В рамках статьи проведем анализ обстоятельств, связанных с ограничением права обвиняемого на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве по уголовному делу о покушении на сбыт наркотиков. Анализ обстоятельств дела дает основание для вывода о незаконности, необоснованности и несправедливости уголовного судопроизводства, а анализ схожих примеров показывает распространенность такой ситуации на практике.

Пример нарушения

Следователем следственного отдела одного из ОМВД России по Московской области было возбуждено уголовное дело¹ в отношении гражданина РФ С., ранее несудимого, по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК. В ходе расследования данного дела в адрес прокурора через указанного выше следователя поступило ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве в порядке, установленном ст. 317.1 УПК, подписанное обвиняемым и адвокатами-защитниками.

В целях содействия в раскрытии и расследовании преступления, установления всех обстоятельств произошедшего, изобличения в уголовном преследовании других соучастников преступления С. обязался в рамках предстоящего досудебного соглашения о сотрудничестве выполнить следующие действия:

• дать подробные изобличающие показания в отношения себя, а именно: предоставить органам следствия информацию, до того им неизвестную;
• дать подробные изобличающие показания (предоставить органам следствия информацию, до того им неизвестную) в отношении Д.;
• дать подробные изобличающие показания (предоставить органам следствия информацию, до того им неизвестную) в отношении Ж.;
• дать согласие на проведение проверки показаний на месте согласно ст. 194 УПК — в целях установления новых обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела;
• сообщить достоверную информацию, известную ему, анкетные данные неустановленного «наркосбытчика» органам предварительного следствия;
• добровольно участвовать в следственных действиях, проводимых по данному уголовному делу, а также подтвердить свои показания по всем обстоятельствам уголовного дела;
• проявить готовность к участию в необходимых ОРМ (наблюдение) с целью установления дополнительных участников преступления;
• подтвердить свои показания при последующих следственных действиях, а также в суде.

Через некоторое время было снова подано ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве со стороны С. через адвокатов-защитников. Спустя несколько месяцев указанный выше следователь вынес постановление об отказе в удовлетворении ходатайства С. о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. Свое решение он мотивировал тем, что указанная информация не обладает оперативным интересом, а на момент рассмотрения ходатайства правоохранительным органом г. Москвы уже известно о противоправной деятельности Ж., о которой заявил С.

Между тем на интернет-сайте одного из районных судов г. Москвы адвокаты С. нашли информацию о том, что в отношении Ж. была избрана мера пресечения в порядке ст. 107 УПК в рамках уголовного дела по обвинению его в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 228.1 УК. Соответственно, напрашивался вывод, что в период времени, когда следователь рассматривал ходатайство С., информация, представленная им в ходатайстве, была фактически реализована. Скорее всего, оперативные сотрудники после поступления ходатайства С. начали проводить комплекс ОРМ, благодаря которым «полезная» информация, являющаяся де-факто предметом предстоящего досудебного соглашения о сотрудничестве, выступила отправной точкой ОРД.

Общая характеристика права на заключение досудебного соглашения

Досудебное соглашение о сотрудничестве представляет собой соглашение между сторонами обвинения и защиты, в котором указанные стороны согласовывают условия ответственности подозреваемого или обвиняемого в зависимости от его действий после возбуждения уголовного дела или предъявления обвинения (п. 61 ст. 5 УПК). Изначально появление института досудебного соглашения о сотрудничестве имело целью раскрытие и расследование «заказных» убийств, фактов бандитизма, наркопреступлений, коррупционных проявлений².

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 16 «О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве» обращено внимание на то, что нормы гл. 40.1 УПК регламентируют особенности не только судебного разбирательства, но и досудебного производства по уголовному делу, а строгое соблюдение всех требований этой главы является обязательным условием вынесения законного, обоснованного и справедливого приговора (п. 1).

В практике до сих пор не разрешен вопрос относительно обязательности разъяснения каждому подозреваемому, обвиняемому его права на заявление ходатайства о заключении досудебного соглашения (см.: определение СКУД ВС РФ от 14.04.2010 № 66-О10-41). Принимая во внимание то, что именно следователь (дознаватель) осуществляет уголовное преследование на досудебных стадиях, а также учитывая положения ч. 1 ст. 11 УПК, именно на него возложена обязанность разъяснить подозреваемому и обвиняемому права, предусмотренные ст. 46 и 47 УПК.

Как представляется, неразъяснение подозреваемому и обвиняемому права на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве ущемляет гарантированное ему УПК право, данное нарушение должно признаваться существенным и влечь либо возвращение уголовного дела прокурору, либо отмену приговора³. Впрочем, Верховный Суд РФ, признав неразъяснение обвиняемому права заявить ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве нарушением уголовно-процессуального закона, указал, что это нарушение не является препятствием для рассмотрения дела по существу и не исключает возможности вынесения судом приговора или другого решения (кассационное определение СКУД ВС РФ от 14.04.2010 № 66-О10-41).

Следует иметь в виду, что прокурор, гособвинитель вправе подтвердить активное содействие обвиняемого следствию в изобличении и уголовном преследовании не только других соучастников преступления, в котором обвиняется это лицо, но и участников иного преступления, совершенного без участия подсудимого (п. 3 ч. 1 ст. 317.5, п. 3 ч. 4 ст. 317.7 УПК) (см. также: определение СКУД ВС РФ от 05.03.2025 № 73-УД24-9-К8). При этом суды допускают заключение досудебного соглашения о сотрудничестве с лицом, совершившим преступления без соучастия других лиц, поскольку ст. 317.7 УПК не установлено иное.

Реализация информации, полученной от обвиняемого в ходе ОРД

Подозреваемый или обвиняемый вправе заявить ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве с момента начала уголовного преследования до объявления об окончании предварительного следствия (ч. 1 ст. 317.1 УПК)⁴. Если руководствоваться определением уголовного преследования в п. 55 ст. 5 УПК, можно заключить, что такого рода деятельность осуществляется, только когда появляется подозреваемый и обвиняемый.

Российская правоприменительная практика (определение КС РФ от 29.09.2022 № 2226-О) допускает случаи, когда сотрудники органов, осуществляющих ОРД, первыми сталкиваются с «заподозренным» лицом, не имеющим еще формального процессуального статуса, закрепленного в ст. 46 УПК, по итогам проведения ОРМ (например, проверочной закупки или оперативного эксперимента). В таком случае уголовное дело еще не возбуждено, а «полезная» информация предоставляется не следователю (дознавателю) в рамках ходатайства, направленного в порядке, предусмотренном ст. 317.1 УПК, а оперативным сотрудникам без гарантий последующего заключения досудебного соглашения о сотрудничестве с лицом, ее предоставившим. Соответственно, в таком случае досудебное соглашение о сотрудничестве де-факто заключено, но на него не распространяется режим, предусмотренный гл. 40.1 УПК, поскольку, во-первых, объект оперативной разработки или проверки в рамках оперативно-розыскной деятельности не имеет процессуального статуса подозреваемого и обвиняемого, а, во-вторых, ходатайство о заключении досудебного соглашения, как представляется, заключается в целях содействия именно следствию в раскрытии и расследовании преступления.

В то же время информация, которая предоставлена обвиняемым в рамках ОРД в отсутствие досудебного соглашения, способствовала фактическому раскрытию преступления и также должна учитываться судом при постановлении приговора, однако может быть расценена только как смягчающее обстоятельство по п. «и» ч. 1 ст. 61 УК (п. 30 постановления Пленума ВС РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания»). Такое подтверждение может быть отражено в соответствующем письме (справке-характеристике) в адрес следователя либо суда за подписью руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. Рассчитывать же на применение ч. 2 или ч. 4 ст. 62 УК, как следует из судебной практики, в подобном случае подсудимый не может (определение СКУД ВС РФ от 10.11.2010 № 49-О10-157).

Процессуальные последствия нарушений при отказе в заключении досудебного соглашения

В примере, приведенном в начале статьи, можно усмотреть несоблюдение следователем процессуального срока рассмотрения ходатайства С. о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, установленного ч. 3 ст. 317.1 УПК (трое суток с момента получения). Это существенным образом нарушает право уголовно преследуемого лица на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве.

Судебной практикой выработано правило: несоблюдение срока, предусмотренного ч. 3 ст. 317.1 УПК, не является существенным нарушением в тех случаях, когда досудебное соглашение о сотрудничестве в итоге заключено (см. приговор Зареченского районного суда г. Тулы от 27.01.2022 по делу № 1-5/2022). В уголовном деле по обвинению С. заключение соглашения так и не состоялось. Более того, постановление следователя об отказе в удовлетворении ходатайства о заключении досудебного соглашения также вынесено с существенным (несколько месяцев) нарушением срока. Следствием этого стали невозможность обжалования данного решения по ч. 4 ст. 317.1 УПК и нарушение права на защиту. Такое право защита фактически реализовала, только посредством подачи жалобы в порядке ст. 124, ч. 4 ст. 317.1 УПК, уже в рамках ведомственного контроля и прокурорского надзора.

Неоднократное обращение защиты к следователю с ходатайством о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве свидетельствует о том, что информация, которую намеревается предоставить следствию подзащитный, может в действительности представлять интерес для правосудия, а затягивание решения о ее рассмотрении должностными лицами может расцениваться как нарушение прав обвиняемого (апелляционное определение Новосибирского областного суда от 31.08.2018 по делу № 22-4435/2018). Дело в том, что информация, которой располагает обвиняемый, может утратить актуальность именно по причине длительного бездействия следователя и прокурора. Применительно же к обстоятельствам анализируемого дела затягивание сроков рассмотрения ходатайства по существу не было обусловлено загруженностью следователя и недостатками организации его работы, а осуществлялось умышленно, чтобы дождаться возникновения обстоятельств, дающих основание для формального отказа в удовлетворении.

Нарушением при принятии следователем решения об отказе в удовлетворении ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве суды считают отсутствие попытки установить вид и объем информации, которую подозреваемый (обвиняемый) мог бы предоставить в рамках досудебного соглашения, формальную констатацию какого-либо факта. Такие решения следственных органов, по мнению судов, лишают подсудимого права на рассмотрение уголовного дела в соответствии с гл. 40.1 УПК, что существенно влияет на правила назначения наказания (см.: приговор Смоленского районного суда Смоленской области от 02.03.2018 по делу № 1-21/2018).

Когда ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве рассмотрено с нарушением срока, предусмотренного ч. 3 ст. 317.1 УПК, и в итоге вынесено постановление об отказе в его удовлетворении, суды возвращают дело прокурору, поскольку это обстоятельство препятствует вынесению справедливого решения (подробнее см.: постановление ВС Удмуртской Республики от 25.07.2012 по делу № 2-43/2012). В качестве мотивировки суды указывают, что строгое соблюдение всех требований гл. 40.1 УПК является обязательным условием вынесения законного, обоснованного и справедливого решения по делу. Недопустимо понижение уровня гарантий прав и законных интересов участников судебного разбирательства, установленных в том числе гл. 40.1 УПК.

Факт обращения подозреваемого (обвиняемого) с просьбой о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве всегда должен приниматься во внимание при назначении наказания (апелляционное определение Свердловского областного суда от 16.04.2015 № 22-3314/2015). Судебная практика допускает фактическое заключение досудебного соглашения о сотрудничестве посредством анализа процессуальных документов и допроса следователя в судебном заседании (приговор Юрьевецкого районного суда Ивановской области от 05.07.2010 по делу № 1-46).

ИЗ ПРАКТИКИ. Обвиняемая Т.А. в порядке ч. 1 ст. 317.1 УПК на имя прокурора подала ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. В нем она обязалась предоставить подробную информацию о лицах, торгующих наркотическими средствами, о месте их жительства. Данное ходатайство следователь в нарушение трехсуточного срока, установленного ч. 3 ст. 317.1 УПК, рассмотрел спустя 20 суток.
Суд, согласившись со стороной защиты, счел, что отсутствие результата в виде доказательств, подтверждающих достоверность данных Т.А. показаний, направленных на исполнение взятых ею обязательств, в значительной части было предопределено ненадлежащей и несвоевременной организацией расследования проверки ее показаний. Суд, руководствуясь позициями, сформированными Верховным Судом РФ и Конституционным Судом РФ, полагает необходимым учесть действия Т.А., направленные на фактическое выполнение досудебного соглашения о сотрудничестве — кратно, помимо ранее изложенных, в качестве смягчающего наказания обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК (приговор Прохладненского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 08.05.2024 по делу № 1-145/2024; 1-141/2024).

Можно привести и другие примеры, когда суды принимали решения в пользу осужденных, смягчая наказание, а также защищая их права, в ситуациях, когда органы предварительного следствия необоснованно отказывались заключить досудебное соглашение о сотрудничестве в порядке ст. 317.1 УПК.

ИЗ ПРАКТИКИ. Обвиняемая К.Н. в установленном законом порядке заявила через следователя на имя прокурора ходатайство о досудебном соглашении о сотрудничестве, обязуясь вину признать в полном объеме и сообщить точные анкетные данные одного наркосбытчика на территории г. Москвы.
Однако следователь необоснованно отказал К.Н. в удовлетворении ходатайства и мотивировал это тем, что она не владеет информацией, а просто затягивает ход расследования.
В ходе судебного заседания защитники заявили, что подзащитная взятые на себя обязательства выполнила в полном объеме, и Черемушкинский районный суд г. Москвы, проверив эту информацию, признал, что она предоставила органам следствия важную информацию, которая не была известна сотрудникам полиции. По получении данной информации было возбуждено уголовное дело в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК. Согласившись с доводами защиты, суд применил нормы п. «и» ч. 1 ст. 61 УК и назначил подсудимой по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК, наказание ниже низшего предела, предусмотренного указанными статьями, то есть в виде 5 лет лишения свободы без штрафа (приговор Черемушкинского районного суда г. Москвы от 01.02.2023 по делу № 1-173/2023).

Аналогичные ситуации описаны в приговорах Клинского городского суда Московской области от 25.03.2025 по делу № 1-112/2025, а также Преображенского районного суда г. Москвы от 17.08.2020 по делу № 1-342/20).

Постановление приговора без учета обстоятельств, связанных с игнорированием ст. 317.1 УПК на досудебных стадиях, влечет отмену судебного решения в связи с допущенными нарушениями закона, неустранимыми в суде апелляционной инстанции. Как правило, это объясняется тем, что такое нарушение уголовно-процессуального закона является существенным, затрагивает фундаментальные основы уголовного судопроизводства, право осужденного на справедливое судебное разбирательство. Последствием такого нарушения становится процессуальная недействительность самого производства по делу, и правосудие нельзя признать состоявшимся. В силу п. 2 ст. 389.15, 389.17, 389.22 УПК оно влечет отмену приговора с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение (апелляционное определение ВС Республики Саха (Якутия) от 25.08.2023 по делу № 22-1744/2023).