражу, предлагая тем самым оценить правомерность конкретных правоприменительных решений. Между тем подобная проверка, предполагающая установление фактических обстоятельств дела, не относится к компетенции Конституционного Суда», – подчеркивается в определении.

Применительно к судебному контролю за решениями, действиями (бездействием) органов и их должностных лиц, ведущих досудебное производство по уголовному делу, Конституционный Суд отметил, что ст. 125 УПК гарантирует заинтересованным лицам право обжалования постановлений органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иных действий (бездействия) и решений дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.

Вместе с тем при осуществлении в период предварительного расследования судебного контроля за законностью и обоснованностью процессуальных актов органов дознания, следователей и прокуроров не должны предрешаться вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела. Суд, исходя из фактических обстоятельств, устанавливает и то, сопряжена ли проверка законности обжалуемого процессуального акта с рассмотрением тех вопросов, которые подлежат разрешению при вынесении приговора.

В комментарии «АГ» адвокат АП Московской области Леонид Абгаджава с сожалением отметил, что Конституционный Суд формально подошел к рассмотрению жалобы на ч. 4 ст. 108 и ч. 8 ст. 109 УПК, сославшись на толкование Пленума ВС.

Он отметил, что ст. 152 УПК дает исчерпывающие критерии определения места производства предварительного расследования, которые никак не связаны с местом нахождения следственного органа. По его мнению, Пленум Верховного Суда существенно изменяет положения ст. 152 УПК, которые, по общему правилу, определяют место производства расследования по месту совершения преступления. «На мой взгляд, такое толкование может существенно влиять на реализацию конституционных прав обвиняемого, особенно остро эта проблема может возникнуть в крупных регионах страны, таких как Красноярский край и Якутия, где расстояние между следственными органами может составлять сотни километров», – резюмировал Леонид Абгаджава.

Адвокат КА «Полковников, Тарасюк и партнеры» Светлана Тарасюк остановилась на доводах, обосновывающих отказ заявителю в принятии к рассмотрению жалобы на нормы, закрепленные в ч. 4 ст. 108 и ч. 8 ст. 109 УПК.

По мнению адвоката, на практике указание в данных нормах на рассмотрение ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и ее продлении по месту производства предварительного следствия, задержания подозреваемого либо содержания обвиняемого под стражей сводится единственно к усмотрению следователя о территориальной подсудности, что приводит к широкому толкованию норм. «Связано это в первую очередь с определением места производства предварительного расследования. Так, на практике мы сталкиваемся с тем, что расследование по некоторым преступлениям, особенно носящим резонансный характер, передается в вышестоящий следственный орган, находящийся не на территории совершения деяния, содержащего признак преступления, что позволяет следователю обращаться для разрешения ходатайства об избрании либо продлении меры пресечения в удобный, с его точки зрения, суд, мотивировав свое решение расширенным толкованием понятия “место проведения предварительного расследования”», – указала Светлана Тарасюк.

В качестве примера она привела уголовное дело, возбужденное по факту пожара в ТРЦ «Зимняя вишня» в Кемерово. Так, деяние, содержащее признак преступления, совершено на территории Заводского района г. Кемерово, расследованием указанного уголовного дела занимался следователь по особо важным делам при Председателе СК России с местом своей дислокации на территории Басманного района г. Москвы; следственная группа по расследованию обстоятельств пожара рассредоточилась по территории Центрального и Заводского районов г. Кемерово; содержались обвиняемые на территории Заводского района. В итоге – часть ходатайств об избрании меры пресечения в отношении подозреваемых и обвиняемых по данному уголовному делу была рассмотрена Заводским районным судом, часть – Центральным районным судом. Последующие ходатайства о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу всем обвиняемым рассматривал Центральный районный суд.

«Если вопросов по избранию меры пресечения в отношении ряда подозреваемых и обвиняемых Заводским районным судом не возникает, то решения, принятые Центральным районным судом по избранию и продлению меры пресечения в виде заключения под стражу, вызывают вопросы в части соответствия принципу территориальной подсудности, так как данный суд для обращения с указанными ходатайствами был выбран следователем только из соображений собственного удобства. Мотивировано же постановление о возбуждении ходатайств об избрании или продлении меры пресечения было тем, что местом проведения расследования является Центральный район г. Кемерово лишь на том основании, что там территориально находилась часть следователей следственной группы, а значит, по мнению автора заявленных ходатайств, – и место проведения предварительного расследования», – рассказала Светлана Тарасюк.

Марина Нагорная