В деле о взыскании неосновательного обогащения нижестоящие судебные инстанции посчитали срок с момента направления претензии. Верховный Суд указал, что такой подход неправильный.

Фабула дела:
С.Д.Р. обратился в суд с иском к К.О.В. о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 500 000 руб., а также комиссии за перевод денежных средств в сумме 3 000 руб. в качестве убытков, судебных расходов.

Возражая против иска, ответчик просила применить исковую давность.

Позиции судов первой, апелляционной и кассационной инстанций:
С.Д.Р. обратился в суд с иском к К.О.В. о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 500 000 руб., а также комиссии за перевод денежных средств в сумме 3 000 руб. в качестве убытков, судебных расходов.

Возражая против иска, ответчик просила применить исковую давность.

Удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции исходил из того, что между сторонами не возникли какие-либо договорные правоотношения, в силу которых ответчик имеет право на получение спорной суммы, доказательств обратного ответчиком суду не представлено.

Отклоняя заявление ответчика о применении исковой давности, суд апелляционной инстанции указал, что применительно к спорным правоотношениям, возникшим из неосновательного обогащения, срок возврата которого законом не определен, начало течения срока исковой давности необходимо исчислять со дня направления истцом 14 сентября 2021 г. требования о возврате неосновательно полученной суммы, которое не было исполнено ответчиком.
Установив, что с иском истец обратился в суд 5 декабря 2023 г., в пределах трехлетнего срока, установленного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что срок исковой давности истцом не пропущен.

С выводами суда апелляционной инстанции согласился и кассационный суд общей юрисдикции.

Позиция Верховного Суда:
Как указывал С.Д.Р., с целью сотрудничества с К.О.В., являющейся индивидуальным предпринимателем в сфере продажи продуктов, напитков, он осуществил предоплату за товар в общей сумме 1 500 000 руб., что подтверждается заявлениями на перевод денежных средств от 15 января 2019 г. в сумме 500 000 руб., от 18 января 2019 г. в сумме 500 000 руб., от 22 января 2019 г. в сумме 500 000 руб., а также выпиской АО «Генбанк» от 2 апреля 2024 г.

Поскольку К.О.В. товар поставлен не был, 14 сентября 2021 г. и 17 июня 2022 г. истец направлял ответчику претензии о возврате денежных средств, однако письма возвращались с пометкой «истек срок хранения».

В августе 2022 года С.Д.Р. обратился к мировому судье судебного участка № 7 г. Армавира Краснодарского края с заявлением о вынесении судебного приказа о взыскании денежных средств с К.О.В.

Определением мирового судьи судебного участка № 7 г. Армавира Краснодарского края от 18 августа 2022 г. С.Д.Р. отказано в вынесении судебного приказа в связи с наличием спора о праве.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что с выводами судов апелляционной и кассационной инстанций согласиться нельзя по следующим основаниям.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 196 данного кодекса общий срок исковой давности устанавливается в три года, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.

В силу пункта 1 статьи 200 названного кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из приведенных выше норм следует, что по общему правилу срок исковой давности для требований о взыскании неосновательного обогащения надлежит исчислять с момента уплаты денег или передачи иного имущества, поскольку истец при совершении этих действий как правило должен знать об отсутствии соответствующих правовых оснований.

При этом необходимо учитывать, что срок исковой давности в условиях, когда неосновательное обогащение возникло на основании нескольких платежей в пользу ответчика, рассчитывается по каждому из них.

Поскольку суд признал, что между сторонами отсутствовали договорные отношения, то отсутствовали и основания для истечения срока исковой давности с того момента, когда истцу, по его утверждению, стало известно о том, что ответчик не намерена поставлять товар.

При разрешении спора суду апелляционной инстанции в соответствии с требованиями части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и исходя из указанного истцом основания иска следовало определить в качестве юридически значимого обстоятельства момент, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Между тем этого сделано не было.

Кассационный суд общей юрисдикции ошибки суда апелляционной инстанции не исправил.

С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации пришла к выводу, что допущенные судебными инстанциями нарушения норм права являются существенными, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 февраля 2025 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 11 июня 2025 г. нельзя признать законными, они подлежат отмене, а дело — направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2025 г. № 18-КГ25-442-К4 (УИД 23RS0006-01-2024-000070-94)