8 октября Президиум Верховного Суда утвердил Обзор судебной практики ВС № 3 (2025), включающий в себя 20 правовых позиций Судебной коллегии по гражданским делам ВС.
Защита права собственности и других вещных прав
В п. 1 обзора разъяснено, что при разрешении спора в отношении земельного участка, госсобственность на который не разграничена, суду следует установить, к чьим полномочиям относится распоряжение этим участком и какой орган исполнительной власти субъекта РФ либо муниципального образования вправе предъявлять требования в отношении него. ВС отметил, что при совершении последующих сделок с предоставленным гражданину земельным участком требования публично-правового образования о возврате этого участка разрешаются на основе ст. 301 ГК РФ с соблюдением положений о защите прав добросовестного приобретателя. По отношению к последующему приобретателю такие требования не могут быть удовлетворены путем признания права отсутствующим или аннулирования записей о праве в ЕГРН (Определение № 26-КГ24-8-К5).
Советник Федеральной палаты адвокатов РФ Ольга Власова заметила, что в п. 1 обзора рассматривается вопрос о защите прав добросовестного приобретателя и выбора правильного способа защиты прав истца в споре о возврате земельного участка, в данном случае в собственность публично-правового образования: «Не могу не обратить внимание на то, что, отменяя судебные акты нижестоящих инстанций, ВС РФ разъяснил в том числе, что решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия его недействительности, не является основанием для внесения записи в ЕГРП».
Адвокат филиала № 49 Московской областной коллегии адвокатов Татьяна Саяпина заметила: в этом пункте ВС РФ обратил особое внимание на то, что требование о признании зарегистрированного права отсутствующим является исключительным способом защиты и не подлежит удовлетворению, если нарушенное право может быть восстановлено с помощью специальных исков: «Такая позиция ВС подтверждает строго субсидиарный характер данного иска и препятствует его использованию для обхода общих положений о защите права собственности и добросовестного приобретателя».
В п. 2 отмечено, что положения ст. 222 ГК, которыми закреплены признаки самовольной постройки, не распространяются на строения, не относящиеся к недвижимости (Определение № 18-КГ25-195-К4). Ольга Власова заметила: в этом деле ВС РФ обращает внимание на то, что ст. 222 ГК РФ не распространяется на строения, не относящиеся к недвижимому имуществу.
Адвокат КА «Союз юристов Иркутской области» Алина Арбатская добавила, что в этом деле ВС РФ устранил допущенные нижестоящими судами нарушения норм материального и процессуального права. «Апелляция в нарушение положений закона не установила ни одного признака, по которому объект требовал бы сноса, не указала несоответствие спорного объекта целевому назначению. Кроме того, ВС в очередной раз указал на недопустимость указания выводов, требующих специальных познаний, в отсутствие заключения эксперта и недопустимость игнорирования имеющегося экспертного заключения», – заметила она.
Как указано в п. 4, отсутствие госрегистрации права собственности на земельный участок, возникшего до даты вступления в силу Закона о госрегистрации недвижимости, не препятствует признанию права собственности на этот участок в порядке наследования (Определение № 18-КГ24-284-К4).
Как полагает Алина Арбатская, в этом споре ВС затронул проблему признания ранее возникших прав на недвижимое имущество: «Регистрация ранее возникших прав до даты вступления в законную силу Закона о госрегистрации недвижимости является фактически правоподтверждающей, поскольку право на недвижимость уже существовало, а не возникло с подачей искового заявления. Разъяснения Суда, касающиеся сведений, которыми можно подтвердить право собственности, помогут собственникам недвижимости в доказывании и обосновании своих требований».
В п. 5 отмечено, что при установлении обстоятельств выбытия выморочного жилья из собственности публичного образования для целей применения ст. 302 «Истребование имущества от добросовестного приобретателя» ГК оценке подлежат действия (бездействие) публичного собственника в лице уполномоченных органов по принятию мер по выявлению выморочного имущества и оформлению своих прав на него (Определение № 5-КГ24-43-К2). По мнению Ольги Власовой, в этом определении ВС РФ содержатся ряд важных разъяснений, касающихся наследования выморочного имущества и оформления прав на него.
Защита прав потребителей финансовых услуг
В п. 7 обзора уточняется, что в случае заключения банком с гражданином-потребителем вместо договора банковского вклада договора личного страхования от имени страховщика, не позволяющего по требованию потребителя возвратить в полной мере денежные средства досрочно, суд тщательно проверит доводы потребителя о введении его в заблуждение и непредоставлении полной и достоверной информации о финансовой услуге. Обязанность доказать надлежащее предоставление информации об услуге и волеизъявление потребителя при обращении в банк на заключение договора страхования, а не договора вклада возложена на банк (Определение № 73-КГ25-1-К8).
По мнению Ольги Власовой, эта позиция ВС РФ полностью совпадает с ее позицией по аналогичному делу, которое находится в ее производстве. «К сожалению, суд первой инстанции не услышал наши доводы о том, что в случае заключения банком с гражданином-потребителем вместо договора банковского вклада договора личного страхования от имени страховой компании, не позволяющего по требованию потребителя в возвратить в полной мере денежные средства досрочно, суду следует тщательно проверять доводы потребителя о введении его в заблуждение и непредоставлении полной и достоверной информации о финансовой услуге. Надеюсь, теперь в суде апелляционной инстанции разъяснения ВС РФ по этому вопросу помогут нам отстоять права нашей доверительницы, пострадавшей от недобросовестных действий банка и страховой компании», – выразила надежду она.
Как полагает адвокат Татьяна Саяпина, разъяснение ВС РФ содержит важную позицию в сфере защиты прав потребителей финансовых услуг. «Суд возложил на банк бремя доказывания того, что потребитель добровольно и осознанно заключил договор страхования вместо договора банковского вклада, а также того, что ему была предоставлена полная и достоверная информация. Это усиливает защиту экономически более слабой стороны и корректирует подход нижестоящих судов, которые требовали от самого потребителя доказывать факт введения в заблуждение», – резюмировала она.
Член АП города Москвы Алина Емельянова заметила, что ВС РФ продолжает формировать практику, направленную на повышение стандарта доказывания в спорах с гражданами-потребителями для профессиональных участников рынка финансовых услуг. «Это важная правовая позиция, ориентирующая суды на более тщательную проверку обстоятельств заключения договора между банками и гражданами. Именно на банк возложена обязанность по доказыванию предоставления исчерпывающей информации о предлагаемом банковском продукте. Одного факта ознакомления гражданина с условиями договора недостаточно. Информация о финансовом продукте должна быть доведена до гражданина таким образом, чтобы это исключало возможность введения его в заблуждение относительно природы заключаемого договора», – убеждена она.
В п. 8 ВС РФ обратил внимание, что страховая компания, заключившая с гражданином договор личного страхования от заболевания COVID-19 без истребования у него сведений о наличии сопутствующих заболеваний, не вправе отказывать впоследствии в страховом возмещении, ссылаясь на положения Правил страхования о том, что заболевание COVID-19 при наличии таких сопутствующих заболеваний не является страховым случаем (Определение № 89-КГ24-15-К7).
Алина Емельянова заметила, что это разъяснение ВС РФ направлено на защиту прав граждан в отношениях со страховыми компаниями. «Так, по договору личного страхования риск непредставления сведений, которые могут увеличить вероятность наступление страхового случая, лежит на страховщике, который сам не предпринял активных действий по получению этих сведений. Кроме того, ВС подчеркивает важность правильного истолкования условия договора страхования при наличии в нем противоречивых, неясных условий. Он напоминает, что в таком случае судам следует применять положения ч. 2 ст. 431 ГК. Такой подход ВС имеет важное значение для правоприменительной практики и направлен на недопущение злоупотреблений со стороны профессиональных участников рынка финансовых услуг в отношениях с гражданами-потребителями», – заключила эксперт.
Защита нематериальных прав
В п. 12 отмечается, что на редакцию СМИ не может быть возложена обязанность удалить правомерно опубликованные статьи и видеорепортажи, содержащие сведения о гражданине и его изображение, по мотиву утраты актуальности (Определение № 5-КГ25-15-К2).
По мнению Алины Арбатской, ВС РФ обоснованно указал на правомерность опубликованной статьи и видеорепортажа. «Законом не предусмотрено удаление правомерно опубликованных СМИ материалов в связи с утратой ими актуальности. К этим правоотношениям применяются Закон о СМИ и положения ГК РФ, а не нормы о прекращении обработки персональных данных. Это решение ВС станет еще одним ориентиром для принятия решений по аналогичным делам и поможет сформировать единый подход к рассматриваемым спорам», – убеждена адвокат.
Защита трудовых и социальных прав граждан
В п. 15 уточняется, что нормы трудового законодательства, включая нормы, устанавливающие сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, в том числе о невыплате или неполной выплате зарплаты и других выплат, причитающихся работнику, применяются к отношениям, возникшим на основании гражданско-правового договора, только после признания судом таких отношений трудовыми (Определение № 64-КГ24-4-К9).
Как считает Татьяна Саяпина, в этом деле закреплен принципиальный подход к срокам исковой давности по спорам о признании отношений трудовыми: «ВС РФ постановил, что годичный срок взыскания невыплаченной зарплаты начинает течь не с момента каждой просрочки платежа по гражданско-правовому договору, а с момента установления судом факта наличия трудовых отношений. Это исключает ситуацию, когда работник лишается права на взыскание зарплаты из-за пропуска срока еще до того, как суд признал его работником».
Согласно п. 17, если отказ в приеме на работу гражданина будет признан судом незаконным, то в целях восстановления нарушенных трудовых прав такого гражданина его требование о возложении на работодателя обязанности заключить с ним трудовой договор также подлежит удовлетворению судом (Определение № 2-КГ24-8-К3).
Татьяна Саяпина полагает, что этот пункт проясняет защиту прав граждан при необоснованном отказе в приеме на работу: «ВС РФ прямо указал, что если суд признает отказ незаконным, то он обязан удовлетворить требование о понуждении работодателя заключить трудовой договор. Это восстанавливает нарушенное право на труд в полном объеме, а не ограничивается лишь констатацией нарушения».
Процессуальные вопросы
В случае введения процедуры банкротства в отношении должника присужденные судом общей юрисдикции к взысканию с него денежные суммы подлежат индексации до дня введения первой процедуры по делу о его банкротстве, подчеркнуто в п. 20 (Определение № 18-КГ24-242-К4).
Партнер АБ «Синум АДВ» Артем Казанцев заметил: в этом деле ВС установил, что отказ в удовлетворении заявления об индексации присужденных денежных сумм за период до дня введения первой процедуры по делу о банкротстве должника влечет нарушение права кредитора на возмещение инфляционных потерь вследствие несвоевременного исполнения должником решения суда, вступившего в законную силу до дня введения процедуры банкротства. «В декабре 2024 г. Суд уже выпускал обзор судебной практики по вопросам, связанным с индексацией присужденных судом денежных сумм на день исполнения решения суда, где устанавливал возможность индексировать суммы со дня вынесения решения суда до дня введения первой процедуры по делу о банкротстве. Тем не менее кредиторы продолжили сталкиваться в нижестоящих судах с отказом в индексации присужденных денежных сумм за период, предшествовавший введению первой процедуры банкротства в отношении должника. Во избежание продолжения указанных нарушений ВС повторно подтвердил необходимость удовлетворения требований об индексации задолженности до дня введения первой процедуры», – указал эксперт.