26 сентября Тринадцатый арбитражный апелляционный суд вынес постановление по делу № А56-14330/2024, которым отказал в удовлетворении иска об исключении лица из числа участников ООО, поскольку истец не доказал уклонение ответчика от решения хозяйственных вопросов. Представители ответчика, президент Санкт-Петербургской коллегии адвокатов «Акишин, Реморенко и партнёры» Игорь Акишин и первый вице-президент данной коллегии Полина Брежнева рассказали о нюансах спора.

Исключение из ООО

Анатолий Карпов и Наум Королев являлись участниками ООО «МПС Инвест» и имели равные доли в уставном капитале. Оставшаяся доля принадлежит самому обществу. Поскольку Анатолий Карпов является депутатом Государственной Думы и не имеет права заниматься предпринимательской деятельностью, 27 октября 2021 г. он передал имущество в доверительное управление ООО «Куркофф», состоящее, в том числе, из долей в уставном капитале «МПС Инвест».

В феврале 2024 г. общество «Куркофф» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Науму Королеву об исключении его из числа участников «МПС Инвест». В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что ответчик постоянно срывает как очередные, так и внеочередные общие собрания участников общества, систематически уклоняется без уважительных причин от участия в этих собраниях, что лишает общество возможности принимать значимые хозяйственные решения. Непринятие таких решений может причинить существенный вред обществу или делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет.

Решением АС г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11 июня 2024 г. иск был удовлетворен. Он указал, что поскольку участник общества несет обязанность не причинять вред обществу, то грубое нарушение этой обязанности может служить основанием для его исключения из общества. Мера в виде исключения участника подлежит применению в случаях, когда лицо совершает действия, заведомо влекущие вред для общества, тем самым нарушая доверие между его участниками и препятствуя продолжению нормальной деятельности общества. Суд отметил, что общие собрания участников общества «МПС Инвест» были сорваны Наумом Королевым, что подтверждается протоколами этих собраний. Таким образом, суд посчитал доказанным уклонение ответчика от решения хозяйственных вопросов, что существенно затрудняет деятельность общества.

Апелляционный суд встал на сторону участника общества

Наум Королев не участвовал в рассмотрении спора в суде первой инстанции, поскольку не был о нем осведомлен, и как только узнал о решении, обратился за юридической помощью к адвокатам Игорю Акишину и Полине Брежневой. Представители ответчика направили апелляционную жалобу на решение суда и ходатайство о восстановлении пропущенного срока на ее подачу. На первом судебном заседании адвокаты также подали ходатайство о переходе к рассмотрению дела по правилам первой инстанции.

Игорь Акишин и Полина Брежнева просили об отказе в удовлетворении иска. Они указали на ненадлежащее извещение Наума Королева о судебном разбирательстве в суде первой инстанции. В апелляционной жалобе подчеркивалось, что ответчик в период возникшего в обществе корпоративного конфликта не уклонялся от участия в общих собраниях участников ООО, на регулярной основе запрашивал у генерального директора пояснения по хозяйственной деятельности общества, истребовал документацию, необходимую для подготовки к собраниям участников. Совокупность таких обстоятельств, как нарушение участником своих обязанностей, факт совершения участником конкретных действий или уклонения от их совершения и наступление негативных для общества последствий, отсутствует.

Также они указали, что суд пришел к неверному выводу о том, что действия ответчика существенно затрудняют хозяйственную деятельность общества; «МПС Инвест» с момента создания занималось исключительно сдачей по договорам аренды коммерческой недвижимости, принадлежавшей обществу; наличие спора между участниками относительно выплат дивидендов никаким образом не препятствует и не затрудняет ведение хозяйственной деятельности юридического лица.

Апелляционный суд удовлетворил ходатайство адвокатов и перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК для рассмотрения дел в суде первой инстанции. Он указал, что согласно п. 1 ст. 67 ГК участник хозяйственного товарищества или общества вправе требовать исключения другого участника из товарищества или общества в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями или бездействием причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества.

Со ссылкой на п. 35 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела части первой ГК РФ» апелляционный суд отметил, что к нарушениям, о которых идет речь в ст. 67 ГК, в частности, может относиться систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать значимые хозяйственные решения по вопросам повестки дня общего собрания участников, если непринятие таких решений причиняет существенный вред обществу или делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет. При рассмотрении дел об исключении участника из хозяйственного товарищества или общества суд дает оценку степени нарушения участником своих обязанностей, а также устанавливает факт совершения участником конкретных действий или уклонения от их совершения и наступления или возможности наступления негативных для общества последствий. Иск об исключении участника не может быть удовлетворен в том случае, когда с таким требованием обращается лицо, в отношении которого имеются основания для исключения.

Суд обратил внимание, что правовыми нормами и разъяснениями ВС РФ не предусмотрены критерии оценки, определяющие, кто должен остаться участником, а кто должен быть исключен. В каждом конкретном случае это является исключительным правом и обязанностью суда. Наличие у участников корпоративного спора равного количества долей общества увеличивает риск возникновения ситуации невозможности принятия решения по вопросам, связанным с деятельностью общества. Исключение участника из общества является крайней, исключительной мерой, направленной на защиту интересов общества в целом, для применения которой недостаточно носящих предположительный характер утверждений о возможных негативных последствиях для общества; действия или бездействия участника должны повлечь за собой невозможность деятельности общества или существенно ее затруднять, то есть последствия должны иметь неустранимый характер, и единственным способом преодолеть созданные препятствия может быть только прекращение участия такого участника в обществе.

Апелляция приняла во внимание доводы жалобы о том, что ответчиком на протяжении всего спорного периода времени регулярно предпринимались попытки провести общее собрание, в адрес общества поступали требования о проведении внеочередного собрания участников, требования о включении в повестку дня дополнительных вопросов. Однако никакие документы организации, ее бухгалтерская документация со стороны генерального директора общества ответчику не представлялись. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд указал, что Наум Королев в период возникшего в обществе корпоративного конфликта не уклонялся от участия в общих собраниях участников «МПС Инвест», на регулярной основе запрашивал у генерального директора пояснения по хозяйственной деятельности общества, истребовал документацию, необходимую для подготовки к собраниям участников, а совокупность таких обстоятельств, как нарушение участником своих обязанностей, факт совершения участником конкретных действий или уклонения от их совершения и наступление негативных для общества последствий, отсутствует, поскольку в обществе имеет место корпоративный конфликт между участниками.

Суд апелляционной инстанции отклонил довод истца о том, что действия ответчика существенно затрудняют хозяйственную деятельность общества. Он отметил, что наличие спора между участниками относительно выплат дивидендов никаким образом не препятствует и не затрудняет ведение хозяйственной деятельности юридического лица. Судом не установлено и материалами дела не подтверждается факт совершения ответчиком действий или бездействия, влекущих ущерб для общества, уточняется в постановлении.

Помимо прочего, апелляционный суд обратил внимание, что довод истца о невозможности вести нормальную хозяйственную деятельность не подтверждается материалами дела. Согласно имеющимся документам ответчик присутствовал на общем собрании и принимал участие в голосованиях, и в обществе производилось распределение чистой прибыли. Таким образом, Тринадцатый ААС отменил решение первой инстанции и отказал в удовлетворении иска.

Комментарии представителей ответчика

В комментарии «АГ» Игорь Акишин отметил, что в суде первой инстанции у Наума Королева отняли бизнес, оценка которого составляет около 100 млн руб. «Через год он узнал об этом и мы обратились в суд апелляционной инстанции. Мы обратили особое внимание суда на то, что адвокат истца, то есть московской фирмы, сам предоставил в материалы дела доказательства, которые прямо свидетельствуют против его позиции», – рассказал он.

Адвокат поделился, что в рассмотрении данного спора их правовая позиция строилась на комплексном анализе фактических обстоятельств и применении корпоративного законодательства. Одним из ключевых доводов, нашедших отражение в постановлении апелляционного суда, стало указание на отсутствие доказательств существенного затруднения деятельности общества со стороны ответчика: «По существу, материальные доказательства (корреспонденция, требования о проведении собраний, извещения о необходимости включения вопросов в повестку) свидетельствовали об активной позиции и заинтересованности нашего доверителя в решении корпоративных вопросов».

Игорь Акишин пояснил, что в суде они обращали внимание, что в обществе имел место затяжной корпоративный конфликт, связанный с равномерным распределением долей между участниками, что само по себе затрудняет принятие решений, однако не может служить основанием для исключения одного из участников. Представленные документы и свидетельства показывали, что ответчик присутствовал на собраниях, голосовал, а также инициировал обсуждение важных для общества вопросов. Кроме того, факт выплаты дивидендов по результатам деятельности общества полностью опроверг тезис о невозможности его хозяйственного функционирования.

«Помимо прочего мы акцентировали внимание на том, что исключение участника из ООО предусмотрено как исключительная и крайняя мера, применяемая лишь при наличии доказанных неустранимых последствий — ущерба или блокирования деятельности общества. Наши аргументы убедили суд в отсутствии таковых. Наиболее сложным в работе с этим делом стала необходимость доказать отсутствие вины и негативных последствий для общества в условиях острого корпоративного конфликта. В подобных спорах, где стороны владеют равными долями и каждый обладает практически зеркальным набором прав, суду требуется тщательно исследовать поведение каждого участника, отделяя проявления конфликта интересов и стратегическое корпоративное противоборство от подлинных нарушений корпоративных обязанностей», – прокомментировал Игорь Акишин.

Адвокат отметил, что особую сложность представляла документальная реконструкция хода корпоративных событий: из-за длительности конфликта, множественных требований, протоколов, переписок и свидетельств приходилось восстанавливать последовательность событий, подтверждать участие доверителя во всех значимых корпоративных действиях, а также демонстрировать, что руководству общества не были созданы искусственные препятствия со стороны ответчика.

В свою очередь Полина Брежнева рассказала, что оппонирующая сторона активно использовала предположительные тезисы о возможном ущербе и затруднениях, требуя их квалифицированного опровержения. Необходимо было системно показать на основании документов, что деятельность общества в рамках своей модели не была парализована, пояснила адвокат. Она также подчеркнула, что требовалось убедительно разграничить недобросовестное поведение и законное отстаивание корпоративных интересов, особенно в части обращения с запросами, требованиями о документировании хозяйственной деятельности.

«Мы считаем, что данное постановление имеет существенное значение для правоприменительной практики в области корпоративных споров, связанных с исключением участников из хозяйственных обществ. Апелляционный суд еще раз подчеркнул, что исключение участника — это исключительно крайняя, вынужденная мера, допустимость которой должна быть подтверждена реальными, а не предположительными негативными последствиями для деятельности общества. Суд дал четкие разъяснения, что не каждое корпоративное противостояние, даже если оно затрудняет принятие решений, является основанием для исключения участника. Безусловно, необходима судебная оценка реального поведения, а не просто формальных признаков конфликта. Данное постановление будет востребовано в практике разрешения корпоративных конфликтов между участниками малого и среднего бизнеса и, на наш взгляд, способствует формированию более сбалансированного подхода к применению столь радикальной меры, как исключение участника из ООО», – резюмировала Полина Брежнева.

Мнения экспертов «АГ»

Член АП Кемеровской области Дмитрий Любич считает, что рассматриваемое постановление Тринадцатого ААС является одним из показательных постановлений судов апелляционной инстанции по категории дел, основанных на применении ст. 10 Закона об ООО. «Мы много раз слышали тезис в среде профессиональных юристов о том, что “практика не куется судами апелляционных инстанций”. Скорее всего, это так. Однако, как правило, именно апелляционным судам приходится исправлять нарушения, допущенные судами первой инстанции, и именно апелляция, а не кассация наделена полномочиями по оценке представленных в дело доказательств», – отметил адвокат.

Дмитрий Любич подчеркнул, что, несмотря на то, что в обозначенном постановлении фактически постулируются такие тезисы, как: «исключение участника из состава общества является крайней мерой», «такая мера может быть применена в исключительном случае», и на этот счет имеет место устойчивая правоприменительная практика, однако никто не заменит дискреционное судейское усмотрение, реализуемое в каждом конкретном деле на основе непосредственного исследования и оценки представленных в дело доказательств.

«По данному делу было установлено, что в условиях корпоративного конфликта, неочевидности правоты одного из участников общества, выступающего в споре против другого, при этом они имеют равные доли, невозможно отдать предпочтение в пользу одного из них. В связи с этим лейтмотив постановления в условиях обозначенного конфликта можно определить так: механизм исключения участника из общества не должен быть направлен на разрешение судом корпоративного конфликта, т.к. имеет задачу обеспечения интересов самого общества, в условиях объективно установленных обстоятельств, когда один из участников своими умышленными действиями или бездействием причиняет существенный вред обществу или делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет»,– отметил эксперт.

Управляющий партнер МКА «ОСНОВА» Илья Мурылев подчеркнул, что иски об исключении участников из ООО являются частым явлением в судебной практике.  Причиной являются возникшие корпоративные конфликты в обществах. Однако, как отметил адвокат, исключение участника из ООО является крайней мерой.  Илья Мурылев пояснил, что в подобных делах важно разграничивать интересы участников и общества. Зачастую причиной подобных исков является невозможность участников принять какое-либо решение, однако деятельность общества при этом не прекращается и не имеет ощутимого затруднения. На данное обстоятельство и обратил суд апелляционной инстанции, указав, что действия ответчика не влекут невозможность обществом осуществлять предпринимательскую деятельности, подчеркнул адвокат.

«С данным постановлением следует согласиться. Суд отразил обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии оснований для исключения участника из ООО. Более того, суд обратил внимание на то, что ответчик предпринимал меры для участия в общих собраниях – запрашивал документы, предлагал вопросы повестки дня общих собраний и пр., а также суд учел, что деятельность общества не затруднена из-за невозможности принятия решений. Полагаю, что при таких обстоятельствах исключение участника из ООО как крайняя мера ответственности не может быть применена», – поделился мнением Илья Мурылев.