К сожалению, в бракоразводных делах стороны иногда считают, что можно действовать как на войне — все средства хороши. Порой отношения между супругами обостряются настолько, что жены пускают в ход «новейшее оружие» — обвинение супруга в педофилии. Плохо то, что вовремя отделить «быт в стесненных условиях» от педофилии у органов предварительного расследования и прокуроров получается далеко не всегда. Например, папа в отсутствие жены в «плановом» порядке искупал малолетнюю дочь: данные действия ими смело квалифицируются по ст. 132 УК. Скажем больше, сама по себе «демонстрация» мужчиной своего обнаженного тела (даже случайная в условиях стесненности) несовершеннолетнему следователями порой толкуется уже как оконченное тягчайшее преступление.

Нельзя не сказать и о «драконовском» в прямом смысле этого исторического понятия судебном толковании ст. 132 УК, в рамках которого рутинная практика семейного похода в баню еще только на этапе замысла a priori — уже не что иное, как приготовление к особо тяжкому преступлению.

Далее в статье опишем хорошую работу высшей судебной инстанции и следствия, которые смогли разобраться в обстоятельствах уголовных дел, когда матери детей обвинили своих мужей в совершении насильственных действий сексуального характера (ст. 132 УК). Особую общественную опасность представляет тот факт, что инициаторы подобных ложных доносов, во-первых, «втемную» используют своих детей, во-вторых, срежиссированный ими же самими «факт действий сексуального характера» фиксируют на видео.

Скрытая съемка матерью отца на видео: оправдательное решение ВС РФ

Согласно версии обвинения, Александр Попов (имя и фамилия изменены), якобы имея заранее обдуманный умысел на совершение развратных действий в отношении своей малолетней дочери, в ванной квартиры, используя беспомощное состояние ребенка, в нарушение общепринятых норм поведения и морали взаимоотношений между родителями и детьми, совершил развратные действия, чем однозначно нарушил право ребенка на половую неприкосновенность и нормальное психосексуальное развитие. Собственно преступление заключалось в том, что он принимал ванну, в то время как в совмещенный санузел зашла и его дочь.

Эти действия Попова следствие изначально квалифицировало по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК — насильственные действия сексуального характера, с использованием беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей), совершенные в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста.

В подтверждение данной правовой позиции сторона обвинения предоставила такие доказательства:
1) показания супруги осужденного, утверждавшей, что совершенно случайно застала дочь в ванной комнате, когда в ней мылся обнаженный муж;
2) видеозапись данного момента на мобильный телефон, которую сделала супруга.

Сам Попов факт умышленной демонстрации своего обнаженного тела ребенку всегда и последовательно отрицал.

При таких обстоятельствах предмет доказывания по делу мгновенно сузился, буквально до двух-трех позиций. Во-первых, с какой целью дочь вошла в ванную комнату, когда в ней мылся отец? Во-вторых, как к данному факту изначально отнеслась супруга осужденного? Наконец, в третьих, и это главное — в какой момент супруга начала съемку происходящих событий на камеру телефона?

По приговору Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 13.03.2024 Попов был осужден по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК, суд назначил ему наказание в виде 12 лет 6 месяцев лишения свободы. Апелляционная и кассационные инстанции оставили приговор суда без изменений.

Позиция защиты. В кассационной жалобе, адресованной в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РФ, адвокат Попова — В.В. Дегтярев — в защиту осужденного просил об оправдании своего подзащитного с признанием за ним права на реабилитацию. По мнению защитника, достоверных и достаточных доказательств виновности Попова в преступлении в деле вообще не было. Так, выводы суда первой инстанции о характере и последовательности действий осужденного полностью не соответствовали фактическим обстоятельствам. В частности, из представленного суду заключения специалиста Х. усматривалось, что в исследованных видеоизображениях (представленных супругой осужденного) отсутствуют как демонстрация, так и даже попытка демонстрации Поповым своего тела. Также со стороны Попова не было действий, которые могут быть расценены как сексуальные. Аналогичными были выводы и двух других специалистов.

Особый интерес также представляет тот факт, что в апелляционной инстанции судья-докладчик и председательствовавший в судебном заседании высказал особое мнение: вина Попова в совершении инкриминируемого ему преступления не доказана. Он предложил обвинительный приговор отменить, постановить оправдательный апелляционный приговор.

В дополнение к кассационной жалобе адвокат указал также на наличие неприязненных отношений между осужденным и законным представителем потерпевшей (женой), заявлял о провокационной роли последней в его уголовном преследовании, инсценировке события преступления с участием дочери. Приводя выдержки из показаний супруги, которые она дала в ходе очной ставки, осужденный утверждал, что последняя не отрицала, что в ванную она вошла, держа в одной руке посуду для мытья, а в другой — мобильный телефон. То есть супруга «начала съемку на телефон заранее, из коридора».

В заключение сам Попов высказал озабоченность по поводу судьбы несовершеннолетних детей, приложил копии писем своего пасынка, а также копии заключений психологического обследования детей.

Уже при рассмотрении дела в ВС РФ прокурор Генеральной прокуратуры РФ выразил позицию: приговор и последующие судебные решения в отношении Попова отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, избрать меру пресечения Попову в виде запрета определенных действий. Потерпевшая сторона против удовлетворения жалобы защиты возражала.

Решение ВС РФ. ВС РФ в своем решении отметил, что из показаний Попова, данных в ходе следствия, усматривается, что он проживал с супругой и двумя малолетними детьми. Незадолго до инкриминируемых ему событий он, уложив детей спать, пошел в ванную комнату, без одежды лег в ванную и стал набирать воду. Вдруг из-за двери он услышал голос супруги, которая сказала дочери: «папа в ванной, зайди к нему». После этого в ванную забежала дочь.

Признавая Попова виновным, суд сослался на показания его супруги, которая показала, что застала дочь в санузле в тот момент, когда Попов, обнаженный, лежал в ванной. Она успела снять два видео, на которых запечатлены Попов и дочь.

Судебная коллегия ВС РФ обратила внимание на тот факт, что на момент совершения инкриминируемых осужденному действий между супругами Поповыми сложились неприязненные отношения, связанные с разводом, разделом имущества. При этом в период бракоразводного процесса Попова по совету своего адвоката неоднократно осуществляла фотосъемки своего супруга и дочери, в том числе в помещении ванной комнаты, совмещенной с туалетом. Здесь нельзя не отметить негативную роль адвоката супруги Попова.

ВС РФ указал, что суд первой инстанции не опроверг показания Попова об обстоятельствах появления дочери в ванной комнате. Судьи ВС РФ особенно отметили, что «вызывает удивление тот факт, что мать, обнаружив дочь совместно с осужденным в ванной, не предприняла никаких попыток сразу же забрать ребенка, а спокойно продолжала производить видеосъемку этой ситуации». После производства видеосъемки женщина, оставив малолетнюю дочь на месте происшествия — в опасном, по ее мнению, состоянии, тут же отправила данную запись своему адвокату. Об имевшем место происшествии она сообщила в правоохранительные органы спустя значительное время.

Вместе с тем из содержания видеофайлов следовало, что съемка начата за пределами ванной комнаты (то есть заблаговременно), а не в момент появления Поповой в ванной комнате, о чем она сообщала в своих показаниях. При этом никаких иных доказательств, подтверждающих виновность осужденного в совершении инкриминируемых ему действий либо свидетельствующих о его умысле на их совершение, в приговоре не приведено.

При таких обстоятельствах, Судебная коллегия ВС РФ пришла к выводу об отсутствии в действиях Попова состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 132 УК. Со ссылкой на нормы ст. 14 УПК о том, что все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном законом, толкуются в пользу обвиняемого, с учетом отсутствия по делу совокупности достаточных и неоспоримых доказательств виновности Попова в инкриминируемом ему преступлении, ВС РФ принял решение: приговор и последующие судебные решения в отношении Попова отменить, а уголовное дело прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК за отсутствием в его действиях состава преступления, признать за ним право на реабилитацию (кассационное определение ВC РФ от 04.03.2026 по делу № 78-УД25-19-КЗ).

Доказывание оговора следствием

В марте 2024 года следственный отдел по Верх-Исетскому району города Екатеринбурга возбудил уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 5 ст. 132 УК. Основанием его возбуждения стало заявление гражданки Телмах Н.Т. (фамилия изменена), в котором она просила привлечь к уголовной ответственности двух своих бывших супругов: Александрова А.В. и Телмаха Г.В., а также неизвестных ей лиц, которые совершили в отношении ее малолетних детей, Александровой В.А. (7 лет) и Телмаха В.Г. (3 года), преступления против половой свободы и половой неприкосновенности. Информация о содеянном ей стала известна со слов дочери, Александровой В.А.

Девочка показала, что в августе 2024 года ее отчим (Телмах) забрал ее саму и малолетнего брата, Телмаха В.Г., после чего они в тот же день встретились с ее отцом, Александровым А.В., и ее старшей сестрой, Александровой Д.А., с которыми проследовали в СНТ «Росинка» на дачу к отцу. Там же ее познакомили с двумя мужчинами, которых звали Ваня и Максим и которых она видела впервые. Спустя сутки, в ночное время, она (Александрова В.А.) услышала какие-то звуки, доносившиеся с первого этажа, пошла посмотреть, что происходит. С лестницы заметила, что ее отец, Александров, и отец ее брата, Телмах, вступали в половое сношение с разными девушками. Увидев такое, она ушла в свою комнату. Затем в комнате появились Максим и Ваня, которые ее раздели и стали совершать с ней и ее братом действия сексуального характера. Также девочка добавила следователю о множестве таких эпизодов, в разные дни и в разных местах.

Бывшие супруги заявительницы — матери детей, Телмах и Александров, как на допросах, так и во время очных ставок с девочкой все отрицали. При этом, согласно заключениям судебно-медицинских экспертов, каких-либо следов, которые малолетние потерпевшие неизбежно должны были бы получить в результате вышеуказанных действий сексуального характера, выявлено не было.

Тем не менее подозреваемые были задержаны и от них потребовали сразу во всем признаться.

В этой непростой ситуации защита попросила следствие провести следственные действия несколько нестандартным способом. По инициативе стороны защиты следствие предъявило малолетней Александровой выбранные методом случайной выборки и распечатанные фотоизображения известных в мире деятелей культуры и шоу-бизнеса. Просмотрев эти фотоизображения, девочка пояснила, что все запечатленные на них лица мужского и женского пола находились на даче у ее отца — Александрова А.В., а также совершали в отношении нее и ее брата преступления. На предъявленных фотоизображениях были запечатлены: известный зарубежный исполнитель Эминем (Ваня), деятель культуры Константин Хабенский (Максим), известная зарубежная актриса Меган Фокс (Варя), известный зарубежный актер Генри Кавилл (Кирилл), певица Максим (Лера), известная зарубежная актриса Скарлетт Йоханссон (Яна).

Инициатор уголовного преследования мужей — мать детей — была допрошена с применением полиграфа. В итоге в деле появился протокол свидетеля Г.Н.А., из которого следовало, что она работает в ГУ МВД России по Свердловской области в должности старшего оперуполномоченного по особо важным делам. Поскольку у нее имеется высшее психологическое образование, а также ею пройдена переподготовка по специальности «Проведение психофизиологических исследований», она проводит опросы с применением полиграфа лиц, заподозренных в совершении преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности. В декабре 2024 года с применением полиграфа она провела опрос Телмах Н.Т. с целью установления достоверности даваемых ею показаний о совершении в отношении ее малолетних детей преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности со стороны ее бывших мужей, которые одновременно с этим являются отцами детей. В ходе опроса Телмах она установила, что мать по характеру является эмоционально неустойчивой, импульсивной, истеричной и плаксивой натурой. У нее имеется навязчивая идея, выраженная в совершении любых действий, лишь бы только ее дети остались проживать с ней. Указанная навязчивая идея Телмах нашла свое выражение в ложном обвинении ее бывших мужей — Телмаха и Александрова в совершении преступлений против половой неприкосновенности и свободы их детей. При этом в ходе опроса с применением полиграфа было установлено, что все те сведения, которые рассказывала Телмах, с указанием конкретных обстоятельств совершенных преступлений, являются не более чем ее фантазиями, которые она спроецировала на своих детей. Также в ходе опроса с применением полиграфа было установлено, что Телмах придумала и смоделировала описываемую ситуацию, она каким-то образом смогла убедить своих детей в реальности данной ситуации, и в то же время Телмах сама верит в указанную ситуацию. Кроме того, при проведении опроса Телмах призналась в том, что в своей сексуальной жизни с последним мужем, Телмахом Г.В., неоднократно экспериментировала, в том числе осуществляла действия по переодеванию в различные наряды (учитель, медицинский работник и т. д.), а также встречала своего бывшего супруга в таком виде с работы, для разнообразия их сексуальной жизни.

Наконец, чтобы удостовериться в «правдивости» показаний матери, следствие получило данные о месте расположения вблизи базовых станций телефонов несовершеннолетних. С помощью этих данных следователь и установил, что в тех местах, про которые дети рассказывали, они не находились.

Итог предварительного расследования: уголовное дело прекращено за отсутствием события преступления (постановление о прекращении уголовного дела следователя по особо важным делам третьего отдела по расследованию особо важных дел следственного управления СК РФ по Свердловской области от 23.03.2026 № 1240265000300015).

Выводы для практиков

Увы, стало печальной практикой то, что женщины на почве личных неприязненных отношений, преследуя корыстные цели, идут на фальсификацию доказательств, чтобы обвинить своих мужей в педофилии. Анализ двух вышеозначенных дел показывает, что это работает. Отсюда общий вывод: обострились отношения в семье — ждите провокации.

Имеются также достаточные основания полагать, что на подобные действия женщины решаются в том числе и с подсказки своих адвокатов. Органы предварительного расследования далеко не всегда на этапах регистрации заявления, возбуждения уголовного дела и следствия способны сразу распознать факт оговора.

В освобождении невиновных от уголовной ответственности особо следует отметить роль конкретных адвокатов. В первом случае защитник добился отмены обвинительного приговора в Верховном Суде РФ — показательное достижение, безусловно, стратегического значения. Интересен и тактический подход: когда сторона защиты осознала, что ее не слышат и слышать не хотят, Попов, сославшись на ст. 51 Конституции РФ, прекратил давать показания. Во втором случае адвокат сразу подсказал варианты проверки показаний лиц, оговаривавших его доверителя. Удалось доказать, что такие лица, как Ваня и Максим, а равно бывшие с ними женщины, — фигуры явно вымышленные. С применением технических средств было убедительно доказано, что малолетние дети никогда не находись в тех местах, о которых они рассказали следователю.