1. ВС РФ прекратил дело о неисполнении решения арбитражного суда и назначил судебный штраф

Мировой судья осудил К. за то, что она, директор ООО, злостно не исполнила вступившее в силу решение арбитражного суда (ч. 2 ст. 315 УК): располагая реальной возможностью и не встречая объективных препятствий, она не освободила арендованные земельные участки от возведенных строений и не привела их в первоначальное состояние. Апелляция и кассация приговор не изменили.

Еще в первой инстанции защитник просил прекратить дело и назначить К. судебный штраф, однако судья отказал. Он рассудил так: должник исполнил решение принудительно, а принудительное исполнение вред не заглаживает; иначе загладить вред перед обществом, государством и органами местного самоуправления К. не пыталась.

Между тем такой вывод не опирается на обстоятельства, которые существенно значимы для дела. Уголовный закон не ставил препятствий тому, чтобы применить к К. ст. 76.2 УК. Решение арбитражного суда она исполнила, а материальный ущерб суд не установил. Представитель потерпевшего и свидетель показали, что неисполнение навредило лишь деловой репутации: потерпевший не мог благоустраивать федеральную территорию. Исполнительский сбор 50 тыс. руб. К. уплатила полностью.

Задержку сама К. объясняла объективными причинами: покупатель долго не вывозил купленную бытовку, а демонтировать ее своими силами К. не могла; работы по демонтажу к тому же остановил обыск по этому же делу. Директор организации-покупателя это подтвердил: стороны устно условились вывезти бытовку за месяц, но подготовка площадки затянулась, затем бытовку понадобилось делить на две части и получать разрешение ГИБДД.

Часть 1 ст. 25.1 УПК и ст. 76.2 УК позволяют суду прекратить дело против того, кто впервые совершил преступление небольшой или средней тяжести и загладил вред, и назначить ему судебный штраф. Пункт 2.1 постановления Пленума ВС РФ от 27.06.2013 № 19 относит к заглаживанию вреда денежную компенсацию, помощь потерпевшему, извинения и иные меры, которые восстанавливают нарушенные права потерпевшего и законные интересы личности, общества и государства. Как отметил КС РФ в определении от 26.10.2017 № 2257-О, разные преступления причиняют разный по характеру вред, поэтому действия по ст. 76.2 УК не могут быть одинаковыми — их определяют особенности конкретного деяния.

Коллегия признала меры К. разумными, соразмерными и достаточными: они снизили общественную опасность содеянного настолько, что позволяли освободить ее от ответственности. К тому же судебный штраф — денежное взыскание, поэтому прекращение дела не означает, что государство оставило правонарушение без реакции.

ВС РФ отменил приговор, апелляционное и кассационное постановления, прекратил дело по ст. 25.1 УПК и назначил К. судебный штраф (кассационное определение ВС РФ от 28.04.2026 по делу № 18-УД26-14-К4).

2. ВС РФ переквалифицировал взятку, потому что деньги взяткодатель передал за законные действия

Суд признал Б. виновным в том, что он лично дал должностному лицу взятку в значительном размере за заведомо незаконное бездействие (ч. 3 ст. 291 УК). По версии суда, Б. понимал, что Ж. — должностное лицо, и передал ему 50 тыс. руб. за то, чтобы тот скрыл нарушения федерального законодательства, которые служебная проверка выявила при получении дочерью Б. гражданства РФ и приеме ее на службу в МВД России, и не отразил их в заключении проверки.

Достаточных оснований для такой квалификации в приговоре суд, однако, не привел. Приведенные же в нем доказательства показывали иное: Б. просил Ж. провести служебную проверку в рамках закона и передал деньги именно за законные действия.

Коллегия квалифицировала содеянное как дачу взятки должностному лицу в значительном размере (ч. 2 ст. 291 УК) и смягчила наказание (определение ВС РФ от 08.07.2026 по делу № 127-УД26-10-К4).

3. ВС РФ напомнил, что нарушение ПДД самим потерпевшим суд вправе учесть как смягчающее обстоятельство

Суд осудил Н. за то, что он, управляя автомобилем, нарушил ПДД и по неосторожности причинил смерть человеку (ч. 3 ст. 264 УК). Апелляция приговор изменила: исключила два смягчающих обстоятельства — нарушение ПДД самой потерпевшей, которое способствовало наступлению общественно опасных последствий, и возраст Н., — усилила наказание и увеличила компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего П.

Между тем суд установил, что потерпевшая переходила проезжую часть по регулируемому переходу на запрещающий сигнал светофора, то есть нарушала обязанности пешехода. Автотехническая экспертиза подтвердила: в сложившейся ситуации пешеходу следовало руководствоваться разделом 4 ПДД.

Пункт 10 постановления Пленума ВС РФ от 09.12.2008 № 25 разъясняет: если суд установит, что последствия по ст. 264 УК наступили не только из-за того, что водитель нарушил ПДД, но и из-за того, что потерпевший не соблюдал конкретные пункты правил (например, перешел проезжую часть вопреки п. 4.3), суд вправе учесть это как смягчающее обстоятельство. Исключение — случаи, когда виновный водитель не выполнил обязанности по обеспечению безопасности пассажиров (п. 2.1.2 ПДД).

Апелляция же это обстоятельство исключила, хотя фактические обстоятельства прямо указывали, что последствия наступили в том числе по вине потерпевшей. Она упустила и то, что при назначении наказания суд следует ст. 60 УК и учитывает все обстоятельства дела, которые связаны с преступлением. Исключая возраст осужденного, апелляция вопреки п. 7 ч. 3 ст. 389.28 УПК не привела ни одного мотива.

ВС РФ отменил апелляционное и кассационное постановления и направил дело на новое апелляционное рассмотрение иным составом (кассационное определение ВС РФ от 02.07.2026 по делу № 4-УД26-20-К1).

1. ВС РФ указал, что право на компенсацию морального вреда к наследнику потерпевшего не переходит

Суд осудил Г. за то, что он в состоянии опьянения нарушил ПДД и по неосторожности причинил тяжкий вред здоровью человека (п. «а» ч. 2 ст. 264 УК). Иск потерпевшей М. суд удовлетворил частично: взыскал с Г. компенсацию морального вреда и расходы на антеградный бедренный Y-штифт с винтами для ее умершего супруга. Иск о возмещении ущерба суд оставил без рассмотрения и признал за М. право обратиться в порядке гражданского судопроизводства. Апелляция отменила приговор в части расходов на штифт и передала иск в этой части на гражданское рассмотрение.

После смерти супруга следователь признал М. потерпевшей и гражданским истцом (ст. 42, 44 УПК), и еще на стадии расследования она заявила иск о компенсации морального вреда.

Постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2020 № 23 требует, чтобы суд в приговоре привел мотивы, по которым он удовлетворяет иск или отказывает в нем, назвал размер и расчет присуждаемых сумм и закон, на котором основано решение. Характер вреда и размер требований суд устанавливает по совокупности исследованных доказательств — даже когда ответчик иск признал.

Удовлетворяя иск частично, суд сослался на то, что Г. навредил здоровью супруга М. и причинил ему физические и нравственные страдания, а сама истица, зная о состоянии здоровья и возрасте мужа, сильно переживала. Взысканную сумму суд назвал компенсацией морального вреда, причиненного и истице, и ее умершему супругу.

Это решение расходится и с фактическими обстоятельствами, и с гражданским законодательством. В иске М. связывала свои страдания со смертью мужа — кормильца семьи; в заседании она пояснила, что смерть мужа, по ее мнению, связана с ДТП, а ее собственное здоровье ухудшилось. Конкретных событий, которые его ухудшили, истица не назвала, а суд их не выяснил, хотя для правильного разрешения иска они важны.

Статья 1112 ГК исключает из состава наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности личные неимущественные права и другие нематериальные блага. Пункты 8 и 9 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 допускают переход к наследникам лишь права на уже присужденную сумму, которую потерпевший не успел получить.

Между тем супруг М. умер не от травм, полученных в ДТП, и его смерть прямо не связана с преступными действиями Г. При жизни он ни сам, ни через представителя иск к Г. о компенсации морального вреда не предъявлял.

ВС РФ отменил приговор, апелляционное и кассационное постановления в части, где суд удовлетворил иск о компенсации морального вреда, и направил дело в тот же суд первой инстанции для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства (кассационное определение ВС РФ от 02.07.2026 по делу № 56-УД26-14-К9).

2. ВС РФ обязал кассацию проверить довод о неотмененном приостановлении следствия

Суд признал К. виновным в том, что он группой лиц по предварительному сговору незаконно переместил через таможенную границу Таможенного союза наркотические средства в значительном размере (п. «а», «в» ч. 2 ст. 229.1 УК), а также незаконно приобрел и хранил без цели сбыта наркотики в крупном размере (ч. 2 ст. 228 УК).

В кассации защита указывала: в деле лежит неотмененное постановление о приостановлении предварительного следствия, а значит, все следственные действия после этой даты незаконны — в том числе окончательное обвинение и обвинительное заключение, которое утвердил прокурор. Доводы о нарушении сроков следствия суды всех инстанций не оценили.

Этот конкретный довод кассация так и не разобрала. Она ограничилась общей фразой, что первая и апелляционная инстанции доводы проверили, подтверждения им не нашли и обоснованно отвергли с приведением мотивов, с которыми коллегия соглашается.

Между тем решения об отмене постановления о приостановлении следствия в деле нет. Такое обстоятельство требует тщательной проверки и оценки: без них вывод о законности состоявшихся судебных решений сделать нельзя, на что адвокаты в жалобах обоснованно указывали.

ВС РФ отменил кассационное определение и передал дело на новое кассационное рассмотрение иным составом (кассационное определение ВС РФ от 02.07.2026 по делу № 4-УД26-14-К1).