Конфликт учителя и несовершеннолетнего

Анализ дела начнем с описания потерпевшего — несовершеннолетнего школьника Сергея Сергеева, точнее, с состояния его психики. Сергееву в установленном законом порядке был выставлен диагноз — «резидуальная энцефалопатия с эмоционально-волевыми нарушениями, СДВГ (синдром дефицита внимания, гиперактивность)» (далее сокращенно — СДВГ). Мать школьника никогда не скрывала, «что у ее сына имеются проблемы с поведением, связанные с эмоционально-волевыми нарушениями, он реагирует на повышенный голос». Про таких детей в педагогике принято говорить «неусидчив».

Как следовало из обвинения, педагог Калинина не только ненадлежащим образом исполняла свои обязанности по воспитанию несовершеннолетнего Сергеева, но главное — ее действия при этом были соединены с жестоким обращением с ребенком. Конкретно преступные действия учителя Калининой выразились в том, что в период с сентября 2021 года по май 2022 года она кричала на Сергеева, оскорбляла его, допускала к нему пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение. Иными словами, использовала жестокие методы воспитания мальчика, умышленно, под предлогом желания навести дисциплину и порядок на уроке географии, применяла недопустимые методы воздействия. Например, она заставила Сергеева залезть под стол, после чего умышленно придавила его стулом, причиняя ему тем самым психические страдания.

Кроме того, обвинение последовательно утверждало, что Калинина «не спланировала учебно-воспитательную работу всего образовательного процесса Сергеева для развития его личности, семьи, общества и всей жизни». Сам же ученик при этом «пребывал в беспомощном состоянии». Официально признанный мотив содеянного учителем Калининой: она «желала навести дисциплину и порядок на уроке».

Обвинительный приговор

По приговору мирового судьи судебного участка № 10 Сахалинской области (Охинский район) от 18.07.2023 Калинина была осуждена по ст. 156 УК к штрафу 15 тыс. руб. Охинский городской суд Сахалинской области апелляционным постановлением от 01.11.2023 по делу № 10-9/2023 исключил из описательно-мотивировочной части приговора указания на осведомленность учителя о наличии у несовершеннолетнего диагноза СДВГ, а также то, что она «не спланировала учебно-воспитательную работу образовательного процесса» ученика, указание на беспомощное состояние несовершеннолетнего и указание на то, что осужденная действовала «под предлогом желания навести дисциплину, запирала потерпевшего в темную комнату, лишая его свободы» и причиняя ему психологические страдания. Кассационным постановлением Девятого КСОЮ от 21.03.2024 № 77-445/2024 апелляционное постановление оставлено без изменения.

Позиция защиты и Генеральной прокуратуры РФ

В кассационной жалобе в ВС РФ адвокат осужденной А.В. Абаев отметил, что указание в приговоре о причинении несовершеннолетнему Сергееву психических страданий не основано на имеющихся в деле доказательствах. Например, в изложенных в приговоре показаниях потерпевшего, его законного представителя (матери) и иных допрошенных лиц отсутствуют сведения об обстоятельствах психических страданий потерпевшего и о причинении вреда его физическому развитию действиями учителя. Также в приговоре не раскрыты обстоятельства, образующие признак оскорбления: унижение человеческого достоинства Сергеева.

Представитель Генеральной прокуратуры РФ также обжаловал приговор и заявил, что следствие и суды не конкретизировали, каким образом осужденная допускала пренебрежительное, жесткое, грубое и унижающее человеческое достоинство обращение, жесткие способы воспитания. Эпизод с залезанием под стол и движением стула представитель надзорного ведомства также счел не подтверждающимся доказательствами. Наличие каких-либо телесных повреждений у несовершеннолетнего не установлено. С учетом состояния здоровья учителя весьма правдоподобно, по мнению прокурора, выглядела версия защиты о том, что Калининой вследствие плохого самочувствия пришлось опереться на стул. В отношении несовершеннолетнего также не проведена психолого-психиатрическая экспертиза и не установлены последствия влияния на него действий учителя.

Позиция Верховного Суда РФ

ВС РФ отменил все состоявшиеся в отношении Наталии Калининой судебные акты и прекратил уголовное дело за отсутствием состава преступления. ВС РФ напомнил, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию должно быть соединено с жестоким обращением с несовершеннолетним, которое является обязательным признаком объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 156 УК. Однако из приведенных в приговоре показаний свидетелей следует, что потерпевший действительно нарушал дисциплину, баловался на уроках, играл с бумажными самолетиками, пуская их по классу, не реагировал на замечания учителя, срывал учебный процесс.

В судебном заседании сам Сергеев показал, что «с учителем географии у него сложились плохие отношения в связи с тем, что он баловался на уроках. Калинина делала ему замечания, кричала на него, говорила, что он дурачок, что у него и в жизни ничего не получится. Когда он запустил самолетик, то тот залетел под учительский стол. Калинина сказала ему залезть за ним. Он залез под стол, а учительница ударила его стулом по спине, перекрыв тем самым ему выход. Ему было неприятно, так как одноклассники над этим смеялись. Из-под стола он выбрался самостоятельно. Калинина также называла дурачками и других учеников. На уроках русского языка и математики на него также повышали голос. На вопрос осужденной Сергеев показал, что, когда он залез под стол, она его задвинула стулом, ему было больно. На вопрос председательствующего Сергеев показал, что Калинина повышала на него голос, когда он нарушал дисциплину.

Одноклассница Сергеева показала, что он баловался, срывал уроки, в том числе по географии, учитель Калинина повышала на него голос. На следствии та же свидетель показала, что Сергеев часто вел себя на уроках плохо, срывал учебный процесс, систематически нарушал дисциплину, грубил учителям, во время уроков ходил по классу, часто хватал с парт предметы, принадлежавшие одноклассникам. Калинина часто кричала на Сергеева из-за его поведения на уроке. Был случай, когда Сергеев на уроке географии запустил самолетик, который улетел под стол учителя. Калинина сделала ему замечание и велела достать самолетик из-под стола. Когда Сергеев залез под стол за самолетиком, Калинина пододвинула стул к столу, закрыв ему выход. Сергеев с силой толкнул стул и самостоятельно вылез из-под стола. Калинина схватила его за ворот куртки и посадила на этот стул. Схожие показания дали и другие одноклассники потерпевшего. Вместе с тем из их показаний следовало, что сама учительница могла допустить крик в адрес учеников и могла назвать Сергеева и других «тупыми».

ВС РФ заключил, что при таких данных вывод суда первой инстанции о том, что наведение дисциплины и порядка на уроках использовалось осужденной лишь как повод для причинения Сергееву психических страданий, не может быть признан обоснованным. При этом судебная коллегия учла и тот факт, что апелляционным постановлением из описательно-мотивировочной части приговора исключены указания на осведомленность Калининой о наличии у несовершеннолетнего Сергеева СДВГ.

Согласился ВС РФ и с доводом защиты о том, что суд в приговоре не привел никаких данных, свидетельствующих об ухудшении эмоционального и физического развития Сергеева вследствие действий Калининой, и не привел каких-либо объективных доказательств, подтверждающих данные обстоятельства. Показания самого потерпевшего, его матери, а также иных допрошенных лиц не содержали сведения об обстоятельствах, свидетельствующих о причинении психических страданий потерпевшему и причинении вреда его физическому развитию.

ВС РФ особо отметил, что заключений судебно-психологических экспертиз, позволяющих сделать вывод о том, что своими действиями Калинина причинила потерпевшему нравственные либо психические страдания, в материалах дела не имеется.

Нет в деле и доказательств причинения вреда физическому здоровью потерпевшего.

ВС РФ еще раз напомнил, что по смыслу закона оскорблением признается унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме.

В приговоре не раскрыты обстоятельства, образующие признак оскорбления, — унижение человеческого достоинства Сергеева. В показаниях потерпевшего и его законного представителя, приведенных в приговоре, не содержится сведений о его внутренних переживаниях, ощущениях и эмоциях относительно высказываний учителя. В итоге ВС РФ констатировал, что судом не установлено и в приговоре не указано, в чем конкретно выразился вред, причиненный нравственному и физическому развитию Сергеева действиями Калининой, и не приведено содержание доказательств, подтверждающее данный вывод.

Что касается эпизода о том, что Калинина задвинула стул под стол в тот момент, когда Сергеев находился под столом, то суд не учел, что сам по себе данный единичный случай не может быть расценен как систематическое унижение человеческого достоинства, образующее состав преступления, предусмотренного ст. 156 УК.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу о том, что действия Калининой не образуют состава уголовно наказуемого деяния, предусмотренного ст. 156 УК, в связи с чем состоявшиеся по делу судебные решения подлежат отмене, а производство по делу — прекращению за отсутствием в действиях осужденной состава преступления с признанием за ней права на реабилитацию (кассационное определение ВС РФ от 02.10.2024 по делу № 64-УД24-5-К9).

В анализируемом примере можно констатировать, что «ребенок (Сергеев) был резов, но мил…» Да, он безобразничал на уроках. Данный факт никогда не отрицался ни самим потерпевшим, ни его матерью. Как видим, мы имеем обычную чисто педагогическую ситуацию. Методика расследования таких ситуаций, насколько нам известно, в криминалистической тактике отсутствует полностью. При таких обстоятельствах сам факт появления в производстве «нестандартного» уголовного дела изначально должен был насторожить, во-первых, руководителей органов предварительного расследования всего региона, во-вторых, надзирающих за ними прокуроров.

Ясно, что особое внимание анализируемому, однозначно уникальному уголовному делу должны были уделить суды первых трех инстанций. Как видим, этого тоже не случилось. Органы прокуратуры добросовестно изучили уголовное дело только на уровне Генеральной прокуратуры РФ, а суды — на уровне Верховного Суда РФ. Справедливость восторжествовала. Исправлена ошибка, на которой должны учиться все остальные.

Мы же отметим, что положительный результат — прямая заслуга адвоката, который веру в российское правосудие не потерял и добился поставленной перед собой цели.