31.07.20. Адвокаты об административных делах из Обзора ВС № 2 за 2020 год. АГ. НОВОСТИ.

Из четырех правовых позиций значимыми для практики эксперты посчитали только две
Адвокаты сочли важным указание на то, что рассмотрение жалоб в порядке административного судопроизводства должно строиться на принципах состязательности и равноправия сторон, а также на то, что отсутствие специальных оговорок в доверенностях о действительности полномочий представителя в административных делах, связанных с исполнительным производством, не является основанием для блокировки движения административного дела.

Как ранее писала «АГ», 22 июля Президиум Верховного Суда опубликовал Обзор судебной практики № 2 за 2020 г. Судебная коллегия по административным делам представила четыре правовых позиции.

Читайте также
ВС опубликовал второй обзор за 2020 год
Больше всего правовых позиций представила Судебная коллегия по экономическим спорам
24 Июля 2020 Новости

Согласно п. 54 обзора, обязанность доказывания законности применения в отношении осужденного мер взыскания возлагается на администрацию исправительного учреждения, в котором осужденный отбывает наказание. При этом суду в целях соблюдения принципа состязательности и равноправия сторон при активной роли суда следует принимать меры для всестороннего и полного установления всех фактических обстоятельств по административному делу, а также для выявления и истребования по собственной инициативе доказательств в целях правильного разрешения дела.

И., отбывающий наказание в виде лишения свободы, обратился в суд с административным исковым заявлением об оспаривании постановления начальника исправительного учреждения о водворении в штрафной изолятор на 15 суток. Основанием для применения меры взыскания послужил факт обнаружения в его камере продуктов питания. И. полагал, что постановление является незаконным, поскольку он не нарушал установленный порядок отбывания наказания, а обнаруженные администрацией продукты в действительности ему не принадлежали.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляцией, в удовлетворении административного искового заявления было отказано. Судом было установлено, что на момент вынесения постановления И. содержался в штрафном изоляторе. Вечером административный истец и помещение, в котором он содержался, были досмотрены сотрудниками исправительного учреждения; при этом какие-либо запрещенные предметы обнаружены не были. На следующий день утром в отсутствие административного истца сотрудниками исправительного учреждения в камере были обнаружены и изъяты запрещенные к хранению предметы, а именно продукты питания. Административный истец в ходе воспитательной беседы факт указанного нарушения не признал.

Суды исходили из того, что факт нарушения установленного порядка отбывания наказания подтверждается актами о проведении обыска и обнаружении в камере продуктов, об отказе И. от дачи письменного объяснения; медицинским заключением о возможности содержания в штрафном изоляторе; фотографиями обнаруженных в камере продуктов питания; справками о проведении беседы по факту допущенного нарушения; справкой психолога об актуальном психоэмоциональном состоянии; выпиской из протокола заседания дисциплинарной комиссии.

Судебная коллегия по административным делам ВС отметила, что согласно п. 3 ст. 3 КАС РФ одной из задач административного судопроизводства является правильное и своевременное рассмотрение и разрешение административных дел. Достижение указанной задачи невозможно без соблюдения принципа состязательности и равноправия сторон при активной роли суда (п. 7 ст. 6, ст. 14 КАС). Данный принцип выражается в том числе в принятии предусмотренных КАС РФ мер для всестороннего и полного установления всех фактических обстоятельств по административному делу, для выявления и истребования по собственной инициативе доказательств в целях правильного разрешения дела; решение суда должно быть законным и обоснованным.

Коллегия заметила, что в соответствии с ч. 2 ст. 62 КАС РФ обязанность доказывания законности оспариваемых нормативных правовых актов, актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами, решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений.

«Таким образом, исходя из приведенных законоположений, административный ответчик должен был представить в суд доказательства, свидетельствующие о законности оспариваемого постановления и подтверждающие, что И. пронес в камеру штрафного изолятора запрещенные к хранению предметы, а именно продукты питания», – заключил ВС. В определении указывается, что такие доказательства исправительным учреждением представлены не были.

Верховный Суд отметил, что учел и то обстоятельство, что сотрудниками исправительного учреждения в работе используются видеорегистраторы, срок хранения архива видеозаписей с которых, согласно ведомственному нормативному акту, составляет не менее 30 суток. «Администрации исправительного учреждения стало известно об оспаривании административным истцом постановления о водворении в штрафной изолятор до истечения установленного срока хранения указанных видеозаписей, однако эти записи суду административным ответчиком представлены не были и судом не запрашивались», – заметил Суд.

Судебная коллегия пришла к выводу, что административным ответчиком не был доказан факт вменяемого И. нарушения установленного порядка отбывания наказания, в связи с чем требования административного истца являются обоснованными. ВС отменил судебные акты нижестоящих инстанций и принял новое решение об удовлетворении административного искового заявления.

Партнер, адвокат, руководитель уголовно-правовой практики ART DE LEX Вахтанг Фёдоров посчитал, что, ссылаясь на действующее законодательство, Верховный Суд справедливо отмечает, что рассмотрение жалоб в порядке административного судопроизводства должно строиться на принципах состязательности и равноправия сторон, всестороннего и полного установления всех фактических обстоятельств по уголовному делу. «Из материалов рассматриваемого дела следует, что администрация исправительного учреждения не предприняла достаточных мер для сбора и предъявления достаточных доказательств законности обжалуемого решения. К сожалению, данная практика имеет место во многих случаях применения к лицам, отбывающим наказание, штрафных санкций, что приводит к нарушению прав заключенных», – заметил Вахтанг Фёдоров.

По его мнению, однозначно выраженная позиция Верховного Суда позволит значительно улучшить механизм защиты прав лиц, отбывающих наказания в виде лишения свободы. Адвокат указал, что обязанность администрации исправительного учреждения по доказыванию наличия нарушения правил отбывания наказания в рамках состязательного процесса и равноправия сторон выступает гарантом защиты прав указанных лиц. Это позволяет выстроить процесс отбывания наказания на основе законности и недопущения возможного произвола со стороны служащих пенитенциарной системы.

Вахтанг Фёдоров указал, что позиция ВС в данном деле отражает подход Европейского Суда по правам человека, который неоднократно указывал на недопустимость нарушения принципа всестороннего и полного рассмотрения представленных доказательств. ЕСПЧ отмечает, что в случае недостаточности доказательственной базы вынесенный акт подлежит отмене. «Данный подход нашел свое отражение в обзоре, что должно сориентировать правоприменителя в сторону укрепления принципа законности при принятии тех или иных решений», – полагает он.

В п. 55 обзора отмечается, что действующее правовое регулирование не устанавливает какие-либо ограничения относительно веса корреспонденции, направляемой в силу требований закона за счет средств следственного изолятора подозреваемыми и обвиняемыми в совершении преступлений, содержащимися под стражей. Жалобы в Европейский Суд по правам человека, поданные ими, цензуре не подлежат и не позднее следующего за днем их подачи рабочего дня направляются адресату в запечатанном пакете.

В п. 56 Верховный Суд напомнил, что признание сделки по продаже имущества недействительной или ее расторжение означает, что реализация имущества не состоялась, а вырученные по сделке средства, по общему правилу, возвращаются другой стороне. В такой ситуации экономическую выгоду от реализации имущества гражданином следует признать утраченной, что в соответствии со ст. 41, 209 НК РФ свидетельствует об отсутствии полученного дохода как объекта налогообложения.

Согласно п. 57 обзора, наличие в доверенности специально оговоренного права представителя на подписание административного искового заявления и возражений на административное исковое заявление, подачу их в суд свидетельствует о праве представителя на обращение в суд в интересах доверителя в том числе с административным исковым заявлением об оспаривании действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя.

Общество обратилось в суд с административным исковым заявлением об оспаривании действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя. Оно было подписано и подано в суд представителем общества, действовавшим на основании доверенности, в которой было специально оговорено его право на подписание иска и возражений на него, подачу их в суд.

Определением суда первой инстанции административное исковое заявление было оставлено без рассмотрения. Суд исходил из того, что оно подписано и подано в суд не уполномоченным на это лицом, так как в доверенности, выданной обществом, в нарушение п. 3 ст. 57 Закона об исполнительном производстве специально не оговорено право на обжалование постановлений и действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя. Апелляция оставила определение без изменения.

Судебная коллегия по административным делам ВС указала, что представительство в суде по административным делам регулируется гл. 5 КАС РФ, определяющей требования к лицам, которые могут быть представителями в суде, полномочия представителя, а также порядок оформления и подтверждения этих полномочий. Так, в силу п. 5 ст. 54 Кодекса административные дела организации могут вести в суде представители этой организации. Статья 56 КАС закрепляет право представителя совершать от имени представляемого им лица все процессуальные действия (п. 1). Подпункт 1 п. 2 указанной статьи предусматривает, что в доверенности, выданной представляемым лицом, должно быть специально оговорено право представителя на подписание административного искового заявления и возражений на административное исковое заявление, подачу их в суд. При этом в п. 2 ст. 56 КАС РФ приведен исчерпывающий перечень прав представителя, которые должны быть специально оговорены в доверенности.

Учитывая, что в доверенности, выданной обществом во исполнение предписаний поп. 1 п. 2 ст. 56 КАС РФ было специально оговорено право представителя на подписание административного искового заявления и возражений на административное исковое заявление, подачу их в суд, Судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии правовых оснований для оставления административного искового заявления без рассмотрения, поскольку у представителя общества, действовавшего на основании указанной доверенности, имелись полномочия на подписание и подачу в суд в интересах общества административного искового заявления, в том числе об оспаривании действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя.

ВС также указал, что положения ст. 57 Закона об исполнительном производстве в данном случае неприменимы, поскольку касаются исключительно полномочий представителей сторон исполнительного производства, а не представительства в административном судопроизводстве.

Управляющий партнер АБ «Беков, Исаев и партнеры» Якуб Беков заметил, что рассмотренный ВС вопрос нередко возникает на практике. Он обратил внимание на то, что судьи часто злоупотребляют правом на возвращение (оставление) без рассмотрения административного искового заявления, как будто пытаясь разгрузить себя от работы.

Якуб Беков указал, что приведенный «конфликт» норм Закона об исполнительном производстве и КАС РФ интересен тем, что его разрешение в каждом конкретном деле зависело от квалификации и теоретической подготовки судьи по делу (судья либо не квалифицировал бы такую доверенность как нарушающую требования процессуальных норм, либо, как в данном деле, заблокировал процесс по делу). «Можно предположить, что у судей в аналогичной ситуации возникают вопросы о том, какой из актов (КАС РФ или Закон об исполнительном производстве) имеет большую юридическую силу, какой из актов является специальным по отношению к регулируемым отношениям и, наконец, как соотносятся полномочия представителей в исполнительном производстве и судопроизводстве по делам, возникающим из административных правоотношений. Не вдаваясь в теоретические дебри, можно точно сказать, что одинаковых ответов на указанные вопросы судебная система ранее не имела», – заметил адвокат.

По его мнению, представленная позиция ВС РФ дает ясность как судьям, так и лицам, участвующим в делах по КАС РФ, в том, что полномочия на представительство по делам, предусмотренным КАС РФ, по объему шире и поглощают полномочия, предусмотренные ч. 3 ст. 57 Закона об исполнительном производстве. «Отсутствие специальных оговорок в доверенностях о действительности полномочий представителя в административных делах, связанных с исполнительным производством, не является основанием для блокировки движения административного дела по стадиям и нарушения тем самым права заявителя на своевременное рассмотрение и разрешение его административных исковых требований», – резюмировал Якуб Беков.